В разговорах о современном искусстве люди часто спрашивают, нужны ли музеи в век интернета. На что искусствоведы неизменно отвечают, что, несмотря на развитие технологий, музеи не потеряли свое значение в сфере не только культурного, но и общего развития человека как полноценной личности. Знакомство с историей и культурой своего и других народов расширяет мировосприятие человека, внушает уважение к жизни и творчеству его предков, к культуре и истории других народов – толерантности, побуждает творить самому. Именно с такими целями в каждой советской республике много лет назад открывали множество музеев. Кыргызстан не был исключением.

Из истории главного музея ИЗО страны

А знаете ли вы, что современное здание Кыргызского национального музея изобразительных искусств имени Гапара Айтиева построено в 1974 году? Соответственно ему в этом году исполняется 45 лет.

Музей был основан как Национальная картинная галерея 1 января 1935 года. Основой коллекции стали 72 произведения русских художников, поступившие из Государственной Третьяковской галереи и Наркомпроса РСФСР, лично отобранные основателем музея, основоположником кыргызской живописи Семеном Чуйковым.

На сегодня музейное собрание насчитывает более 18 тысяч единиц хранения. Структурное деление коллекции ведется по видам изобразительного искусства – фонды живописи (около 4 тысяч экспонатов), графики (около 9600), скульптуры (около 1 тысячи), декоративно-прикладного искусства (более 3 тысяч).

Главный национальный музей изобразительных искусств найти в Бишкеке просто – он расположен на одной из центральных улиц города, напротив театра оперы и балета. Однако и такое удачное расположение не каждый день завлекает массы посетителей в залы музея.

Слухи о мародерстве…

За 84 года своего существования музей испытывал и взлеты, и падения. Сильно изменилась жизнь учреждения после обретения Кыргызстаном независимости — сократилось госфинансирование, перестали пополняться коллекции живописи и Золотого фонда музея. Случались и инциденты. В 2010 году после апрельских событий распространился слух, что музей подвергся мародерству. Но тогда же дирекция учреждения официально опровергла эти разговоры. Так что слухи о мародерстве оказались сильно преувеличенными.

«Старики-разбойники» по-бишкекски

Следующее, теперь уже настоящее происшествие произошло в конце декабря 2013 года. Картина известного художника Ивана Айвазовского «Морской пейзаж в Крыму» размером 47 на 53,5 см, написанная русским художником в 1866 году, была похищена в ночь на 27 декабря. Стоимость полотна, по некоторым, около 2 миллионов сомов (свыше $40 тысяч). По данным следствия, накануне вечером в фойе на первом этаже здания музея шла вечеринка по случаю празднования Нового года, а наутро в одном из залов на втором этаже была обнаружена пропажа картины. 23 января 2014 года кусок полотна, грубо вырезанный из картинной рамы, в редакцию газеты «Дело №» принес неизвестный мужчина. Картина, конечно, была сильно повреждена. До сих пор в этом происшествии удивляет один момент – как нетрудно далось грабителю вырезать полотно из рамы, свернуть, засунуть за пазуху (как он рассказал позднее следователям) и вынести холст наружу. И никто не увидел это, не остановил его.

Тогда в музее заработала государственная экспертная комиссия, которая стала проверять подлинность картин в зале русской живописи XVIII-XX веков, потому что прозвучали обвинения в том, что музее ИЗО имени Г.Айтиева давно нет подлинников – дескать, проданы. К слову, результаты работы этой спецкомиссии так и остались неизвестны широкой общественности. Зато все узнали, что в музее отсутствует современная система видеонаблюдения за залами и учреждением в целом. Тот самый Русский зал, откуда злоумышленник вынес картину Айвазовского, как оказалось, вообще не подпадает под видеонаблюдение. За другими залами можно было наблюдать через камеры, но в режиме реального времени, без ведения видеозаписи. И это в XXI-то веке в главном музее столицы независимого государства!

А воз и ныне там

По всей видимости за пять лет система охраны и безопасности музея не улучшилась. 21 мая 2019 года за стены учреждения вылился новый скандал. Директор музея Юристанбек Шыгаев написал заявление с последующим увольнением после того, как его обвинили в том, что он вынес из хранилища два подлинника — один кисти Николая Сверчкова «Лошадь с собакой» (1875), другой «Портрет Бакунина» (1871) Николая Ге — и вернул их поврежденными. В настоящее время следствие по данному делу продолжается. Работает также экспертная комиссия, которая проверяет подлинность картин, висевших в кабинете экс-директора Шыгаева.

Сложно утверждать, какова степень вины в произошедшем Юристанбека Шыгаева. Пусть этим занимаются следственные органы и спецкомиссия. В свою защиту бывший директор музея написал в соцсети, что его голословно обвиняют в подмене подлинных картин на копии. «Стоит отметить, что подлинность картины может быть установлена только соответствующей экспертизой. А виновность лица в совершении какого-либо противоправного действия может быть установлена только вступившим в силу решением суда. На сегодняшний день заключения какой-либо экспертизы нет, следствие со стороны правоохранительных органов не проводилось. <…> Буду ждать результатов проверки, и, если необходимо, результатов следствия. Я уверен, что они не смогут доказать то, о чем сейчас голословно заявляют», — отметил он.

22 июля, выступая на пресс-конференции, министр культуры Азамат Жаманкулов сообщил, что в музее нужно проверить около 4 тысяч картин. По его словам, комиссия уже проверила 250 работ в категории «Живопись». Всего в ней около 4 тысяч картин. Второй этап проверки начнется в сентябре. Вслед за этим ведомство планирует провести инвентаризацию во всех музеях страны. Работа, которую ведомство должно было провести как минимум лет 20 назад. Но пусть она будет сделана поздно, чем никогда, правда?

А что сейчас?

19 июня директором музея имени Г.Айтиева назначили Миру Джангарачеву, известную кыргызстанцам по работе на постах вице-мэра Бишкека, депутата Жогорку Кенеша, экс-вице-премьера страны, министра труда и соцзащиты, замгубернатора Чуйской области, сотрудник ПРООН и другим. По ее словам, она так же, как и другие кандидаты на эту должность, подала необходимый пакет документов в Минкультуры, и ее выбрали.

В интервью на одном из отечественных кабельных телеканалов Мира Джангарачева назвала себя риск-менеджером, а в списке своих первоочередных задач перечислила материально-техническое оснащение музея, безопасность, сохранность, оцифровка экспонатов. На приглашения к беседе от других СМИ, в том числе Elgezit.kg, директор музея отказывается, ссылаясь на то, что в учреждении идет проверка, и о многом она пока не имеет права рассказывать. «Да и много других вопросов, которые нужно решать здесь и сейчас. Нет ни единой свободной минуты», — говорит она.

Не будет открытием Америки предположение, что новый директор музея ИЗО уже столкнулась с извечными вопросами, где взять деньги на ремонт здания и помещений, на какие средства все-таки установить повсюду в музее современную систему видеонаблюдения, а также оснастить залы и хранилища экспонатов техникой, соблюдающей нужный температурный баланс. Много лет в околомузейных кругах ходят слухи, что и в запасниках музея ИЗО не все в порядке – картины портятся, приходят в негодность из-за несоблюдения условий их хранения. Так ли это на самом деле, никто из музейщиков никогда не комментировал.

Складывается твердое убеждение, что с какими бы благими намерениями человек не пришел работать в музей ИЗО, его энтузиазм быстро начинает иссякать. Молодые специалисты с музейным образованием не хотят идти туда работать за копеечную зарплату, и их можно понять. Остаются только смотрительницы-пенсионеры, отработавшие там не одно десятилетие, да и тех не хватает. Как ни крути, получается, что причина упадка музея – в финансировании и нехватке кадров. При этом недостатка в ярких идеях, креативе и талантливых художниках Кыргызстан никогда не испытывал. Во всей этой истории, связанной с порчей и заменой подлинников в музее имени Г.Айтиева, сменой его руководства, никто из Минкультуры и правительства так до сих пор и не сообщил, сколько денег будет выделено на ремонт, техническое оснащение главного хранилища предметов искусства Кыргызстана и когда? В противном случае лет через десять республика может вообще лишиться национального музея ИЗО с его сокровищами.

Закон, согласно которому не менее половины эфира телеканалов Кыргызстана должен занимать контент на государственном языке, не менее 50 процентов — контент отечественного производства, вступил в силу еще в 2017 году. Однако не все каналы выполняют эти требования, из-за чего телекомпании терпят немалые убытки. При этом к настоящему времени более десяти отечественных каналов могут быть оштрафованы за невыполнение лицензионных требований. Такими данными на круглом столе «Телеканалы Кыргызстана могут прекратить работу? О непростой ситуации на ТВ», прошедшем в мультимедийном пресс-центре Sputnik в Бишкеке, поделилась завотделом правового обеспечения, лицензионного контроля и организационной работы департамента информации и массовых коммуникаций при Минкультуры КР Кыял Кенжематова.

Эта тревожная мысль, прозвучавшая в ходе обсуждения на круглом столе, не оставила равнодушными также российских коллег с экспертно-информационной площадки «Ритм Евразии». На сайте проекта журналист Ольга Богданович опубликовала материал «Пророссийское или проамериканское? Киргизское ТВ у точки невозврата», в котором анализирует, с чем пришло национальное телевидение Кыргызстана к своему 65-летию, и что может с ним случиться, если государство не возьмет в свои руки контроль над исполнением законодательства в сфере теле- и радиовещания. Редакция Elgezit.kg считает мысли, изложенные автором в статье, своевременными, и предлагает их читателям вместе с мнением отечественных экспертов в данной сфере.

«Фон дискуссии – очередной рецидив хронического политического кризиса, спровоцированный взбалмошными панами (пардон, манапами), гармонично оттенил суть проблемы: проведя 28 лет в междоусобных распрях и разглагольствованиях о демократических ценностях, так называемая элита страны оказалась не в состоянии приумножить доставшееся ей в дар от советской эпохи наследие, фактически отдав на откуп иностранным акторам даже собственную идеологию с многомиллионным оборотом.

Ровно два года назад Киргизстан – участник международного соглашения Женева-2006 – полностью перешел на цифровой формат вещания, одновременно подкрутив гайки в законодательстве в сфере теле- и радиовещания. Внесенные поправки, обязавшие местные телерадиокомпании начать блюсти авторские и смежные права, 50% эфирного времени отводить контенту на государственном – киргизском – языке, а половину транслируемой в эфир телепродукции создавать собственными силами, завели в тупик всех субъектов права. У одних за два года так и не нашлось средств на осуществление эффективного мониторинга ТВ-эфира на предмет соответствия законодательству, у других – на отказ от «пиратства». «Суровость наших законов компенсируется необязательностью их исполнения, – подчеркнул генеральный директор НТС Миржан Балыбаев. – Правила не исполняются, потому что на центр мониторинга нет жалких 2 миллионов сомов» ($29 тыс. – О.Б.).

Согласно данным исследования «Медиа предпочтения населения Кыргызстана», проведенного группой международных организаций, долей собственного эфира, превышающей 50%, могут похвастаться лишь 10% телекомпаний страны. Пиратские трансляции в Киргизстане, кстати сказать, вовсе не дурная привычка брать чужое, а вынужденная мера: создание собственных телевизионных программ, как на русском, так и на киргизском языке для частных телекомпаний – дорогое удовольствие, источником финансирования которого может являться лишь продажа рекламного времени.

Вот только киргизский «рекламный пирог», объем которого, по оценкам экспертов, составляет всего $10 млн, приходится по крохам делить между выросшими на волне цифровизации десятками телекомпаний. Согласно данным департамента информации и массовых коммуникаций при Министерстве культуры, информации и туризма КР, в стране на сегодняшний день в эфирном сегменте (4 мультиплекса) вещают 62 телеканала. Ко всему прочему рекламодатели, по словам руководителя телеканала «Апрель» Дмитрия Ложникова, предпочитают каналы, транслирующие пиратскую продукцию, поскольку те имеют больший зрительский рейтинг.

Сложнее всего приходится испытывающим помимо финансового еще и кадровый дефицит региональным телеканалам, вынужденным на коммерческой основе транслировать тои – семейные пиршества по случаю свадеб, дней рождений, обрезаний наиболее зажиточной части населения киргизской периферии. Тут вам и национальный контент, и какая-никакая прибыль.

