По новому проекту Конституции Президент Кыргызской Республики теперь обязан выступать с ежегодным посланием к парламенту и народу. Это естественно, потому что в странах с президентской формой правления, к которым уже меньше, чем через два месяца будет опять относиться и Кыргызстан, послание главы государства является традиционной формой взаимодействия законодательной и исполнительной ветвей власти.

По действующей Конституции Президент Кыргызской Республики тоже мог выступать с посланием к народу и парламенту, но не обязан был этого делать. Поэтому, за последние десять лет только Сооронбай Жээнбеков один раз выступил с посланием в Жогорку Кенеше. Это было 27 июня 2018 года. Впрочем, полноценным президентским посланием, «тронной» речью, то самое первое и последнее послание Жээнбекова не являлось. По мнению политологов и экспертов оно не содержало новых смыслов, стратегических ориентиров и было повторением уже озвученных Жээнбековым ранее тезисов на Совете безопасности сразу после избрания Президентом.

А как у них

В России первое послание к Федеральному Собранию в 1994 году озвучил Борис Ельцин. С тех пор ежегодные послания президента стали неизменным ритуалом российской политики. Послания Владимира Путина всегда концептуальны и содержательно зависят от ключевых акцентов государственной роли российского президента в разные периоды его правления.

Например, с 1999-го по 2004 год послания Владимира Путина декларировали ограничение власти олигархов, а сам российский лидер олицетворял «сильную руку», спасающую страну от развала.

Послания 2005-2012 годов – это экономика — удвоение ВВП, «Стратегия 2020», «План Путина».

В 2013-2018 годах Путин вернулся к роли «сильной руки», но акцент был смещен в сторону «собирателя русских земель» и укрепления России, как мировой державы на международной арене.

С 2019 года «сильная рука» начала сочетаться в посланиях лидера России с «демократичным лидером», реформатором – «отцом обновленной Конституции» и создателем новой модели российской государственности.  

Очень интересно было наблюдать за посланиями Нурсултана Назарбаева. Они никогда не были для «галочки», носили фундаментальный стратегический характер. Отсчет посланий Назарбаева начинается с 1997 года. Именно тогда он озвучил амбициозную «Стратегию развития Казахстана до 2030 года», определившую модель развития нашего соседа. Этим посланием Назарбаев послал сигнал мировому сообществу каким видит себя Казахстан – полноправным участником глобальных процессов, современным государством с ускоренными темпами развития. Назарбаев отличается красноречием и в своих посланиях всегда использовал красочные метафоры, неологизмы, делающие текст запоминающимся и эмоциональным.

Старается продолжать эту традицию и Касым Жомарт Токаев. Он выступал с посланием к народу уже дважды. Второе послание Президента Казахстана было посвящено основным целям развития страны, новому экономическому курсу и социальным вопросам.

История посланий президентов США – родины посланий, как законодательно закрепленной практики, началась с Джоджа Вашингтона. Современные американские президенты выступают с ежегодным послание «О положении в стране» и направляют отдельное бюджетное послание в начале января. Послания транслируется телеканалами в прайм-тайм и по мнению экспертов их формат представляют собой микс тронных речей британских монархов и посланий Папы Римского. Однако, стратегический смысловой характер в США носят все-таки в большей степени инаугурационные речи лидеров. Хотя, знаменитое рузвельтовское «простите своему правительству долги, как вы прощаете больному отцу» или линкольновское «давая свободу рабам, мы обеспечиваем свободу свободным» — это, цитаты из их посланий Конгрессу.

Первое послание Садыра Жапарова

К первому посланию Садыра Жапарова, без преувеличения, будет приковано внимание не только внутри страны, но и мирового сообщества. Именно послание даст ответ на вопрос, что будет с Кыргызстаном в ближайшей перспективе. Удивит ли Страна небесных гор мир реформаторским скачком или будет отброшена еще дальше на перифрии глобальных процессов развития. Пойдут ли в Кыргызстан инвестиции или придется еще туже затянуть пояса и приготовится к очередному витку политической нестабильности. Оно будет сигналом для общества внутри страны и за ее пределами о том, чего ждать от новой власти, каков ее уровень и стоит ли иметь с ней дело.

Поэтому задача команды Жапарова при подготовке его первого послания многомерная, усложненная еще и тем, что помимо объявления стратегического курса страны послание станет одновременно и презентацией той лидерской роли, которую выберет для себя президент Садыр Жапаров.