Возникший нонсенс – наличие закона при отсутствии механизмов контроля над его исполнением – привел к тому, что те частные телекомпании, которые предпочли не отступать от буквы закона, терпят существенные убытки. «Несправедливо, – сетует генеральный директор NEXT-ТВ Омурбек Сатаев, – когда одни стараются, а другие даже не пытаются создавать что-то свое». В числе «других» – ряд не брезгающих «пиратинкой» государственных телеканалов (всего их в республике около 20), на финансирование которых ежегодно из бюджета страны выделяется около $14 млн.

В сокращении их количества по результатам государственной проверки и перенаправлении части выделяемых им бюджетом сумм на создание отечественного контента через госзаказы частные телекомпании видят выход из сложившегося замкнутого круга. Кроме того, по их мнению, это поспособствует развитию здоровой конкуренции на ТВ-рынке, а значит, повышению качества создаваемой в Киргизии телепродукции. Тем более что учить киргизских телевизионщиков вызвался фактически сам Голливуд – а точнее, борец за справедливый и процветающий мир – международный совет по исследованиям и обменам IREX (штаб-квартира в Вашингтоне), презентовавший в Бишкеке 30 мая этого года проект Central Asia Design Hub.

Пожелав удачи очередному американскому детищу в Киргизстане, посол США в КР Дональд Лу подчеркнул, что одним из компонентов проекта станет легализация и последующая адаптация ТВ-форматов, произведенных в США. «Я родился в Голливуде и очень горжусь фильмами, которые снимают в моем родном городе, – отметил дипломат. – Я очень рад тому, что всемирно известные телесериалы, мультфильмы теперь можно будет смотреть с качественным переводом на кыргызский, таджикский, казахский, узбекский языки или на английском языке с субтитрами».

Пока же, если верить результатам многочисленных социологических исследований, активно проводимых различными международными организациями, неравнодушными к тому, что и на каком языке смотрят киргизстанцы, в среднем среди частных телеканалов наблюдается преобладание программ на русском языке. Правда, по той лишь причине, что российский телевизионный контент является для Киргизстана пока единственным, получаемым на безвозмездной основе ресурсом, способным заполнить образовавшийся за годы суверенитета эфирный вакуум. Такое положение дел отвечает языковым предпочтениям 35,7% телезрителей страны в целом и более 50% жителей Бишкека, Оша, а также Чуйской области.

По-прежнему на волне популярности в Киргизстане остается российское телевидение, чьи каналы РТР и «Первый» вошли в социальный пакет цифрового телевидения. Доля телепросмотра последнего в среднем по стране составляет около 14%, позволяя каналу занимать второе место в рейтинге наиболее просматриваемых после отечественного ОТРК. По регионам этот показатель существенно разнится, прямо пропорционально отражая языковую ситуацию (уровень владения русским языком): первое место в Бишкеке и Оше, второе – в Таласе и на Иссык-Куле, третье – в Нарынской области и нулевые позиции в Джалал-Абадской. Повод задуматься над тем, что не телевидение формирует языковой ландшафт в Киргизии, а языковая ситуация определяет, быть или не быть здесь российскому ТВ.

Большим заблуждением было бы считать, что деление культурно-идеологической гегемонии российским и киргизским телевидением в стране радует всех, и явлению этому отдельные политические силы не пытаются противостоять. Пик их активности пришелся на 2016 год, когда на правительственном уровне принималось решение о том, включать или не включать ведущие российские каналы с их «тяжелыми дозами кремлевской пропаганды» в бесплатный социальный пакет.

Задаваясь тогда вопросом, можно ли считать нормальным положение, когда элита и народ Киргизстана «находятся под интенсивным воздействием иностранных средств информации, подконтрольных руководителям чужого, пусть и номинально дружественного, государства» (это – о России. – О.Б.), эксперты с трибуны финансируемой Конгрессом США радиовещательной организации «Радио Азаттык» призывали киргизстанцев действовать и «не соглашаться становиться рабами российского зомбоящика».

Тогда российское телевидение выиграло бой, но не войну. Ведь в отличие от него американское ТВ, готовое уже сегодня зайти на киргизский рынок, по оценкам киргизских патриотов, никакой угрозы для информационной и духовной безопасности киргизстанцев не представляет: учтя особенности азиатского менталитета, заокеанские телевизионщики пообещали формировать для страны контент «без анатомических подробностей (насилия, крови, секса)» и оставаться вне политики.

России в этом отношении есть чему поучиться у дяди Сэма. Круглосуточно транслируемая по ТВ «политическая дуэль» с Украиной и Америкой у граждан Центрально-Азиатского региона, 28 лет пребывающих в абсолютной уверенности, что исторически по отношению к ним Россия – страна-агрессор, закономерно вызывает раздражение и обеспокоенность. Восток – дело тонкое, и к нему нужен особый «контент».
Ольга Богданович

Понятно, что в шагах России и США помочь развитию кыргызстанского телевидения присутствует изрядная доля геополитической борьбы, от которой есть свои плюсы и минусы. Среди плюсов – бесплатный легальный контент для телеканалов, из минусов – пропаганда. Свой вопрос, каким должен быть контент кыргызстанских телеканалов на госязыке, чтобы быть востребованным у зрителей и рекламодателей и не пойти по пророссийскому или проамериканскому пути развития, редакция Elgezit.kg адресовала экспертам.

Марианна Логачева-Шермур, экс-руководитель медиахолдинга «Пирамида», телепродюсер, тележурналист:

— Производство собственного контента — очень дорогое удовольствие. Не все отечественные каналы могут себе это позволить. Государственные каналы практически не зарабатывают сами, сидят на госфинансировании. Очевидно, поэтому не могут позволить себе нанять профессиональных сотрудников, отчего страдает качество контента. Студенты работают зачастую бесплатно, поэтому каналам они выгодны, но навыков, грамотности и опыта работы у них нет. Такого низкого уровня качества контента госканалов не было никогда. Их потенциальную нишу заполняют частные каналы с терпимым качеством.

Я вижу три проблемы: нехватка профессиональных кадров, некомпетентность руководителей и недостаточное финансирование. При таком подходе в ближайшее время в информационном поле Кыргызстана общественное мнение будут формировать зарубежные каналы. Положение ухудшается еще и тем, как практически во всех сферах руководителей назначают по принципу «брат, сват, друг, окул бала» и так далее, что ведет к деградации отечественных СМИ.

По поводу Закона КР «О телевидении и радиовещании». Он не работает совершенно, и каналы, формирующие собственный контент, возмущены, потому что у них большие затраты, а те, которые занимаются просто трансляцией и ничего не вкладывают, зарабатывают чистую прибыль без затрат. Однозначно, это несправедливо. Министерство культуры должно жестко контролировать исполнение закона. Преференций не должно быть ни для кого!

Евгений Белокуров, режиссер телевизионных программ:

— Как ярый противник американского образа жизни, мышления, я однозначно против появления любого их официального продукта в эфире кыргызстанских телеканалов. Хватает и массы фильмовых каналов, и новостных.

Что касается российского вещания, то в Кыргызстане нет засилия — кто хочет смотреть эти каналы, выбирает их сам. Меня и российский развлекательный контент не устраивает за редким исключением.

Что касается соотношения «50 процентов на 50 процентов», то телевидение уже потеряло рекламу, и потеряет ее при любом раскладе — интернет рулит! Все там. Мы (рекламное агентство полного цикла Target Media) сами сейчас продвигаем кампании через СММ и рекламу в соцсетях. ТВ-пакет стоит на самом последнем месте по предпочтениям заказчиков. Не интересно, не интересно смотреть ТВ! Это реальность.

Так как насытить ТВ-контент при формировании программы в соотношении «50 на 50»? Первое: нет универсальной формулы. Второе: нет достаточного финансирования. Третье: нет людей, которые могут создавать этот достойный контент.

Если процентное соотношение менять, не выгребут каналы за счет собственного продакшна. А делать копии постоянные — как время в Бишкеке провести, или приготовить еду, или поговорить с кем-то — это утопия. Неинтересно.

На конференции по независимости судов 21-22 июня 2019 г. выяснилось, что первым кыргызом с высшим юридическим образованием в 1948 г. стал Исан Момунбаев. Он заочно закончил Московский всесоюзный юридический институт с отличием и потом защитил кандидатскую диссертацию по международному праву, став первым остепененным ученым среди кыргызов.

Знал английский и китайский языки. После окончания второй мировой войны лидеры стран-победительниц договорились о создании ООН, чтобы предотвратить возможность новой мировой войны. Сталин хотел включить в состав организации 15 советских союзных республик. Началась подготовка к этому, и будущим постоянным представителем Киргизской ССР в ООН был отобран Исан Момунбаев. Он прошел обучение в дипломатической академии СССР, где получил необходимые навыки. Но американцы в ответ на предложение Сталина предложили включить в ООН 50 своих штатов. И инициатива СССР была тихо спущена на тормозах. А в состав ООН от СССР были приняты только две союзные республики — Украинская и Белорусская ССР, как вынесшие на себе все ужасы германской оккупации.
Вторым юристом был Карпек Курманов. Он окончил Ленинградский юридический институт в 1949 г. и работал в органах прокуратуры Киргизской ССР, но был уволен по мотивам манапского происхождения, в связи с чем и был вынужден уйти в науку. Защитил кандидатскую, а потом и докторскую диссертации по наркотизму, первым в СССР. До него эту проблему в СССР рассматривали как медицинскую проблему, а не как преступление. Тем самым он открыл новую научную школу в советской юриспруденции. Вместе со знаменитым писателем Чингизом Айтматовым, написавшим роман «Плаха», в конце 1990-х годов они пробили в стене вокруг наркотизма брешь секретности и таинственности. Советский Союз долгое время скрывал наличие у себя такого опасного социального явления как наркотизм, т.е. преступлений, связанных с наркотиками, их производством, потреблением, распространением и продажей. Сейчас наркотизм признан одной из самых глобальных проблем современности, как и продажа оружия и продажа людей в рабство.

На фото: Карпек Курманов с супругой

Третий юрист — Рафик Тургунбеков, закончил Алма-Атинский юридический институт в 1949 году, стал известным в СССР ученым-конституционалистом, членом-корреспондентом НАН КР, членом Комитета конституционного надзора СССР, — советского прообраза Конституционного суда. Тоже имел манапское происхождение, за что неоднократно подвергался политическим гонениям, но выстоял перед трудностями.  Четвертый — Кубанычбек Нурбеков, окончил Ташкентский юридический институт в 1952 году, стал первым доктором юридических наук в Кыргызстане. Прогремел на весь Союз смелым заявлением, что союзные республики имеют право на выход из состава СССР. И был репрессирован в самом расцвете сил.Вот такими отважными и талантливыми были первые юристы Кыргызстана.

На фото: Кубанычбек Нурбеков

На митинге 3 июля Атамбаев заявил о необходимости прихода в политику новой элиты. «Эски «элита» кетсин! Жаны элдик лидерлер келсин!» — скандировали собравшиеся у здания «Форума»в Бишкеке. Сам бывший президент самонадеянно заявил, что видит свою миссию в том, чтобы «сидеть в Кой-Таше и растить новую элиту». Это говорит о полном непонимании бывшим президентом процесса подготовки новой элиты страны, как одной из главных задача государства.

Немного теории

Термин «элита» имеет несколько значений. Само слово, происходит от латинского eligere – выбирать и французского elite, что обозначает — лучший, избранный. По умолчанию термин «элита» трактуется в политологических и социологических словарях, как некая избранная часть общества, занимающая руководящие должности и имеющая доступ к материальным благам. Это самое и имел ввиду депутат Кожобек Рыспаев, когда в сердцах воскликнул на заседании парламента: «Мы не чимкирики, мы – политическая элита!» Судя по тому, какой хайп поднялся после такой смелой самоидентификации Рыспаева, общество, считать элитой депутатов Жогорку Кенеша отказывается. А значит, понимает термин «элита» не просто, как политическую, руководящую «верхушку» страны, а гораздо шире. Как, действительно, лучших, избранных  представителей нации, народа, обладающих, к тому же, особыми качествами. То есть, можно констатировать, что нашему народу более присущ ценностный, а не функциональный подход при даче определения, что такое – элита.

Кадры решают все

Элита, безусловно, должна обновляться. Любому историческому развитию свойственны процессы не просто чередования элиты, но и смены их типов. Если говорить об управлеческой, политической элите, то для государства архиважно продумать и обеспечить систему подготовки и воспроизводства элит.

Первой в Европе озаботилась вопросами централизованной подготовки элиты Англия. Итон, Оксфорд, Кембридж – одни из основных учебных заведений Британской империи, где «ковалась» будущая политическая и военная элита. В отличие, скажем, от Германии, где учащийся получал знания по разным предметам и, кстати, эта система, с небольшими изменениями, легла потом в основу советской школы, англичане сделали упор на воспитание характера. Окей, настоящий джентельмен может не знать в совершенстве латынь и древнегреческий, но у него высочайшее самообладание в любой ситуации.

Об английских закрытых школах до сих пор ходят легенды. «Кузница джентельменов» представляла и представляет собой полный пансион. Будущая элита Британии воспитывается, прямо скажем, в спартанских условиях: неотапливаемые спальни и открытые форточки – это норма, жесткая дисциплина, кое-где, вплоть до телесных наказаний и, в обязательном порядке, спорт. Причем, спорт – как средство воспитания характера, умения работы в команде и преодоления трудностей.

Но это – Англия, которой, кстати, именно эта ее жесткая, но, как показывает ее история, оправданная система воспитания элиты, позволила стать одной из ведущих стран мира. А что на постсоветском пространстве? Если мы посмотрим на соседей, то интересен опыт Казахстана.

Чувствуется, что тема подготовки будущей элиты была в зоне внимания первого президента. За годы независимости Казахстан создал систему военных высших учебных заведений и кадетских корпусов, где готовит свою военную элиту. Есть и свои учебные заведения для подготовки будущих чекистов. Что очень важно для суверенного государства. И, конечно, важный проект Назарбаева —  интеллектуальные школы, запущенные в 2008 году. В настоящий момент по всему Казахстану функционирует 20 интеллектуальных школ. В них обучаются около 15 тысяч учащихся. Школы имеют спальные корпуса (интернаты), где проживают более 2 тысяч детей из сельской местности, малых городов и районных центров. Создано профессиональное сообщество педагогов – около 3 тысяч учителей (в т. ч. 195 иностранных), владеющих инновационными технологиями преподавания и обучения. В последние годы интеллектуальные школы в Казахстане работают с Институтом педагогических измерений СITО из Нидерландов. Все ученики проходят жесткий конкурсный отбор в виде тестов на знания предметов и на оценку способностей. Система построена так, что полностью исключает прохождение по блату или за деньги. Единственным критерием для попадания в школу являются способности претендента.

А как у нас

 У нас пока работа по воспитанию и обучению будущей элиты страны целенаправленно не ведется. Хорошая задумка – программа «Кадры 21 века» до сих пор не имеет четких критериев оценки эффективности. Многие выпускники находят работу и остаются за рубежом. Непрозрачен и сам отбор участников программы.

Нашу военную элиту и будущих сотрудников спецслужб мы отправляем учиться преимущественно в Россию. А местная система высшего образования погрязла в коррупции. Сейчас практически каждый выпускник школы имеет возможность получить диплом о высшем образовании. Но вот есть ли соответствующие знания за этим самым дипломом. А ведь в этой сфере намного рациональнее действовать по принципу – лучше меньше, да лучше. Ну не могут все, повально, учиться в университетах. Так не бывает, да и стране это не нужно. Но у нас, пока, именно так и происходит. Вот и имеем армию дипломированных, но плохо образованных специалистов в разных областях. Преимущественно, юристов и экономистов. А на выходе – кадровый «голод».

Элита по-атамбаевски

Сам тезис о необходимости новой элиты – актуален. Но, конечно, если критерием при отборе в ряды этой самой «элиты» брать умение обращаться со смартфоном, а именно это, фактически, предлагает Атамбаев, то за страну становится еще тревожнее. Атамбаев видит «молодой элитой» страны своих «честных» парней. Об этом он прямо сказал на митинге 3 июля.

«И вот я говорю, как могут люди, которые даже не умеют держать в руках телефон, говорить о цифровизации и вести страну к развитию? Это невозможно. Молодые смогут это сделать! Правительство должно уйти в отставку и вместо них должно быть создано народное правительство. В тюрьме сидят честные наши парни, пусть они войдут в правительство и развивают страну.»

Из тех, кто не сидит в тюрьме, Атамбаев считает достойным Мээрбека Мискенбаева, у которого тоже очевидные репутационные проблемы. То ли он украл, то ли у него украли, но осадок, как говориться, остался.

К счастью, в стране у нас все-таки есть молодые, продвинутые, ребята. Те, кто будет, да и сейчас уже может считаться новой элитой. Представители так называемого selfmade поколения. Они сами получали хорошее образование, они любят читать не только сообщения в WhatsApp, они креативные и знают чего хотят от жизни. Их не так много, но они активно выражают свою гражданскую позицию, в том числе и в социальных сетях. Вот только в политику или на госслужбу они идти не торопятся. Но если на госслужбу их и не зовут, то нежелание идти в политику, например, через партии, можно объяснить только неверием в то, что нынешних аксакалов можно реально сдвинуть. Потому что пока, у нас, как в российском шоу-бизнесе. Столько талантливых ребят проходит через тот же «Голос» и другие конкурсы, а на сцене по-прежнему, Киркоров да Пугачева.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять

Фото из WWW

В этом году исполняется 35 лет с тех пор, как не стало народного художника Киргизской ССР Ольги Мануиловой (1893-1984). Те, кто знаком с творчеством этого талантливого скульптора, справедливо считают, что старая часть города Бишкека – памятники, бюсты, фронтоны, скульптурные убранства зданий — имеет неповторимый облик благодаря ее работам.

Ольга Мануилова не всегда жила в маленькой горной республике. В начале XIX века 19-летняя хрупкая девушка из Нижнего Новгорода решила поехать в Мюнхен, чтобы учиться в частных школах у скульпторов Хофштедера и Шверегле, слушать лекции Вельфлина по истории искусства и по анатомии у профессора Молье. Спустя год, в 1913-м, вернувшись в Россию, она поступила в Московское училище живописи, ваяния и зодчества на скульптурное отделение в класс скульптора Волнухина. Так начиналось становление мастера Ольги Мануиловой (Тихомировой).

Годы спустя, в 1939-м, правительство Киргизии пригласило ее для работы над проектом памятника Токтогулу Сатылганову. Она не стала отказываться. Горный край привлекал ее разнообразием человеческих характеров, природой. Так, Ольга Максимилиановна решила остаться в Киргизии навсегда. В середине 1930-х во Фрунзе почти не было скульпторов из местного населения, хотя уже была построена первая скульптурная мастерская. Благодаря стараниям и энтузиазму Ольги Мануиловой, в городе сложился коллектив талантливых художников.

В Центральном государственном архиве Кыргызстана хранятся документы из личного фонда Ольги Мануиловой. Первый раз свои документы в архив передала сама Ольга Максимилиановна в 1963 году. И уже после ее смерти в 1984-м дочь Марина Апполоновна Мануилова сдала все документы скульптора на государственное хранение. В доме, где жила и работала Ольга Максимилиановна, сейчас находится мемориальный дом-музей. Он отнесен к памятникам истории, культуры и архитектуры и состоит под государственной охраной.

Руками скульптора Ольги Мануиловой создано более 600 скульптурных произведений. Молодое поколение Кыргызстана, проходя по улицам города, наверное, уже не знает, что именно она является автором многих памятников, бюстов и скульптурных убранств зданий. Вот некоторые из них.

Ольга Мануилова написала в воспоминаниях: «Захожу в небольшой домик по улице Красноармейской. На цветной кошме в уютной комнате Тоголок Молдо пьет чай. И вдруг, увидев меня, он испуганно закричал мне: «Не вырывайте мой последний зуб». Я была совершенно удивлена его словами. И тут вошел его друг-секретарь Абдукалык Чоробаев, хорошо говоривший по-русски. Чоробаев разъяснил, зачем я пришла, что я не зубной врач, а скульптор и пришла к нему, чтобы вылепить его с натуры. Тоголок Молдо успокоился, что зуб его останется на месте, и согласился мне позировать. Я нашла во дворе доску, быстро соорудила каркас и, устроившись на кошме, принялась за лепку. Тоголок Молдо очень спокойно позировал, и за два дня я закончила его бюст, принесла гипс и отлила форму, а потом дома закончила формовку. Расстались мы друзьями. И я так благодарна Чоробаеву, что он помог мне в этом!»

По материалам Центрального государственного архива КР и www.

Еще в конце прошлого года мэрия Бишкека объявила тендер о закупке автобусов большой вместимости. Конкурс выиграла китайская компания, которая по контракту поставила 60 штук общественного транспорта.

Выход на линии автобусов планируется на День города, 29 апреля. Сейчас спецтехника проходит обкатку и оформляет автомобильные госномера. Кроме того, на этом общественном транспорте установлено электронное билетирование, которое в скором времени начнет работать.

«Через два-три месяца мы запускаем проект «Электронный билет». Установим в общественных местах и госучреждениях терминалы, где можно будет получить карточки за проезд. Это позволит пополнить городской бюджет. И на эти деньги столица будет закупать новые автобусы», — заявил мэр г. Бишкек Азиз Суракматов.

В настоящее время из 500 автобусов, завезенных 10 лет назад, на линию выходят лишь 90, сообщил директор МП «БПАП» Нурлан Койчубаков.

«Все автобусы, которые обслуживают город, это лишь 1/5 часть, привезенных в 2009 году. Но и они уже морально устарели и постоянно выходят из строя. Надеемся, что с приходом первой партии новых автобусов мы чуть снизим нагрузку. Но все же эта капля в море. Необходимо 600-800 автобусов, чтоб удовлетворить потребность столицы», — сообщил Койчубаков.

Еще одна особенность нового общественного транспорта, это работа двигателя на газе. Городские власти сразу же «убили двух зайцев» — экология и дешевизна топлива в 2 раза. Мэрия обещает, что впредь будут закупаться автобусы именно такой комплектации.

Редакция Elgezit.kg

На тот момент страной вот уже 15 лет, как правил Аскар Акаев. В ходе массовых беспорядков он вместе с семьей покинул Кыргызстан, отправившись в Россию, а его место занял Курманбек Бакиев, так удачно сошедшийся в тандеме с Феликсом Куловым. Однако и этого президента позже свергли, причем, таким же путем. Но это – совсем другая история.

Мы же сегодня решили выяснить, чем заняты те, чьи имена 13 лет назад не сходили со страниц прессы.

Главный герой или антигерой, (тут каждый решает сам) Аскар Акаев, ныне вернулся в родную для него стихию. С того самого 2005 года он – профессор Института математических исследований сложных систем МГУ. Ежегодно публикует с десяток статей в ведущих мировых научных журналах, регулярно выпускает монографии. В политической жизни Кыргызстана никак не участвует.

Другим героем тех дней был генпрокурор Азимбек Бекназаров. Ему поставили задачу – выяснить, нарушал ли Акаев Конституцию, присваивал ли государственное имущество и так далее. В виду этого, многие узнали волевое лицо правоохранителя, оно появлялось на экранах телевизоров едва ли не каждый день. Сейчас 64-х летний Азимбек Анаркулович также активно присутствует в медиапространстве страны, раздавая комментарии почти по любому поводу, всегда рад сотрудничеству с прессой и имеет свое мнение фактически на любую тему. Словом, остался политиком. Кстати, сейчас требует с телеканала «Апрель» 3 миллиона сомов за заявление о том, что якобы «бульдозер» мечтает нажиться на революциях в стране.

Еще одним активнодействующим лицом марта 2005 года был Феликс Кулов. Для того, чтобы он смог принять участие в этом событии, его тогда даже в срочном порядке выпустили из тюрьмы, и он сразу стал одним из самых заметных лидеров берущей власть оппозиции. 25-го марта он был назначен координатором всех силовых структур страны. И, как оказалось, не зря. Именно Кулов смог установить контроль над ситуацией, подавить разгул мародёрства и восстановить деятельность органов правопорядка. 10 июля в тандеме с Курманбеком Бакиевым он приходит к власти, получает должность премьер-министра, но менее чем через год теряет свои позиции. Сейчас Феликс Шаршенбаевич выступает экспертом в СМИ, участвует в разных круглых столах и конференциях. Рейтинги его партии «Ар Намыс» теперь не столь высоки, говорить о ней как о серьезной политической силе уже не принято. Вероятно, у «железного» генерала наступает тот период в жизни, когда хочется спокойного осмысления пройденного пути.

Естественно, что у любой революции бывают и «теневые герои». Такие, как Баяман Эркинбаев — владелец Карасуйского рынка, крупнейший предприниматель, депутат парламента. До сих пор его называют «спонсором» революции, ее активной движущей силой на юге страны. Жыргалбек Сурабалдиев – бизнесмен и политик и Рыспек Акматбаев – крупный лидер криминального мира. К сожалению, судьба всех троих сложилась печально – они погибли в последующие годы при различных обстоятельствах.