И мелочей в этой связи быть не может. Значение имеет буквально все. Не только содержание, но и место, время и т.д.

По логике послание Жапарова должно быть после референдума и выборов в Жогорку Кенеш. Но, поскольку пока не известно когда будет избран новый депутатский корпус, администрация Садыра Жапарова может выйти за рамки формулы «президент обращается к парламенту» и площадки Жогорку Кенеша, и сделать из первого послания масштабное мероприятие, даже списком приглашенных посылая мэсседжи обществу. То есть, посадить в зале не только депутатов, но, к примеру и представителей гражданского общества, политических партий, в том числе и оппозиционных, активистов из числа волонтеров и дружинников, сообществ мигрантов, экспертов и т.д. Или вообще обратиться к нации без зрительного зала, выбрав какой-то знаковый фон.

Что касается содержания, то, в этом плане, первое послание Садыра Жапарова будет  для новой власти тестом на интеллектуальность, на понимание процессов государственного управления, на наличие идей развития.

Послание президента – это особый жанр политического дискурса. Но готовой универсальной «методички», каким оно должно быть, нет.

Хочется, чтобы первое послание Садыра Жапарова вдохновляло и чтобы появилась надежда, что события начала октября прошлого года были не зря.

Первая декада февраля 2021 года войдет в историю Кыргызстана, как время, когда новости, каждая из которых могла бы создать свой нарратив, не успевали сменять друг друга в топе на информационных лентах.

Новая структура правительства, неожиданный кандидат на пост премьер-министра, утверждение состава правительства парламентом, чехарда с отставками и назначениями и.о.мэра столицы, указ о выборах в местные кенеши и референдум по Конституции, опубликование самого проекта Основного закона, задержание экс-муфтия, кадровые решения, стремительный суд над Райымбеком Матраимовым и приговор ему в виде штрафа и т.д.

Надо признать, что новая власть намного более живая и подвижная, по сравнению с Сооронбаем Жээнбековым и его командой. Садыр Жапаров, так же как и Камчибек Ташиев, доступен для журналистов, активен в социальных сетях, не уходит от неудобных тем и острых вопросов. 

Правительство

Большинство политиков, депутатов и экспертов были уверены, что новым премьер-министром будет Артем Новиков, исполнявший до последнего времени обязанности главы кабинета министров. Ведь правительство, хоть и новое, но переходное. То есть проработает ровно до того, как будет принята Конституция и избран 7 созыв депутатов Жогорку Кенеша.

Тем неожиданней стала новость о том, что главой исполнительной власти станет 40-летний Улукбек Марипов, теперь уже бывший председатель Счетной палаты. Молодой чиновник сразу же стал мишенью для спланированной атаки на разных медийных площадках и в социальных сетях. Очевидно, что его стремительный карьерный взлет и тем более укрепление позиций не входит в планы одной из групп интересов. Поэтому любой, даже незначительный недочет, будет приподноситься, как фатальная ошибка, непрофессионализм, кадровый «провал» президента и т.п.

Марипову будет не просто сложно, а очень сложно. Противостоять недоброжелателям, использующим профессиональные пиар-инструменты, необходимо будет не только укрепив собственную пиар-структуру и пресс-службу. Важно будет действительно постараться отработать так, чтобы у оппонентов было как можно меньше информационных поводов для атак. И отсидеться по примеру Абылгазиева, не получится.

Марипову повезло, что, например, в дурацкой ситуации с назначениям и.о. мэра Бишкека президент не стал делать из него «крайнего». В своем последнем видеоинтервью, опубликованном на  YouTube— канале главы государства Садыр Жапаров открыто рассказал, что: «Эрмек Нургазиев приходил ко мне на прием. Я два раза спросил, чист ли он. Он ответил, что у него незапятнанная репутация, заверял в порядочности. Он раньше не работал на госслужбе, занимался бизнесом, строительством. Он не рассказал, что ударил женщину и имеет тяжбу по квартире. Мы это узнали после его назначения».

Активно критикует экспертное сообщество и новую структуру правительства. Она, действительно, не производит впечатление результата глубокого функционального анализа. К ней очень много вопросов и пока нет оснований говорить, что она будет эффективней своей предшественницы. Но ведь никто и не говорит, что правительственная структура – это мавзолей, архитектуру которого невозможно изменить. Судя по всему, это только каркас, который, если не будет справляться с поставленными задачами, подвергнется перестройке.   