Еще одним активным деятелем тех времен стал Усен Кудайбергенов. Именно он, по данным СМИ, возглавлял народные дружины, боровшиеся с мародёрами в городе. Его в собственном доме застрелили неизвестные через месяц после того, как в столице и стране был наведен порядок.

В марте 2005 года страна близко узнала и без того уже известное имя Розы Отунбаевой. Именно с ней связан был первый скандал, после которого в стране и начали говорить о возможности революции. В январе того года её в течение одного дня сначала зарегистрировали кандидатом в депутаты, а затем лишили регистрации. До сих пор многие считают, что это было сделано, так как данное место должна была занять дочь уже экс-президента Бермет Акаева.  Чем же сейчас занимается Отунбаева? С января 2011 года она возглавляет Международный общественный фонд, названный ее же именем. Инициирует и реализует программы и проекты, которые по идее должны способствовать росту страны в социальном, политическом и экономическом плане. На практике, фонд открывает студии ИЗО, проводит разнообразные выставки, рассказывает о женщинах страны и их тяжелом положении. Сама же Отунбаева предпочитает выступать перед студентами, на различных международных мероприятиях. Она востребована – все-таки первая женщина-президент в Центральной Азии. Срок был недолгим, но на ее долю выпали очень серьезные испытания. Период ее президентства запомнился многим.

Но Роза Отунбаева была не единственной женщиной той революции. 25 марта после обеда на площадь Ала-Тоо прибыла очередная группа митингующих, в количестве 10-15 тыс. человек, и во главе этой группы шла известная и активная по сей день Ирина Карамушкина. Некоторые свидетели того времени считают, что именно с ее легкой учительской руки, которую поддерживали Алмазбек Атамбаев и Мелис Эшимканов, и началась вторая фаза противостояния правоохранительных органов с демонстрантами. Карамушкина и по сей день продолжает «законотворить», известна инициативами лишать зарплаты прогульщиков-депутатов, заботой о фермерах и картошке, обеспокоенностью за состояние морга. Демонстративно учит кыргызский язык, поддерживает Алмазбека Атамбаева и критикует ныне действующего главу государства Сооронбая Жээнбекова.

Политическая судьба Мелиса Эшимканова, о котором мы только что вспоминали, сложилась также интересно. Он был и оппозиционером, затем гендиректором Национальной телерадиовещательной корпорации, перебрался в председатели наблюдательного совета Фонда развития Кыргызстана при ЦАРИ. В сентябре 2011 года Эшимканов собирался вернуться в родное поле, все-таки по образованию он был журналистом, и стал всенародно известен именно как публицист, журналист. Планировал начать издание новой независимой газеты под названием «Баягы Асаба». Но 15 сентября 2011 года Мелис Эшимканов скончался в частной больнице Бишкека.

Вернемся к событиям марта 2005 года. Интернет-ресурсы страны тогда помимо фото разгромов столицы и Белого дома активно распространяли и снимок невероятно счастливого правозащитника Турсунбека Акуна, севшего в тот момент, хоть и на минутку, но все-таки на главное кресло страны. Просто севшего. Физически. Сейчас Турсунбек Акун – активный комментатор всего происходящего, журналисты часто обращаются к нему, как эксперту по различным вопросам. Больше всего ему задают вопросы о защите прав человека – все-таки был и правозащитником, и Омбудсменом, да и ныне работает  координатором конгресса по правам человека в странах Центральной Азии.

Как только события более-менее утихли, в здании Жогорку Кенеша собрались старые и новые депутаты, они решали, как быть и что делать. Обсуждение длилось долго и на повышенных тонах. Политики попеременно осуществляли «захват» трибуны, предлагали варианты дальнейших действий, кто-то уже начинал делить портфели. Именно в тот момент на арене появился Ишенбай Кадырбеков, ставший новым спикером законодателей и сразу заявивший права на президентское кресло. Затем было много чего в его жизни – министерское кресло, годы в заключении. Работа в ЦИК. Ныне трудится в общественном совете экс-спикеров парламента страны. Свою задачу видит в том, чтобы «высказывать свое согласованное мнение по важным вопросам, тем самым помогая действующей власти».

В постреволюционной стране Жогорку Кенеш избрал и нового спикера, им стал Омурбек Текебаев. Его судьба была очень не простой с тех самых времен. Сыгравший стабилизирующую роль в смутном 2005, добившийся у Акаева личного заявления о сложении полномочий, он после политического конфликта с Президентом Бакиевым, в феврале 2006 года был вынужден покинуть свое кресло спикера. А уже в сентябре того же года его, прилетевшего в Польшу, задержали с героином. Это была знаменитая «матрешка-гейт», которая в итоге сделала его еще более популярным политиком.

Сейчас, как известно, отбывает наказание по всем известному уже делу по заявлению некоего российского бизнесмена Маевского, который теперь и сам в России сидит за мошенничество.

Один из главных оппонентов Атамбаева, Омурбек Текебаев, скорее всего, уже скоро окажется на свободе, и от активной деятельности в политике никуда не уйдет.

Были на небосклоне марта 2005 года и другие «звезды». Например, на посту службы национальной безопасности Бакиев утвердил давнего врага Кулова, 62-летнего кадрового советского чекиста Таштемира Айтбаева. Но об его нынешней жизни ничего неизвестно. Чекисты не бывают бывшими. А потому после того, как 10 мая 2006 Указом Президента он был освобожден от занимаемой должности председателя СНБ, Экс-председатель Службы национальной безопасности пропал с экранов ТВ и новостных сводок. Сейчас ему 75 лет и по некоторым данным, он занялся семьей и достойно встречает старость.

ЦИК в беспокойном марте возглавил бывший зампредседателя комиссии Тургуналы Абдраимов. Слесарь «Сантехзаготовок» Фрунзенского завода на тот момент уже успел побывать и врачом-хирургом, и депутатом парламента, а после, в 2007 году, отправился возглавлять Минздрав, побывал и послом в Южной Корее. Однако, уже в декабре того же года был освобожден от должности, а после на некоторое время пропал со всех новостных сводок. Ныне же он руководит Чуйской областью страны.

Роль первого вице-премьера 13 лет назад исполнял Данияр Усенов. В 2010 году он бежал из страны. А вот уже в 2018 году белорусские СМИ опубликовали фотографии человека, внешне похожего на него. Тогда же в отечественной прессе появилась информация о том, что Данияр Усенов стал Даниилом Урицким, и ведет свой бизнес в дружественной Кыргызстану стране.  Как пишет издание Naviny.by, у них есть информация о том, что это действительно один и тот же человек. В посольстве Кыргызстана в Минске также якобы в курсе, что Усенов получил белорусский паспорт на имя Урицкого. Учитывая, что Данияр Усенов после событий 2010 года был обвинен в тяжких преступлениях и заочно осужден на пожизненный срок, официальный Бишкек отправил в Минск ноту протеста, на том вопрос и был забыт.

Ну, а судьбу главных героев марта и последующих лет – семьи Бакиевых, знают все и не только в Кыргызстане. Пришедший к власти на волне первой революции Курманбек Бакиев уже в 2010 году был вынужден спасаться от второй. Но это, как мы говорили в самом начале, уже другая история.

Кристина Босивская – специально для Elgezit.kg

Редакция ответственности за содержание публикации не несет, и мнение автора может не разделять.

Кыргызстан — страна незавершенной, частичной или неудачной модернизации. Отсюда наша неуемная страсть к историческому прошлому, ее чрезмерная идеализация и мифологизация, ибо похвастать тем, что сегодня сделано нашими собственными руками, невозможно.

Травмы от неудачной модернизации проявляются и при определении нашей идентичности, которая в целом негативная. Кыргызы, по нашему собственному признанию, это простые, добрые, гостеприимные, ленивые, терпеливые… Вот такие определения, которые, например, неприемлемы для немцев или англичан, которые не простые, но культурные, с чувством собственного достоинства, трудолюбивые, целеустремленные, успешные, самодостаточные, педантичные… То есть у нас, в наших собственных определениях самих себя, не хватает самодостаточных механизмов. У нас — определение «терпеливые», передает ощущение себя жертвой, «простые», «открытые» — легко поддающиеся государственному давлению, принуждению, манипулированию, что должно вызвать у других чувство жалости и сострадания. А чувство ущербности, комплексы неполноценности на подсознательном уровне вынуждает нас искать выходы из этого застоя, деградации путем самообмана и самовозвеличивания, в проведении пышных не по средствам юбилеев, празднеств, пиршеств, игр, в покупке крутых тачек и навороченных особняков, в соревнованиях по рекордным чучукам и бешбармакам и т.д.

Иными словами, идет примитивизация страны, которая в лучшем случае живет советскими образами, и у которого нет ясного будущего.

В этой связи необходимо коллективно обсудить и понять, что нас привело к такому застою?

Или вот еще. Все время говорят про реформы — управленческую, административную, территориальную, отраслевую и тому подобное, а движения в каком –либо направлении все равно нет. Казалось бы, пора уже с чего-то начать, но опять видимо, наши страхи сомнения нам мешают.

Реформу нужно бы уже начинать, и начинать сверху, с тех структур, где происходит принятие решений. Самая трудная, но в то же время самая решаемая проблема — реформа аппарата Президента. Он не реформировался с момента создания этого института в 1990 году. Такая сверхмощная концентрация власти тогда была связана борьбой с аппаратом ЦК Компартии Киргизии за власть. Были конечно, косметические реформы, создавались новые отделы и сектора, расформировывались старые, назначались кадры. Но эти движения не меняли суть работы. Аппарат президента был монстром, не имея какого-то определенного статуса в Конституции.  Деятельность аппарата находилась вне общественного и государственного контроля. А внутри аппарата не были разделены функции между советниками и исполнительными работниками. Вопреки современным достижениям управленческой науки, функции сотрудников были перемешаны, советники были одновременно и исполнителями, а помощники и ответственные за исполнение решений — советниками, что вносило неразбериху в работу аппарата и других ветвей власти и органов власти. Не с кого было спрашивать за советы и их исполнение, особенно, за провалы в политике. Было непонятно, кто разрабатывает политику, а кто отвечает за ее исполнение.

Впервые попытку разделить функции аппарата президента предприняли при президенте Бакиеве в 2009 году, когда администрацию разделили на 3 части: аппарат, секретариат и сектор безопасности, который возглавлял государственный советник КР. Руководитель аппарата и его работники отвечали за исполнение политики, секретариат и его сотрудники занимался разработкой политики, государственный советник занимался проблемами безопасности. Все эти институты были независимы друг от друга и прямо подчинялись президенту КР. Исчезла критикуемая всеми и вся доминирующая фигура одного «серого кардинала». Но события 6-7 апреля 2010 года прервали эту реформу, и вернули управление страной в состояние, где никто ни за что не отвечал. Сейчас такая система управления — анахронизм. Полагаю, что надо возобновить эту работу и провести децентрализацию власти в аппарате президента ради интересов развития страны. Мы, конечно, не первооткрыватели, но данная реформа давным — давно была проведена во всем мире. И не просто ради забавы, а потому, что без хорошего управления мы снова будем вынуждены стоять на месте, растрачивая попусту драгоценное время.

И надо, конечно же, провести работу по децентрализации власти между ее ветвями, между властью, гражданским обществом и бизнесом, между центром и местным самоуправлением, между частными и государственными интересами.

Что же касается уроков истории про выборные органы и их реформирование, и наш Жогорку Кенеш с его опытом в этом вопросе – в нашем следующем материале.

Профессор Зайнидин Курманов – специально для cвоей блог-страницы в Elgezit.kg.

Редакция не отвечает за содержание публикации и мнение автора может не разделять.

Кыргызская политическая история новейшего времени знает две весны, повернувшие естественный, казалось бы, ход развития событий, в иное русло. Весну 2005 года, и весну 2010 года.

Недавние слова экс-президента о том, что он ошибся в выборе преемника и готов эту ошибку исправить, озадачили многих. Повеяло холодком. Непонятно, как он может ее исправить – он хочет другого преемника? Но непонятно, каким путем – то? Страну ожидают новые потрясения? Или же экс-президент владеет другими инструментами для того, чтобы исправить «ошибку»?

Не ошибусь, если скажу, что наших людей, большинство из них, по крайней мере, ужасают любые перспективы, рисующее возможность насилия и диктата толпы. Наши раны от прошлых потрясений не залечены, наши ожидания от двукратной смены власти в итоге не оправданы, и наши страхи от мародерства и буйства пришедших во власть «шариковых» не преодолены.

Народ, если его брать в целом как одну общность, сам по себе уже соскучился по развитию и созиданию. По мирному труду. Ему не нужны беспорядки и митинги. И вражда и недопонимание меж двумя людьми — не повод менять в стране власть.

Людей думающих беспокоит нынче многое. Все, например, знают, что есть конкретный кыргызский, до невозможности активный, и в то же время абсолютно аполитичный индивид, как боевая митинговая единица. Он продолжает свое существование. И он давно уже не получал свои гонорары.

Хотим или нет, мы взрастили, взлелеяли, наравне с «революционным духом у нации», и целую группу людей, кому запах митинговщины и вседозволенности во время диктата толпы напоминает о вполне осязаемых и ощущаемых дивидендах.

И вот, не дай бог, чтобы они почувствовали себя востребованными. И не дай бог, чтобы кто-то, кто вовсе и не имеет в списке своих приоритетов преследование высших интересов кыргызского общества – светлое его будущее и сегодняшнее благополучие, вступил с ними в торги.

Народ же, живущий по городам и весям, понимает одно – альтернативы спокойному существованию нет. Поэтому сегодня нужно сделать самое важное – успокоить и обнадежить страну. Заявить смело и уверенно, что в жертву политическим пристрастиям спокойствие в обществе не будет принесено. Что власть выполнит главное свое предназначение – обеспечит безопасность своих граждан. Будем надеяться, что так и будет.

Темирбек Орозбаев – специально для Elgezit.kg

Редакция ответственности за содержание публикации не несет и мнение автор может не разделять

В стране идет затяжная борьба с коррупцией, и хотя ведется она со времен незабвенного первого президента, для нас это по-прежнему актуальная проблема. Как известно, коррупция свойственна прежде всего бедным странам, и именно там она обретает уродливые формы. Это обстоятельство, впрочем, не мешает свитам правителей, разномастным экономическим оракулам и прочим прилипалам приписывать себе заслуги в росте экономики и борьбе с коррупцией.

Опыт тех стран, где борьба с коррупцией ведется на деле, а не на словах, показывает, что залог ее успеха – ведение борьбы на упреждение и сопровождение реальными экономическими реформами (созидание и развитие). Очевидно, что ее можно вести только так и не иначе. В противном же случае, когда индекс доверия к проводимой властями политике падает, народ голосует ногами, уезжая за рубеж. Кто временно, а кто, не видя для себя и своих детей перспективы на своей Родине — и навсегда.

Хлеб мигрантов не сладок — они рискуют здоровьем, жизнью, капиталом, будущим своих детей. И хотя миграция вроде бы положительно влияет на рост материального благосостояния семей, но для подрастающего поколения отсутствие одного или обоих родителей тоже имеет свою цену. И здесь нашему обществу еще предстоит заплатить по счетам в виде разрушенных семей и молодых членов общества, недополучивших родительского внимания и любви, должного воспитания и образования.

Кыргызское экономическое «чудо» зиждется на деньгах наших мигрантов. Именно эти деньги, вливаясь в экономику, в конечном итоге попадают в бюджет — на них строятся школы, больницы, решаются вопросы жилья. Затем денежные переводы в Кыргызстан увеличивают совокупный спрос, повышают уровень потребления семей, вносят свой вклад в поддержание экономики и курса национальной валюты. И в целом снижают накал в решении комплекса внутренних социально-экономических проблем страны.  Частично эти деньги вкладываются и в покупку  недвижимости и автомобилей – самые надежные по нашим меркам вложения, поскольку иных спасительных гаваней нет, а рынок ценных бумаг так пока и не получил должного развития, находясь в летаргическом сне аж с 1998 года. Именно на денежных переводах трудовых мигрантов стоит кыргызский сом!

Даже страшно подумать, что случится, если денежные переводы вдруг обмелеют. Обвалится курс сома (взлетит цена на иностранную валюту), в разы упадет уровень потребления граждан, сожмется малый и средний бизнес, дающий весомую долю занятости населения, обвалится цена на недвижимость, застынут стройки, еще глубже просядет сельское хозяйство, обмелеет ручеек налоговых поступлений в бюджет. А отсюда уже недалеко и до ненадлежащего выполнения своих функций государством…

Россия и Казахстан пока с пониманием относятся к нашим «временным» трудностям. И если Президент Узбекистана говорит о возвращении на родину 2 млн. мигрантов с созданием для них условий, то от наших властей об этом ничего не слышно. Больше на слуху разговоры об облегчении условий их выезда зарубеж (исключение из черных списков, смягчение визовых требований). И то дело – меньше активных, трудоспособных  и недовольных нынешним положением людей будет путаться у властей здесь, под ногами. В общем, значительная часть протестного потенциала тем самым канализируется прочь отсюда.

Вся нынешняя  кыргызская государственная бизнес-модель – это деньги мигрантов. Это, по сути, огромная заплатка на дырявых штанах с открытой задницей – дескать, срамные места прикрыты, и ладно.

Что делать? Искать кадровый потенциал во власть, находить профессионалов, вырабатывать решения и трудиться, трудиться.

Болотбек Марипов — специально для блог-страницы на Elgezit.kg

Вообще, многоплановые преображения в СДПК происходят уже больше года. На сегодня есть три группы, говорящие от имени СДПК – Атамбаев и официальная организация партии, сидящая в «Форуме», Сагынбек Абдрахманов с его движением «СДПК без Атамбаева», и Иса Омуркулов с некоторым количеством партийных лиц в парламенте. До заявления партии о своем уходе в оппозицию, самой интересной ситуацией было объявление двух разных съездов партии в начале апреля: если на самом деле состоится съезд, объявленный Омуркуловым и назначенный на два дня раньше Атамбаевского, то это событие и могло привнести ясность в непонятную ситуацию с партией.

Но ответ Омуркулова на объявление партией о своем уходе в оппозицию несколько озадачивает, если не больше. Ожидалось бы, что он объявит такое решение партии нелегитимным, так как та часть политсовета, на которую Омуркулов сам надеется, не участвовала в таком решении. Ведь, не зря он объявлял о том, что не Атамбаеву назначать дату съезда. А сегодня он заявил, что партийная организация и фракция разделились, тем самым признав партийную организацию (которой руководит Атамбаев).

Более того, сказав, что фракция не выйдет из коалиции большинства, Омуркулов обосновал это еще более странным образом: мол, не время дестабилизировать работу правительства в такое критическое время. То есть, в принципе, с его стороны не сказано никакого несогласия или оспаривания решения партии ни с политической, ни с правовой точек зрения. Мол, принимает во внимание это решение, но фракция это решение не уважит, и все. Куда логичнее среагировала госпожа Строкова – мол, этого президента навязал партии сам Атамбаев, и партия не может уйти в оппозицию к своему же ставленнику.

Вообще, создается некая патовая ситуация в СДПК, особенно для фракции. Де факто, социал-демократы в парламенте оказались фракцией беспартийных, хотя в избирательном законе и в Конституции нет возможности избираться без партии. Но согласно прецеденту, так уже сложилось, что партия не может отбирать мандат у депутата, который уже сидит в парламенте от партии – императивного права партии над депутатом не предусмотрено законом. По той же логике, конечно, партия может требовать от своих депутатов выйти из правящей коалиции, но не сможет этого истребовать.

Для Атамбаева от этого хуже не станет, но для фракции это серьезно ослабляет почву, на которой она стоит – ведь теперь она никого не представляет. Депутаты сами по себе. Тут неформальное невольно становится почти формальным – ведь голоса избирателей кандидаты сами зарабатывали (кто как мог), не за партию же люди отдавали голоса. По крайней мере, депутатам от СДПК нужно именно так обосновывать свое пребывание в Жогорку Кенеше. Жанар Акаев давно и убедительно обосновал свое право быть депутатом, но вряд ли всем членам фракции СДПК получится сделать так же.

Пока еще большинство депутатов фракции СДПК являются членами партии, и та формальная почва партийного мандата у них сохраняется. Интересно, что будет, если партийная организация – Атамбаев с Ниязовым и Жолдубаевой – решат всех несогласных с ними «предателей» исключить из партии. Та еще комедия будет. Раз уж так много непрописанного в законе уже происходит, может стоило бы сделать еще одно непрописанное действие – всех исключенных из СДПК принять в ряды Ата-Мекена, и та станет самой большой фракцией и создаст правящую коалицию!

В этом политическом цирке может подзабыться роль того, кто заварил ее изначально и который все твердит, что «не уходит из большой политики» или что «возвращается в большую политику». Язык нашей политики — по-своему цирк. В политике Кыргызстана, говорить «ухожу», «не уйду», «прихожу» и так далее вообще ведь бессмысленно – никто никуда не уходит из нее. То, что СДПК «уходит» в оппозицию, будто оппозиция находится где-то другом месте, из того же разряда – ведь чаще всего между оппозицией и правящей партиями в Кыргызстане дистанция измеряется взаимоотношениями всего лишь двух людей. А по содержанию, ведь политика что на той стороне, что на этой – одна и та же: и не правая, и не левая, а аморфная, размазанная повсюду.  Можно было бы «уходить» в оппозицию, если какие-то существенные политические различия появляются – например, правительство уходит все больше вправо, и потому левая партия уходит в оппозицию. Но нет такого в Кыргызстане.

А о «большой политике» и вовсе не стоит заговаривать. Большая политика – это вроде когда обсуждаются и оспариваются великие идеи, большие стратегии, разные видения. В политике Кыргызстана все очень мелко. Политика не становится большой лишь потому, что тай-казан в ней – Белый Дом. Большую политику большой делают люди. А люди в политике у нас, к сожалению, в большинстве своем не очень большие. Любят байки про свои чеп-честные миллионы рассказывать, вспоминать, кто у кого сигареты стрелял, или коньяк из какой тары пил, и так далее. Очень мелочно. Когда мелкая политика ведется на уровне Белого Дома, она от этого не становится большой политикой, она просто распространяет мелочность на всю страну. Или превращает всю политическую жизнь страны в сплошной цирк и досадную комедию.

Политолог Эмиль Джураев – специально для блог-страницы на Elgezit.kg

Редакция ответственности за публикацию не несет и позицию автора может не разделять.

Наблюдатели тревожатся по поводу исламизации республики, хотя при этом здесь спокойно воспринимают шествия феминисток и ЛГБТ-шников.

Президент Киргизии Сооронбай Жээнбеков «шокировал» значительную часть своих сограждан тем, что на состоявшемся недавно съезде судей республики начал свое выступление с высказываний пророка Мухаммада. В упрек ему поставили то, что Киргизия — государство светское, и негоже президенту  — уже не в первый раз — обращаться в своих речах к исламу.

Оппоненты Жээнбекова тут же привели в пример «другое поведение» экс-президента КР Алмазбека Атамбаева, которого, кстати, иные требуют засадить за решетку, и который был известен если не своей религиозной отчужденностью, то, по крайней мере, усилиями по строительству светского государства. А теперь вот, говорят критики нынешнего президента, республика, не без подачи первого лица, стремительно становится исламской.

Приводятся данные недавнего социологического опроса в Киргизии, проведенного НИИ исламоведения в школах, медресе, в студенческой и вообще молодежной среде. На вопрос, «Поддерживаете ли вы, чтобы Кыргызстан стал шариатской страной?», 33,3% респондентов ответили положительно, и на 1% меньше — отрицательно. Остальные с этой темой еще не определились.  «Требует исследования вопрос снижения доверие молодежи к светской власти. Еще может измениться число молодежи, … желающей жить по законам шариата. Это будет связано с нашими мерами по укреплению светского государства. Требуется механизм работы с 34% молодежи, которая пока находится на перепутье», — заявил по этому поводу директор НИИ исламоведения Маметбек Мырзабаев.

Между тем те, кто находятся «на перепутье» или ратуют за жизнь по шариату, являются реальным или потенциальным «электоратом» религиозных организаций и их лидеров, пытающихся влиять на политические процессы в стране. Вероятно, своим резонансным выступлением на вышеуказанном съезде Жээнбеков подыграл сторонникам исламизации республики, дабы оттянуть момент религиозно-политического столкновения с ними. Типа того, что «Я — ваш, и не надо ломать копья». Но они будут сломаны уже в будущем году, когда в стране состоятся парламентские выборы. Потому как в них непременно примут участие общественные и политические фигуры исламского толка. Большинство мандатов в парламенте нового созыва они вряд ли получат (но это — пока), однако количество их будет вполне достаточным для того, чтобы процесс политического влияния исламских течений набирал силу.