Так что, заезженная фраза «давайте дадим возможность поработать» наполняется вполне конкретным смыслом. Все-таки логично первые оценки новому правительству и его структуре выставлять хотя бы через первые сто дней работы, чтобы не опуститься от конструктивной критики к примитивному критиканству.

Скандал с экс — муфтием. От Первого лица  

Добровольная досрочная отставка, а затем и задержание экс-муфтия Максатбека ажы Токтомушева стала новостью номер №1 последних двух дней. ГКНБ начало досудебное производство по вскрытым фактам финансовых нарушений, связанных с нецелевым использованием средств паломников, внесенных для совершения хаджа и дачи взятки в размере 100 тысяч долларов США чекистам за сокрытие данного преступления.

11 февраля Садыр Жапаров в интервью, размещенном на YouTube- канале главы государства подробно прокомментировал ситуацию в ДУМК и, непосредственно с задержанием Максатбека ажы Токтомушева.

Как отметил Жапаров, в самом начале избирательной кампании к нему пришел Токтомушев с жалобой на то, что Совет аалымов и «люди из правительства» хотят сместить его с должности. Садыр Жапаров, по его словам, при муфтии позвонил руководителю аппарата правительства Бакыту Аманбаеву и по громкой связи дал указание не вмешиваться в дела муфтията, «потому что это их дело, кого убирать, а кого назначать. А цель государства, это только направлять, если что-то пойдет не так. Сказал так же, чтобы мои слова передали Акину Токталиеву, директору Госкомиссии по делам религий». На этом разговор закончился.

Но, накануне инаугурации, рассказал Садыр Жапаров, к нему поступила информация, что две противоборствующие группы религиозных деятелей опять поднимают вопрос о досрочном снятии муфтия, обвиняя его в хищении средств и в том, что он «навязывает обществу неправильный формат религии через свои лекции на YouTube».

«У меня не было времени, и я поручил помощнику Арзыбеку Бурханову сходить к Максату Токтомушеву и попросить разойтись мирно, если этого хотят в муфтияте. Ошибка Бурханова была в том, что он пошел не к Токтомушеву, а к Акину Токталиеву, и сказал, чтобы тот отстранил Токтомушева от должности. Хотя я говорил, что это должно быть мирно и по согласию всех в муфтияте. На утро ситуация накалилась. Перед инаугурацией я встретился в мечети с муфтием, ажы Абдышукуровым, представителями Совета аалымов. Мы разговаривали четыре часа. Мне рассказали, что в прошлом году, оказывается, мусульмане собрали 16 миллионов долларов на хадж. В муфтияте просили Токтомушева дать отчет по этим деньгам, но он отказывался это делать.»

Президент подчеркнул, что предложил помощь своих бухгалтеров для проверки и обе стороны на это согласились. В ходе проверки выяснилось, что из 16 миллионов долларов 7 миллионов 700 тысяч были конвертированы в сомы и помещены в банки под проценты. Но, доллар вырос и убытки составили около 700 тысяч долларов. Кроме того, 155 тысяч долларов были переданы частной фирме, которая использовала их на выборах для одной из партий. Деньги, паломникам в полном объеме. не возвращены до сих пор.

«Сейчас в соцсетях и СМИ пишут, что мне с Ташиевым, якобы нужно кресло муфтия, но, видит Бог, это совсем не соответствует действительности», — подчеркнул президент в интервью и призвал священнослужителей выбрать на этот пост достойного и чистого человека.

К слову, после полуночи 12 февраля Первомайский районный суд столицы принял решение отправить экс-муфтия  на время следствия под домашний арест.

Конституция

Наконец-то в общественном доступе появился проект нового Основного закона страны. Как и было анонсировано, по ней президент получает, практически, неограниченные полномочия. Сам Садыр Жапаров считает, что это «честно», потому что раньше у главы государства тоже были внушительные полномочия, но провалы можно было свалить на премьер-министра или парламент.

Однако и сейчас такая возможность остается. Ведь должность премьер-министра, который теперь будет называться председателем правительства и будет ее совмещать с должностью руководителя администрации сохранилась. Так что, «мальчик для битья» в случае чего у президента будет всегда под рукой.