Можно также с достаточной долей уверенности прогнозировать, что перед выборами против Жээнбекова и его политической команды будет, не без участия Атамбаева, если его все же оставят на воле, запущен мощный «черный пиар». И основой его станут, в том числе, слухи, в соответствии с которыми президент и его семья имеют тесные связи с политическими и бизнес-кругами государств Ближнего Востока. Собственно, Атамбаев, лоббировавший кандидатуру Жээнбекова на президентский пост, а затем рассорившийся с ним, уже говорит об исламизации республики, а к выборам этот «козырь» будет растиражирован для «светского» электората.

Последний же стоит перед угрозой поэтапного сокращения, поскольку социально-экономическая ситуация в стране удручающая, светское образование находится на низком уровне, но зато полученное «за бугром» религиозное образование духовных лиц весьма качественное. Так что для трансформации светского государства в почти исламское сейчас есть все предпосылки. Стоит добавить, что, как это ни парадоксально, имея в виду неоднократно добытые киргизами революционным путем «демократические свободы», именно они способствовали высокому уровню свободы религиозной, из-за которой сейчас светские круги бьют в набат.

Киргизия, в плане религиозной свободы, самая «продвинутая» страна Центральной Азии. Но государство практически не контролирует деятельность многочисленных религиозных движений. В прошлом году Жээнбеков сам сокрушался на этот счет, но обещание «строже контролировать» деятельность религиозных движений ему пока не по зубам.  Впрочем, как и Духовному управлению мусульман.

И вот что интересно. Несмотря на довольно большое количество желающих «жить по шариату», в Киргизии, с ее высоким уровнем религиозных свобод, наличествуют и другие «свободы», никак не вяжущиеся с исламизацией. В частности, в Бишкеке на днях прошел марш ЛГБТ- сообщества, закамуфлированный под шествие феминисток. Лозунги на этом действе были и такие: «Мое тело — мое дело», «Я горжусь, что я транс», и т. д.  По неофициальной информации, бишкекский марш привлек геев, лесбиянок и представителей других сексуальных меньшинств с Украины и Казахстана, и они приняли в нем активное участие.

В общем, скандал с исламскими речами Жээнбекова смешался с «сексуальным» скандалом, и трудно сказать, который был громче. Поскольку одна часть общества не видит ничего дурного в исламизации и даже ратует за нее, а другая не против делить «пространство» с геями, лесбиянками и прочими, кто «любит неправильно» или изменяет пол.

Но ведь есть и другие, кто не приемлют ни исламизации, ни «разврата». И четвертые — это женщины, требующие равных прав с мужчинами. Опять же — как рост «феминизма» совместим с шариатом? О требованиях женщин будет сказано ниже. Здесь же отметим, что накануне в Бишкеке у здания мэрии состоялся митинг набирающей силу общественной организации «Кырк чоро» («Сорок витязей»). Она пригрозила властям «крайними мерами» в случае, если они не удовлетворят их требований: привлечь к ответственности чиновников, позволивших проведение марша сексуальных меньшинств и феминисток, их организаторов, а также законодательно запретить пропаганду ЛГБТ. Кроме того, «Кырк чоро» потребовала отставку мэра Бишкека. Но городские власти разъяснили, что участники марша не нарушили Конституцию страны, в соответствии с которой «Никто не может подвергаться дискриминации по признаку пола, расы, языка, вероисповедания» и т. д.

Что касается «феминисток». Они хотят большего участия женщин в общественно-политической жизни страны, в органах власти. По их утверждению, в современной Киргизии нет никакого сравнения с тем, какую роль играли женщины республики в бывшем СССР. Мужчины «лезут» в парламент и не дают заседать в нем женщинам, в то время как в стране существует квота — то есть каждый четвертый мандат в законодательном органе должен принадлежать представительнице «слабого пола», но никто ее не выполняет. В общем, никакого «гендерного баланса» нет и в помине. В Киргизии сейчас не найти ни одной женщины — мэра города, руководителя района, губернатора. А ведь какую карьеру сделала Роза Отунбаева не только в советские времена, но и в независимой Киргизии!

Теперь об активности «Кырк чоро», наехавшей на феминисток и приверженцев «другой любви». Организация, как утверждают женщины — участницы марша, угрожает им расправой. Шеф «витязей» был вызван в полицию. В свою очередь «витязи» направили заявление в генпрокуратуру с тем, чтобы она дала «юридическую оценку» лозунгам представителей сексуальных меньшинств, которые в «Кырк чоро» считают «экстремистскими». Они вообще принимают активное участие в разных областях местной жизни — «Росбалт» писал, в частности, об их требованиях к киргизскому правительству в течение месяца обязать всех иностранцев покинуть республику. Особо «острый зуб» заточен у них против китайцев. До откровенных погромов иностранцев дело еще не дошло, но «витязи» самовольно проверяют принадлежащие «чужакам» объекты и следят за тем, чтобы с ними «не связывались» киргизские девушки. Ну, а еще они ратуют за введение многоженства в республике и замену уйгуров, занимающихся торговлей, на киргизов. Похоже, они уже претендуют на политическое влияние в республике с выраженными элементами ксенофобии.

Кстати, несмотря на то, что «простой народ» не пошел в Киргизии вилами на ЛГБТ-шников, то есть продемонстрировал свое равнодушие к «греху», республика, сообщает агентство «Фергана» со ссылкой на данные сайта Spartacus.gayguide, занимающимся организацией туризма для членов ЛГБТ-сообщества, не так уж безопасна для последних. И хотя наименее толерантным государством в Центральной Азии для секс-меньшинств оказалась Туркмения — 174 место, Киргизия — тоже не рай: 95-я строка рейтинга.

В общем, в Киргизии сейчас «весело». С одной стороны — шариат, исламизация, с другой — «наступление разврата» и «потерявшие стыд женщины», желающие руководить и иметь с мужчинами равные права.

Интересно, как разрулит киргизский «сюр» Сооронбай Жээнбеков? Потому как вся эта многофрагментная картина оставляет чувство нереальности происходящего, в то время как фрагменты (факты) абсолютно реальны, и в большей или меньшей степени опасны для здоровья такого политически, экономически, религиозно, географически и ментально уязвимого государства, как Киргизия.

Ирина Джорбенадзе

Глава государства Сооронбай Жээнбеков своими указами объявил 2018 и 2019 годы Годами развития регионов. Основной посыл этих указов заключается в том, что «без развития регионов невозможно достичь развития страны в целом».

Выступая 27 февраля текущего года на Национальном диалоге по региональному развитию президент С. Жээнбеков с сожалением констатировал, что «до сегодняшнего дня экономическая политика государства оставалась неспособной обеспечить развитие регионов. К примеру, бюджетная, налоговая, денежная, кредитная политики не учитывали специфику регионов. Это, в свою очередь, привело к усилению внутренней миграции. В разы увеличилось количество переселенцев из отдаленных районов, в том числе — с приграничных мест. Становится понятно, что вопрос поддержки села, а в особенности — населения приграничных и отдаленных горных районов, практически равнозначно сохранению территориальной целостности страны.»

Полагаю, что на самом деле это и есть реальная оценка эффективности 25 летней реформы государственного управления и местного самоуправления.

Когда реформы работают не во благо, а во вред государству и обществу

В настоящее время в Кыргызстане в очередной раз предпринимаются попытки реформирования системы государственного управления и местного самоуправления. Напомню, что реформы в этих сферах начались еще в 1994-1995 годы. Однако до сих пор, в республике не создана действенная, комплексная модель системы государственного управления и местного самоуправления.

В результате бессистемных и не доведенных до логического завершения реформ государственного управления регионами и местного самоуправления остается нерешенным целый ряд серьезных проблем: неэффективная система государственного управления и местного самоуправления; неэффективное осуществление децентрализации государственного управления; неэффективная 2-х уровневая бюджетная система; дублирование и параллелизм в государственном управлении и местном самоуправлении; недостаточное обеспечение высококвалифицированными и компетентными кадрами органы местной власти и, как следствие; низкий уровень жизни населения, постепенная утеря морально-нравственных устоев, национальных традиций и т. д.

Местные бюджеты в большинстве случаев оказались нереальными, местные налоги не дают ожидаемых результатов. Дотационными как было, так и осталось более 80% органов местного самоуправления республики.

В этой связи  остро стоит вопрос о необходимости создания новой системы государственного управления и местного самоуправления, эффективность и качество которых сегодня оставляет желать лучшего.

Остановлюсь на одной осуществленной реформе, которая нанесла серьезный вред системе государственного управления регионами.

23 марта 2012 г. правительством была утверждена Концепция административно-территориальной реформы в Кыргызской Республике. Концепцией предусматривалось закрепить новую модель административно-территориального устройства и системы управления на районном и областном уровне.

В реализацию Концепции в 2012 г. вместо института главы местной государственной администрации области – губернатора был учрежден институт «полномочного представителя правительства в области». Данная должность была «придумана хитроумными» юристами во власти с тем, чтобы преодолеть правовой вакуум, связанный с ликвидацией в ходе административной реформы в 2007-2008 годы областных кенешей – тем самым не стало правового механизма для назначения главы государственной администрации области – губернатора, поскольку в соответствии с нормой прежней редакции (до конституционной реформы 2016 года) пункта 7 статьи 89 Конституции, премьер-министр назначал глав местных государственных администраций по предложению местных кенешей в порядке, установленном законом.

Кроме того, «придумывая» данную должность исходили из того, чтобы «обойти» эту самую норму, закрепленную в пункте 7 статьи 89 Конституции: «полномочный представитель правительства в области» это не «глава местной государственной администрации области» и соответственной указанная конституционная норма в данном случае не должна действовать.

К чему привела указанная реформа 2012 года?

Во-первых, разрушили вертикаль исполнительной власти. Осуществление власти есть процесс управления. На уровне государственного управления власть реализуется ее различными ветвями: законодательная – разрабатывает соответствующие целям и задачам законы, в рамках которых и действует власть; исполнительная – осуществляет управление, т.е. исполняет законы, реализует планы и программы; судебная – обеспечивает контроль над соблюдением законов.

Вертикаль исполнительной власти представляет собой жесткую систему государственного управления, основанную на подчинении нижних уровней управления верхним. Отношения между центром и органами власти в регионах, между органами власти в регионах и исполнительными органами местного самоуправления, основанные на принципах «власти – подчинения» по вертикали, являются обязательным признаком государства в любом обществе.

Но вместо того, что укреплять вертикаль исполнительной власти, повышать эффективность государственного территориального управления и кадровой работы, реформой 2012 г. власти «пробили огромную брешь» в системе органов управления.

Главная проблема на сегодняшний день состоит в том, что правительство потеряло механизмы влияния на развитие регионов, поскольку не стало представительного органа, который принимал бюджет области и программы социально-экономического развития регионов, и органа исполнительной власти, который осуществлял контроль исполнения бюджета и программы развития.

Во-вторых, возникает вопрос о конституционности института «полномочный представитель правительства в области». Согласно статье 83 Конституции исполнительную власть в Кыргызской Республике осуществляют Правительство, подчиненные ему министерства, государственные комитеты, административные ведомства и местные государственные администрации. В соответствии со статьей 27 конституционного Закона «О Правительстве Кыргызской Республики» исполнительную власть в районах осуществляют местные государственные администрации, которые находятся в непосредственном подчинении правительства.

Следовательно, исходя из буквы и смысла статьи 83 Конституциии и статьи 27 конституционного Закона органом исполнительной власти в административно-территориальной единице – области — должна быть государственная администрация области, возглавляемая главой государственной администрации области. Т.е. институт «полномочный представитель правительства в области» является фактически неконституционным.

Предложения по совершенствованию регионального управления

Из вышеизложенного можно выделить две главные причины необходимости реформирования проведенной «реформы» государственного управления и местного самоуправления, и, в первую очередь — реформы системы местной государственной администрации.

Практика показывает, что действующая система управления территориями разбалансирована по полномочиям и ответственности. На районные и областные звенья возлагаются большие требования по обеспечению исполнения показателей развития территорий. Однако сегодня ни главы районных государственных администраций – акимы, ни полномочные представители правительства в регионах не обладают ни полномочиями, ни функциональным подкреплением, ни финансовыми возможностями для исполнения поставленных задач по развитию регионов.

В целях обеспечения единства государственной власти и органов местного самоуправления на всех территориальных уровнях, создания правовых условий для проведения единой государственной политики по социально-экономическому развитию регионов, исполнения национальных и государственных программ, а также достижения оптимального сочетания централизованного государственного управления и децентрализованного местного самоуправления, предлагается следующее.

1. Необходимо восстановить областные государственные администрации и областные кенеши. Эта задача вызвана неотложностью решения вопросов укрепления единства государственной власти на местах и создания механизмов для реализации национальных стратегий и государственных программ социально-экономического развития регионов. Главными функциями вновь образуемых областных кенешей должны стать разработка, принятие бюджета области и программы социально-экономического развития области. Предлагается избирать депутатов областных кенешей из числа депутатов айылных и городских кенешей на заседаниях соответствующих кенешей – по 3-4 депутата от каждого айыльного и городского кенеша: численность депутатов областных кенешей в зависимости от числа айыльных и городских кенешей на территории области будет составлять от 20-24 до 30-40 депутатов.
2. Следует совершенствовать процедуру назначения глав местных государственных администраций районов-акимов, определив четкий порядок назначения и освобождения акимов по представлениям глав местных государственных администраций областей-губернаторов.
3. В целях обеспечения взаимодействия на местах предлагается усилить роль глав местных государственных администраций районов-акимов при избрании глав айыл окмоту. Предлагается избирать глав айыл окмоту айылными кенешами по представлению акима района.
4. Предлагается передать в ведение местных государственных администраций территориальные подразделения министерств и административных ведомств, за исключением судов, правоохранительных органов, обороны, таможни и органов статистики, и усилить кадровые полномочия глав местных государственных администраций областей и районов по назначению их руководителей. Статьей 91 Конституции установлено, что исполнительную власть на территории соответствующей административно-территориальной единицы осуществляет местная государственная администрация. Если конституционно определено, что местная государственная администрация является частью исполнительной власти на уровне района, то целесообразность передачи территориальных подразделений министерств и административных ведомств конституционно вполне обоснованно. Данное предложение усилит местную власть, даст значительный эффект работы местной государственной администрации с народом, поскольку институт местной государственной администрации сегодня является ближе к народу.
5. Местная государственная администрация соответственно с переданными территориальными подразделениями министерств и административных ведомств и иных государственных органов будет реализовывать государственную политику выработанную президентом, Жогорку Кенешем и правительством. В свою очередь министерства и административные ведомства будут ответственны за выработку политики, организации методического обеспечения, и за вопросы координации и контроля за ходом реализации государственной политики.
6. Предлагается возвратить право на подготовку и проведение процедуры избрания глав айыл окмоту и мэров городов в ведение самих местных кенешей. При принятии в июне 2011 г. действующего Закона «О местном самоуправлении» в процедуру выборов мэров городов и глав айыл окмоту была искусственно внедрена Центральная избирательная комиссия. Это противоречит функциям органа, закрепленным в статье 106 Конституции — подготовка и проведение выборов президента, депутатов Жогорку Кенеша и депутатов местных кенешей, а также подготовка и проведение референдумов Кыргызской Республики. Конституция не закрепляет за Центральной избирательной комиссией функции по организации и проведению выборов глав айыл окмоту и мэров городов. Поэтому необходимо исправить допущенную ошибку.
7. Предлагается ужесточить требования к кандидатурам мэров городов и глав айыл окмоту. Следует установить, что мэром города может быть дееспособный гражданин Кыргызской Республики, имеющий высшее образование и стаж работы на государственной либо муниципальной службе не менее 7 лет, либо стаж работы в государственных учреждениях, организациях или на руководящих должностях в организациях, учреждениях и хозяйствующих субъектах частной формы собственности не менее 10 лет.

Главой айыл окмоту должен быть дееспособный гражданин Кыргызской Республики, имеющий высшее образование и стаж работы на государственной либо муниципальной службе не менее 5 лет, либо стаж работы в государственных учреждениях, организациях или на руководящих должностях в организациях, учреждениях и хозяйствующих субъектах частной формы собственности не менее 7 лет.

Вышеуказанные предложения направлены на переход к новой модели управления регионами, что требует коренного пересмотра организации государственной исполнительной власти на территории района/области и укрепления роли местных государственных администраций и органов местного самоуправления в реализации социально-экономической политики президента и правительства Кыргызской Республики.

Лидер парламентской фракции Жогорку Кенеша «Онуугуу-Прогресс»  Бакыт Торобаев – специально для Elgezit.kg

От редакции: Elgezit.kg не несет ответственности за публикуемый материал и мнение автора может не разделять

За весь период независимости Кыргызстана, южные рубежи республики постоянно находятся в зоне конфликтных ситуаций. Проблема демаркации и делимитации кыргызско-таджикской и кыргызско-узбекской границ вызывает лишь головную боль у высшего руководства страны. Как итог, жители сопредельных государств с постоянной периодичностью враждуют между собой.

В основном, конфликтные ситуации происходят на бытовом уровне. Вода, земля, пастбища, возведение инфраструктуры – на все это остро реагируют жители приграничных населенных пунктов. И вот вновь бикфордов шнур подожжен. И власти судорожно пытаются погасить пламя, чтоб не взорвалась пороховая бочка.

Хроника событий

13 марта, примерно в 15:00, между жителями приграничных сел Ак-Сай (Баткенская область) и Мехнатабад (Таджикистан) произошел конфликт. Причиной агрессии соседей стало начало строительство объездной дороги Ак-Сай – Тамдык Баткенского района. Таджики были категорически против начала дорожных работ до решения вопроса по демаркации границ. Словесный спор быстро перерос в закидывание друг друга камнями.

Через несколько часов, подоспевшие кыргызские пограничники, казалось бы, локализовали конфликт. Но к вечеру, около 19:00 граждане Кыргызстана перекрыли дорогу в селе Ак-Сай. В свою очередь, таджики взяли под свой контроль дорожное полотно в местности Торт-Кочо. Такие действия вновь обострили ситуацию.

«Несмотря на попытки пограничников стабилизировать ситуацию, жители приграничных сел двух стран настроены агрессивно, таджикские граждане подожгли частный дом гражданина Кыргызстана», — говорится в сообщении пресс-службы ГПС КР.

Кроме того, один кыргызстанец получил ранение и был доставлен в больницу. Пограничникам пришлось стрелять в воздух, чтоб успокоить агрессивно настроенных граждан Таджикистана, отметили в Погранслужбе.

В свою очередь, Главное управление погранвойск ГКНБ Таджикистана сообщило, что  в больницу с различными травмами доставлены 11 человек. А один гражданин РТ погиб от огнестрельного ранения.

На следующий день, 14 марта, погранслужбы двух стран отрапортовали, что обстановка на границе относительно стабильная. Однако, фиксируется скопление людей по обе стороны.

И вновь стало тревожно во второй половине дня. Оцепление пограничников двух стран никак не могло противостоять обоюдным оскорблениям местных жителей. Люди вновь схватились за булыжники. Военные периодически производили выстрелы в воздух, чтобы разогнать толпу.

Но конфликты вновь разгорались в разных местах. Более того, появилась информация о раненых и об одном убитом. Так, огнестрельное ранение получил милиционер, сообщили в ГПС КР. В свою очередь, таджикские СМИ передают, что погиб еще один человек, двое ранены. Лишь поздней ночью, противоборствующие стороны стали расходиться.  Также стоит отметить, что в зоне конфликта местные жители стали вывозить женщин и детей в город Баткен. Мэрия временно разместила эвакуированных людей в госучреждениях и обеспечила питанием.

Запоздалая реакция властей

Между главами МИД КР и РТ дважды состоялся телефонный разговор. Министры обсудили шаги урегулирования сложившейся ситуации. На пленарном заседании Жогорку Кенеша депутаты за закрытыми дверями заслушали информацию правительства о конфликте на границе. А вице-премьер-министр Жениш Разаков выехал к месту событий. Также, глава кабмина Кыргызстана Мухаммедкалый Абылгазиев обсудил ситуацию на границе со своим таджикским коллегой Кохиром Расулзодой. Президенты двух стран Сооронбай Жээнбеков и Эмомали Рахмон в телефонном разговоре отметили о необходимости создания совместной комиссии для объективного расследования инцидента.

А тем временем, возникает вопрос — могли бы власти предвидеть обострение ситуации? После обсуждения в парламенте за закрытыми дверями вопроса о конфликте на границе выяснилось, что тревожные звонки звучали еще зимой. А первая стычка произошла 7 марта, когда жители кыргызских сел пытались взять песок для строительства с карьера, расположенного в анклаве Ворух. Тогда, переговоры по регулированию ситуации велись лишь на уровне акимов двух районов и все!

Прошла неделя с момента обострения ситуации, которая  вылилось в эскалацию. Где были чекисты, сотрудники 10-го отдела внутренних дел? Почему центральная власть молчала, или же она была не в курсе? Почему кыргызстанцы узнают о конфликте через соцсети, знакомых и родственников? Почему у нас по ситуации на границах не осуществляется мониторинг, нет диагностики и предупреждения потенциальных конфликтов? И почему отечественные чиновники не предотвращают, а лишь решают последствия конфликтов? Да, мы слышим только о том, что делается по последствиям, и практически ничего – что делается для предотвращения.

Местные органы власти двух государств не проводят разъяснительную работу. Но даже если и проводят, то ответа на вопрос, единственный и самый уместный в данном случае, который может быть задан местным населением – «когда начнется и завершится определение линии границы, демаркация и делимитация?», ответа они дать не смогут. Оголенная в правовом отношении граница, условное, но не безусловное, разделение территории на «наше-ваше» – вещь проблематичная. Вот и происходят постоянно конфликты. Терпению людей, живущих в неспокойных территориях, нужно дать должное. Но оно не может быть бесконечным – люди могут уехать, оставив свои участки и дома на конфликтной территории.

Слава богу, за последние год-два значительно снизился градус напряжения на кыргызско-узбекской границе. Этому поспособствовали регулярные встречи разного ранга чинов двух государств. Проведение совместных культурных мероприятий с участием местного населения.

А на другом участке границы пока тревожно. Зима закончилась, началась пора выращивания сельхозкультур, выпаса скота на пастбищах, пора строительстваи ремонта инфраструктуры. А значит, конфликты за воду и землю в приграничных районах могут возобновиться. Высшим властям в срочном порядке необходимо научиться не только тушить пожары, но и предотвращать их.

Руслан ИЗРЕКОВ – специально для Elgezit.kg

Президент Сооронбай Жээнбеков свое выступление на XI курултае (съезде) судей Киргизии начал с чтения хадиса (высказывания пророка Мухаммада) и отметил, что «самое главное – надо бояться закона и Всевышнего». Это не первое публичное обращение главы государства к исламу. Общественные деятели отмечают стремительный отход от прописанного в Конституции светского характера государства к исламскому. Киргизский политический обозреватель Денис Бердаков утверждает, что «президент пытается взять ислам под государственный контроль».

На съезде, который состоялся в государственной резиденции «Ала-Арча» 11 марта, был утвержден Кодекс чести судьи. Глава государства предостерег судей от необдуманных действий. Он напомнил высказывание пророка Мухаммада: «Суд бывает трех видов. Два в аду, один в раю. Если судья вынесет справедливое решение, то его место в раю. А те, кто выносит приговор, не разобравшись в деле или зная правду, выносят несправедливое решение, то их ожидает ад». От цитирования пророка президент снова перешел к хадису: «Не забывайте это. Все будете отвечать перед Богом».

Киргизский политик и общественный деятель Токтайым Уметалиева отметила, что исламизация страны началась не сегодня. Активная фаза пришлась на 2016–2017 годы, период конституционных изменений, когда прописывался закон о светском статусе государства. Против тогда выступили представители религиозных организаций, действующих в Киргизии, и политики, лоббирующие их интересы. «На членов конституционного совещания со стороны религиозных лидеров оказывалось сильнейшее давление, едва не перешедшее в столкновения. Заигрывание политических лидеров с представителями религиозных организаций привело сегодня к тому, что они получили политический окрас и являются инструментом влияния на политиков и государственную линию Киргизии», – сказала «НГ» Уметалиева. Она не исключает, что в будущем парламенте, выборы которого намечены на 2020 год, большинство депутатских мест перейдет к приверженцам различных исламских организаций и течений. Причина, по ее мнению, столь быстрой исламизации страны кроется в социальной уязвимости населения, экономической деградации, популяризации медресе, где преподают муллы, получившие образование в Пакистане, Египте, Саудовской Аравии, отсутствии качественного светского образования и альтернативной идеологии.

«В республике взят курс на целенаправленное построение государственного ислама», – сказал «НГ» киргизский политолог Денис Бердаков. Он считает, что президент Жээнбеков пытается ислам взять под контроль, дабы не получить политическую исламскую оппозицию. Пример Таджикистана показывает, что любая исламская партия будет противостоять власти.