Впрочем, у общественности есть еще эфимерный шанс внести изменения в проект Конституции. По крайней мере пресс-служба Жогорку Кенеша предлагает всем заинтересованным гражданам отправлять свои свои предложения и замечания по новой редакции Основного закона в парламент до 9 марта включительно. 

Приговор Райымбеку Матраимову

Судебное разбирательство по Райымбеку Матраимову, который теперь не Матраимов, а Ысмайылов, прошло стремительно. Юристы объясняют это тем, что подсудимый заключил сделку со следствием и поэтому штраф и быстрый суд над героем нескольких журналистских расследований по коррупции, соответствует всем законодательным нормам. Ущерб в размере 24 миллионов  долларов или 2 миллиардов сомов младший Матраимов возместил, вину свою признал, подельников назвал. Теперь ему остается заплатить штраф – 260 тысяч сомов и, как говорится, «на свободу с чистой совестью». Соцсети на такой приговор отреагировали волной негодования, но Матраимову к этому не привыкать.

С одной стороны, новая власть все-таки заставила Матраимова раскошелится в государственный «карман». Это плюс, ведь при Атамбаеве Матраимов «расцвел», Жээнбеков его покрывал и только при Жапарове он стал осужденным. С другой стороны, не понятно, как на этом фоне Жапаров и Ташиев собираются продвигать политику «нулевой толерантности к коррупции», как необходимом элементе системной борьбы с этим злом.

Что беспокоит

До сих пор остается неясным как и какие системные реформы ждут Кыргызстан. Та же борьба с коррупцией – это не только громкие «посадки», но и целый комплекс мер, в том числе и превентивных.

Смущает, что реформы по отраслевым направлениям отданы правительству. Но у него совсем другой функционал. Система сама себя реформировать не может и не будет, а отдельный орган, в частности комитет по реформам о котором говорил Садыр Жапаров в своем обращении сразу после событий 4-5 октября так и не создан.

Возможно, скептики торопят события и программу и план реформ Жапаров сделает основной темой своего первого послания, теперь закрепленного в Конституции, как обязательного для главы государства.

Очевидно, что сегодня на верхушке власти кипят нешуточные страсти. Систему трясет и борьба разных группировок за близость «к телу» усиливается. Это естественный процесс становления нового порядка из которого можно выйти с наименьшими потерями, а можно множить ошибки и тогда очередной виток политического кризиса станет неизбежным.  

Михаил Саакашвили, чье президентство стало, пожалуй, единственным примером заметных реформ на постсоветском пространстве, не считая стран Балтики, на днях дал интервью радиостанции «Азаттык». В нем он рассказал о своих рецептах реформ для Кыргызстана.

Как считает руководитель общественной организации «Офиса простых решений и результатов» и глава Исполнительного комитета Национального совета реформ Украины – такие должности сейчас занимает Саакашвили, Кыргызстану для развития стоит воспользоваться своим географическим положением. То есть, республика может попробовать стать инфраструктурным и логистическим хабом, используя близость к богатым Китаю и Казахстану.

«Окно возможностей» для того, чтобы начать кардинальные реформы в Кыргызской Республике, по мнению Саакашвили, будет длиться максимум полгода-год. То есть Садыр Жапаров и его команда должны успеть заложить в этот короткий временной период фундамент основных реформ в стране.

В принципе, ничего оригинального Саакашвили не сказал. Кыргызская власть понимает, что карт-бланш выданный Садыру Жапарову народом не вечен и если за год ничего в стране не изменится, то рейтинги начнут падать, оппозиция получит повод активизироваться, а внешнеполитические партнеры начнут разочаровываться.

Что касается идеи о создании хаба на на территории Кыргызстана, то она «висит» буквально в воздухе уже давно. О ней регулярно напоминают местные эксперты, о ней любят рассуждать политики. Правительство Улукбека Марипова тоже включило проект  создания хаба в свою программу «Реальные цели, новые перспективы». Кстати, не вдаваясь в анализ самой программы, то, что она у правительства есть и все, кому интересно, могут ее прочитать и покритиковать, уже хорошо. Потому что, например, программу правительства Абылгазиева никто не видел.

Кроме того, по разговорам, которые циркулируют в экспертной среде, сейчас правительство привлекает местных «умников» и «умниц» для подготовки стодневного плана действий.

Так что, если рассуждать не только в парадигме, что все плохо, просто потому что хорошо быть не может, кадры не те, структура правительства не та и т.д., то стоит признать, что новая власть что-то пытается делать.