Предыдущий президент Алмазбек Атамбаев в начале своей карьеры пытался «оседлать» процесс исламизации. И он тоже публично обращался к Корану. Но к 2014–2015 году понял, что тот политический ислам, который придет на смену культурному и социальному, «задавит» его. «Атамбаев – человек светской формации, русскоязычный, ментально чуждый исламистам. Он решил обратиться к альтернативной идеологии – сделал ставку на возрождение тенгрианства (культ Тенгри – религия древних киргизов, культ обожествленного неба, имеющий отчетливо прослеживаемые параллели с хуннским Ченли и китайским Тянь. – «НГ»). Но и здесь у него не сложилось», – пояснил в одной из статей религиовед из Уфы Артем Соловьев.

Сегодня Киргизия – полноценная исламская страна, с традициями, обрядами, исламским мировоззрением, хотя официально исламской республикой вряд ли станет. Как ранее «НГ» писала (см. номер от 01.10.17), ислам в стране играет все более весомую роль не только в обществе, но уже в политике и экономике. «Если на парламентских выборах 2015 года исламский фактор был значимым, но не определяющим, то к 2020 году ситуация может кардинально поменяться. Политический ислам нарастает. Например, есть такой религиозный лидер, как экс-муфтий Киргизии Чубак ажы Жалилов, у которого насчитывается несколько сотен тысяч активных последователей. Это колоссальный электорат с учетом того, что для прохождения партии в парламент необходимо набрать всего 115 тыс. голосов, и 10 депутатских мест гарантировано. При этом Чубак не один такой имам в Киргизии. У многих религиозных деятелей имеется паства сопоставимого размера», – отметил Бердаков.

Эксперт обратил внимание на то, что на выборах 2015 года религиозная паства в целом не поддержала те партии, которых лоббировали их духовные лидеры, – не было сильной связи ислама и политики. «Сейчас мы переходим к гораздо более жесткой смычке, потому что за пределами Бишкека, в регионах мечеть становится одним из главных социальных институтов. Это и религиозное образование, это и место сбора и общения людей. Возрастает количество и роль имамов. Они проводят все обрядовые ритуалы, начиная от рождения до похорон. Они берут под контроль определенные денежные потоки и социальные практики. Эта тенденция не может не беспокоить президента Жээнбекова», – считает Бердаков.

Эксперт не исключает, что на встрече с президентом России Владимиром Путиным, которая состоялась в начале февраля в Сочи, Сооронбай Жээнбеков обсуждал проблему исламизации Киргизии. Косвенным доказательством этого может служить то обстоятельство, что Путин во время визита в Казань на переговорах с экс-президентом, госсоветником республики Минтимером Шаймиевым обсуждал вопрос обучения имамов из Киргизии в Болгарской исламской академии в Татарстане.

Жээнбекову нужны те имамы, которые будут поддерживать светскость и государственность и пропагандировать ее. Проблема обострилась очень резко и продолжает обостряться – в частности, в пятничную молитву уже и многих госслужащих не бывает на работе, силовиков. Бишкек стал самым религиозным городом Центральной Азии, а Киргизия – самой религиозной страной. Киргизы невесело шутят о том, что мечетей у них больше, чем общеобразовательных школ. К этому стоит добавить 102 действующих медресе, 7 исламских институтов и 1 исламский университет. Женщины все чаще надевают традиционную мусульманскую одежду – хиджаб, а мужчины – пакистанские белые шальвары и длинную рубаху – камиз. Такого типа одежда у киргизов никогда не была в почете.

Виктория Панифилова.

Статья опубликована в «Независимой газете» 12.03.2019 года.

13 марта 2009 года – день, когда не стало Медета Садыркулова. Человека, ставшего знаковой фигурой своего времени при жизни, и человека, ставшего символом честного служения государству после своего ухода.

Служение государству может проявляться, само собой, в разных ипостасях.  Хотя коммунистическое прошлое и унаследованные нами оттуда традиции и понятия застолбили в нас, кажется, понимание службы стране как исключительного акта самопожертвования, какого-то бескорыстного действа «во благо страны и народа».

А между тем, страна всегда нуждалась и нуждается нынче в тех, кто бы просто, без героики, каждодневно служил государству, был в первую очередь государственником, а не политиком, по своему мироощущению.

Elgezit. kg беседует о Медете Садыркулове и его наследии с депутатом Жогорку Кенеша Искендером Гайпкуловым.

Elgezit.kg:  Вы были одним из очень близких к Медету Садыркулову людей. Медета Чокановича, МЧС, как часто называли его при жизни, вспоминают в Кыргызстане постоянно. Особенно, когда речь заходит об эффективном госуправлении, и мы начинаем искать пример образцового чиновничества в нашей новой истории…

— Хочу сказать, что Медет Чоканович не был сторонником собственной публичности. Можно сказать, что он даже сторонился публичного пространства – но мы также прекрасно знаем, что он как раз-таки это самое пространство и конструировал.  Он не был чиновником абсолютно самостоятельным и независимым от обстоятельств, но мог, обладал способностью создавать необходимые для той или иной ситуации обстоятельства сам. В этом, наверное, его особенность как руководителя — государственника. Мне кажется, что такие руководители были востребованы всегда, они нужны нам и сегодня.

Конечно, на многое в этой жизни у него был свой взгляд, что-то он ценил в людях, чего-то не выносил. Но никогда, ни по одному вопросу, если уж этим он занимался или про это говорил, он не был неискренним.

Elgezit.kg: В этом, наверное, заключалась особенность его характера?

— У Медета Чокановича был непростой характер. Он,  как говорят, был «колючим, ершистым». Но вряд ли найдется еще один чиновник такого ранга, магнитом притягивавший к себе так много достойных людей из своего времени.

В книге воспоминаний о нем многие из них рассказали свои истории знакомства с Садыркуловым. И я думаю, что да, конечно, он оставил после себя кучу завершенных и незавершенных дел. Но он, также оставил много историй, воспоминаний об особой притягательности своего характера, о своей верности дружбе и нетерпимости к предательству.

Elgezit.kg: Наверное, можно сказать и о том, что он хорошо разбирался в людях, и мог заразить идеей, мог заразить оптимизмом тех, на кого полагался. Об этом как-раз-таки и говорят его друзья, ученики в своих воспоминаниях…

— Он оставил после себя хорошую команду, преданных людей, и у каждого светлая и неугасаемая память о нем самом. Такое суждено не каждому. Именно в этом, я думаю, его главное, хотя и далеко не единственное отличие от многих других.

На примере отношения к памяти Медета Чокановича со стороны людей, друживших с ним и знавших его, по-настоящему понимаешь – люди, окружающие тебя, остающиеся с тобой и после твоей смерти – это лучший твой памятник.

В день его рождения, и в день смерти эти люди, его друзья, единомышленники, его семья во главе с Айнагуль Токтогуловной, мужественной и мудрой женщиной, обязательно собираются. Каждый год. И это уже стало традицией. Всегда нам есть что сказать, что вспомнить.

У меня есть стихи. Они написаны абсолютно посторонним человеком – Измайловой Людмилой Геннадьевной, она педагог. Случилось так, что я ей довольно подробно рассказывал о Медете Чокановиче, о том, каким его знал всегда. И через некоторое время она принесла мне свои стихи о нем. Спасибо ей огромное, стихи, может быть, чуточку наивные, но зато от чистого сердца. Они меня очень тронули. Возможно, вы опубликуете отрывок?

Elgezit.kg: Непременно. Благодарим Вас за согласие побеседовать с нами.

Поезд времени дальше уносит,

Те события памятных лет…

Быть может кто -то проходящий рядом,

Спеша по будничным делам,

Напомнит вдруг Медета взглядом,

Таким родным до боли нам!

Глазами лучезарными, с искринкой

И звонким смехом, характерным для него,

Улыбкой столь похожею с хитринкой.

Каким друзья запомнили его…

Ещё пока свежи воспоминания,

Хоть пролетело ровно десять лет,

Все наши мысли, чувства состраданья,

О том соратнике, которого здесь нет!

О человеке том, по праву одарённом,

Масштабно мыслящем, прозорливом вдвойне,

Уверенном в себе, непокорённом,

Оставившим лишь память о себе!

Принято говорить, что молодежь – это наше будущее, от нее зависит какой будет страна завтра. Действительно, духовный и нравственный уровень нынешней молодежи определит уровень развития страны в недалеком будущем.

Процессы, которые сегодня происходят в молодежной среде очень непросты. В сознании молодых людей продолжают жить такие вечные ценности, как любовь, семья, ответственность, тяга к искусству, справедливость и уважение к старшим. В то же время нарастает тенденция потребительского отношения к окружающей действительности. И как следствие, у подрастающего поколения возникает проблема выбора собственных жизненных приоритетов. Тенденция потребительства находит отражение в стремлении к материальным благам любыми способами и, желательно, без усилий. В получении удовольствий и выгоды, в культе моды и денег. Такой духовный упадок породил глубокую дезориентацию среди молодых людей, и, похоже, она не разрешится сама по себе, в самой молодежной среде.

Это значит, что государство и общество должны уметь помочь своим молодым согражданам и дать им возможности и формы для реализации. Необходимо использовать энергию, порыв, идеализм молодежи для общего развития и блага. Кыргызстану нужны свежие жизненные силы, новые идеи.

Но государство наше в глубоком кризисе. Сама система государственного управления устроена так, что молодые люди с самыми чистыми стремлениями, попадающие в нее, скоро вынуждены либо уходить, либо играть по уже существующим правилам. Система перемалывает их и продолжает спокойно существовать дальше. Декларации о каких-то преобразованиях и привлечении молодежи так и остаются красивыми словами. Да и сама молодежь, немного поистершись в управленческих структурах государства, зачастую приспосабливается и иронично отзывается о собственном идеализме. Что же делать? Вечная проблема отцов и детей, которая разрешается, когда дети сами превращаются в отцов? Перемелется – мука будет?

Увы, эти избитые истины уже не работают. Молодежь будет просто покидать наш Кыргызстан, либо уходить в некую «внутреннюю эмиграцию». Система с годами будет все более неэффективной, устаревшей и недееспособной, а страна будет продолжать деградировать. В условиях, когда государство неповоротливо и «неумно», спасение в активизации общества. «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих» — это про нас. Благо, люди это осознают и становятся с каждым годом все деятельнее. И в первую очередь это справедливо в отношении наиболее современно мыслящей молодежи Бишкека. Столица всегда задает вектор и планку развития для всей страны.

К сожалению, Бишкек не имеет достаточного количество культурных площадок. Такие каналы передачи культурной информации, как выставки, музеи, театры, консерватория, большей части современной молодежи попросту не интересны. Интерес к ним проявляют в основном студенты вузов культуры и искусства, представители разных гуманитарных специальностей. Многие социальные группы молодежи равнодушны к культурным мероприятиям, у них отсутствует потребность в контакте с художественными ценностями. Поскольку лишь очень небольшая часть детей и подростков посещают школы искусств (музыкальные, художественные и т.д.), а общеобразовательные школы почти не занимаются творческим развитием своих учеников, – у последних не возникает желания знакомиться с искусством, дети остаются вне воздействия классической музыки, театрального искусства, оперы и балета, изобразительного искусства, серьезного кинематографа. Труднее становится формировать, воспитывать должное эмоционально-чувственное отношение к жизни, к культуре, которое так необходимо для роста личности и помогает в самореализации.

Вместе с тем, в Бишкеке уже появляются некие молодежные объединения, внутри которых молодые люди развивают новые проекты, занимаются волонтерством, организуют творческие мероприятия в парках и бульварах, барах и кофейнях, которые проходят на постоянной основе, обращая к себе внимание общественности. Открываются издания, где пишущая молодежь может пробовать свои силы, учится журналистике, высказывает свои, пусть даже незрелые мнения о политике, социуме, культуре, городской среде и т.д. Юные художники представляют свои работы на выставках различных студий, ТРЦ, в скверах, где время от времени собираются и музыканты, погружающие Бишкек в завораживающий мир мелодий.

На мой взгляд, какие-то скромные, начальные возможности для творческой реализации думающей молодежи появляются, что внушает оптимизм. Не хватает дискуссионных площадок, где молодежь могла бы спорить, обмениваться мнениями, учиться формулировать мысли и проблемы, а значит лучше понимать самих себя.

В нынешних реалиях молодежи необходимы как активность и самостоятельность, так и умение взаимодействовать с государством и обществом, предлагая новые формы сотрудничества. В результате выиграют все и значит страна будет развиваться, несмотря на все кризисы. Потому что, главное – это человек, человеческий капитал и ресурс.

Тенгиз Джумабаев — специально для Elgezit.kg