Но, одно обстоятельство с точки зрения «делания» реформ вызывает определенное беспокойство среди элит. В своем обращений к народу 12 октября 2020 года, от которого повеяло позитивными переменами, Садыр Жапаров заявил, что им будет создан специальный комитет реформ, «который изменит сам подход к управлению экономикой нашей страны». Идею о комитете реформ эксперты и аналитики восприняли с энтузиазмом, как знак, что власть намерена серьезно подойти к концепции модернизации страны и создает место где будет «коваться» единая стратегия изменений и откуда она будет реализоваться. Однако, по неизвестным причинам, такая структура до сих пор не создана и не похоже, чтобы ее создание было в планах у власти. Потому что, на первом рабочем совещании с членами правительства после принесения ими присяги Садыр Жапаров поставил задачу, перед каждым министром подготовить перечень реформ, «которые будут проводиться в ближайшие годы в каждой из отраслей». По крайней мере так сообщили СМИ, ссылаясь на пресс-службу президента.

Но, как известно, правительство, креативить реформы не может. У него другая функция и другие задачи,  направленные, прежде всего, на бесперебойное функционирование отраслей. Ему просто некогда заниматься программами реформ. Да и не может система сама себя реформировать.

Поэтому, обязательно должно быть «место», где будет держаться целостная картина будущего и изменений, необходимых для осуществления перехода от грустного «сегодня» к счастливому «завтра». 

Подход к реформам должен быть цельным, основываться на анализе того, что имеем, разных подходах к задачам, которые надо решить и сопровождаться профессиональным пиаром. Тогда и критики в адрес власти будет меньше. 

Кстати, государственные структуры, занимающиеся реформами с разными названиями, но идентичной смысловой нагрузкой, присутствовали и присутствуют во всех странах, где были  реализованы или идут системные преобразования.

Исполнительный комитет по реформам в Украине, Высший совет по реформам в Казахстане, Центр внедрения реформ в Молдове, Совет по координации реформ в Армении и т.д. — вот только краткий перечень организаций, занимающихся реформами на государственном уровне в разных странах бывшего Союза.

За Кыргызстаном сейчас внимательно наблюдают не только соседи по региону, но и, можно сказать, весь мир. От того, насколько успешно пойдут реформы в стране, напрямую зависит не только ее репутация на международной арене, инвестиционный климат, но и будущее новой власти.

К слову, сегодня мало кто вспоминает, что после «революции роз» Михаил Саакашвили тоже расширил президентские полномочия. Они были ему нужны для того, чтобы провести более 70 реформ в Грузии.

Выбор кандидатуры Улукбека Марипова на должность премьер-министра стал неожиданным для политизированной общественности. В социальных сетях и среди депутатов, в основном обсуждался Артем Новиков, как потенциальный глава кабмина до референдума. Были и экзотические варианты, вроде кандидатуры Мелиса Мырзакматова или самого Камчыбека Ташиева.

Но Садыр Жапаров в очередной раз удивил.

33-ий премьер

О самом Улукбеке Марипове известно не так много. Ему 41 год, он уроженец Ноокатского района Ошской области. Выпускник ОшТУ и ОшГУ с самыми распространенными и популярными в Кыргызстане дипломами экономиста и юриста.

Работать начал с 18 лет, причем сразу в должности председателя крестьянского хозяйства «Кызыл-Кетмен». Работу совмещал с учебой. После окончания университета переехал в столицу и продолжил свою трудовую деятельность уже в Министерстве финансов. Потом было еще несколько мест работы – помощник губернатора Баткенской области, консультант депутата Жогорку Кенеша.

При Курманбеке Бакиеве, в 2006 году Улукбек Марипов попал в Администрацию президента на должность эксперта сектора госуправления и местного самоуправления. Затем, когда администрация стала аппаратом перешел тоже на должность эксперта в сектор организационной и контрольной работы. При Алмазбеке Атамбаеве Улукбек Марипов успел проработать почти пять лет его помощником, а затем и первым заместителем руководителя аппарата президента. Необыкновенный карьерный взлет пережил Марипов в течение двух дней в марте 2016 года. 18 марта он был назначен аудитором Счетной палаты, а 19 марта – ее председателем.

Почему именно на Улукбека Марипова пал выбор Садыра Жапарова можно только предполагать.

Скорее всего свою роль сыграло сочетание сразу нескольких факторов – регионального, (сбалансированность представительства регионов в высших эшелонах власти всегда было негласным правилом для кыргызской элиты), возрастного ( к вопросу о необходимости обновления политической и управленческой элиты) и опыт работы на госслужбе (ситуация в стране такова, что времени на погружение в особенности функционирования государственной системы у премьер — министра просто нет).

И его команда

Министров в правительстве, что новых, что переназначенных, назвать командой Улукбека Марипова пока нельзя. Им всем еще только предстоит стать командой, причем, от того, как они сработаются, будет зависит станет ли этот кабинет министров командой не столько Улукбека Марипова, а сколько Садыра Жапарова.

Кадровый состав кабинета министров Марипова обновился на 50%. В него не попали министры – «революционеры», пришедшие в исполнительную власть на волне октябрьских событий 2020 года. Эльвира Сурабалдиева, Тилек Токтогазиев, Нуржигит Кадырбеков, Сыймык Жапыкеев и Максат Мамытканов были освобождены от занимаемых должностей и пока неизвестно будет ли им предложено что-то взамен.

Практически все министры нового правительства имеют опыт работы в системе. Например, министр экономики и финансов, тезка премьера, Улукбек Карымшаков с 2015 года занимал должность заместителя министра финансов.

Жениш Асанкулов, руководитель аппарата правительства в ранге министра с 2006 года перемещался внутри Администрации президента и аппарата правительства. Последняя его должность, перед назначением – заведующий отделом контроля исполнения решений аппарата правительства Кыргызской Республики.

Из аппарата правительства в кресло члена правительства также сели Асель Чынбаева и Гульмира Абдралиева. Первая занимала пост заведующей отделом правовой экспертизы и стала министром юстиции. А вторая возглавлявшая отдел транспорта, строительства и коммуникаций назначена министром транспорта, архитектуры, строительства и коммуникаций.

Уже был на идентичной должности Кубанычбек Турдубаев. В 2014-2015 годах он возглавлял Министерство энергетики и промышленности вплоть до его расформирования. С 3-го февраля он снова назначен главой вновь созданного ведомства.

Кайрат Иманалиев сменивший на посту министра культуры и информации  Нуржигита Кадырбекова, тоже не новый человек для министерства. С 2019 года он был заместителем министра и даже получил замечание от экс-премьера Мухамметкалыя Абылгазиева за ненадлежащее выполнение своих обязанностей.

С чем пришло новое правительство

Пока главное, с чем пришло правительство Улукбева Марипова – это измененная структура. Вместо двадцати двух ведомств в обновленной структуре правительства будет только шестнадцать. Изменения в структуре анонсированы, как начало большой реформы системы управления в целом.

Что касается первостепенных задач, то их на первом рабочем совещании с министрами обозначил Садыр Жапаров – это ликвидация коррупции, снижение бюрократии, повышение продовольственной безопасности и недопущение роста цен на основные продукты питания. Кроме того, правительство должно разработать в кратчайшие сроки антикризисную программу и меры по обеспечению привлекательного инвестиционного климата в стране.

Реформы тоже отданы президентом на откуп правительству. Как поставил задачу Жапаров, каждому министру необходимо разработать пакет реформ по направлениям, за которые они ответственны.

Чего ждать

Эксперты пока очень осторожны в оценке перспектив правительства Улукбека Марипова. Слишком непростая ситуация в стране. Да и сама должность премьер-министра в Кыргызстане считается «расстрельной». В отношении 10-и премьер-министров возбуждались уголовные дела. Кто-то в бегах, кто-то в тюрьме.

Народ хочет лучшей жизни и, буквально, ждет чуда от Садыра Жапаров и его команды. Это повышает в разы ответственность Марипова и, одновременно, дает ему шанс проявить себя, как настоящего государственника. Из чиновника-исполнителя он стал в одночасье одним из лиц новой власти. И спрос с него будет теперь по полной. Молодому премьеру придется научиться лавировать между гражданским обществом, политическими элитами, бизнес-сообществом и журналистами. Возможно предстоит терять друзей и точно наживать врагов.

Первые сто дней правительства Улукбека Марипова уже начали свой отсчет. Какими они будут, покажет время.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять. 

Сооронбай Жээнбеков со своей супругой покинул Кыргызстан. Они отправились в малый хадж по приглашению короля Саудовской Аравии. По словам пресс-секретаря экс-президента Толгонай Стамалиевой чета Жээнбековых вернется в Бишкек через десять дней.

В то время, когда бывший глава государства будет поклоняться мусульманским святыням, в Кыргызстане следственные службы ГКНБ и МВД проведут проверку законности применения специальных средств для разгона митингующих 5-6 октября 2020 года. Проверка начата по заявлению пострадавших во время октябрьских событий, требующих от генеральной прокуратуры привлечь Сооронбая Жээнбекова к уголовной ответственности за то, что правоохранительным органам был дан приказ на силовой разгон демонстрантов. Кроме того, пострадавшие, оперативно объединившись в общественное объединение «Героев Октябрьской Народной Революции «Кыргыз Умуту»», требуют лишить Жээнбекова статуса экс-президента.

Без углубления в анализ причин событий октября 2020 года в столице Кыргызстана опять возникает дилемма вокруг одной из основных функций государства – функции охраны правопорядка и права на легитимное насилие.

«Джинн» был выпущен из бутылки еще в 2010 году после известных апрельских событий. Тогда временное правительство действовало исключительно в логике момента, не думая о том, что наносят удар по государству в целом. Ведь под жернова репрессивной «машины» избирательно попали не только некоторые высокопоставленные чиновники, работавшие при Бакиеве, что еще можно было бы объяснить революционной целесообразностью, но и силовики. Людей в погонах судили, фактически, за выполнение присяги, введя в обиход понятие «преступные приказы».

Одновременно, из «апрельских героев», без разбора, политтехнологи режима Атамбаева пытались сделать социальные образцы, используя их как подпорку для собственной власти.

В результате, расплодившиеся объединения родственников «героев» буквально терроризировали общественность, примеряя на себя роль моральных ориентиров. Как только власть перестала их поддерживать, искусственная героизация быстро сошла на нет. Однако, система правоохранительных органов и органов безопасности оправиться от сокрушительного удара не может до сих пор. Поэтому страна наблюдала кой-ташские события, поэтому до сих пор неизвестно, где находятся бывшие главы МВД и ГКНБ, просто покинувшие вверенные им участки в мятежные октябрьские дни, когда обстановка резко обострилась.

Кыргызский политикум в последнее десятилетие чрезмерно увлекается популизмом. Отсюда все эти экзальтированные призывы к силовикам, в том числе и с парламентской  трибуны, не стрелять в свой народ, не выполнять «преступные» приказы и т.д.

Но, где проходит та грань, когда приказы вышестоящего начальства становятся «преступными», а народ превращается в беснующуюся толпу, крушащую все на своем пути. Для многих кыргызских политиков она явно не в уголовном кодексе. Так и хочется предложить всем популистам — «пацифистам» вообще распустить силовые органы в Кыргызстане или убрать из их функционала задачу по предотвращению и нейтрализации массовых беспорядков или разгону несанкционированных акций, да и вообще по наведению общественного порядка.

Кстати, дружинники, как альтернатива милиции, это тоже верная примета утраты государством своих важных функций.

Для примера, в странах развитой демократии, с демонстрантами, нарушающими покой других граждан, правоохранительные органы не церемонятся. Так в Великобритании, согласно первому разделу Закона об общественном порядке, массовыми беспорядками признается событие, в ходе которого 12 и более лиц угрожают применением насилия, не говоря уже о реализации угроз. А критерием беспорядков служит, в том числе и реакция на происходящее прохожих, если поведение демонстрантов «вызывает страх за свою личную безопасность у присутствующего человека с достаточно стойким характером». Кстати, для квалификации массовых беспорядков не принципиально выступали ли участники одновременно или по очереди, а также место действия, пусть это даже частная территория. Виновным грозит до 10 лет лишения свободы.

Федеральный кодекс США квалифицирует как массовые беспорядки нарушение общественного спокойствия с угрозой или применением насилия группой не менее трех участников. Наказание, как за призывы, так и за участие в них, до 5 лет лишения свободы.

В Италии под определение «нежелательное скопление народа» подпадает любое несогласованное собрание, в котором участвуют более 10 человек. Им грозит лишение свободы на срок до 1 года. Кроме того, там любой митинг может быть разогнан с применением водометов и других спецсредств, если его участники осуществляют «надругательство над государственной символикой или глумятся над властями страны», или же митинг перерастает в шествие, причиняющее «урон авторитету государства», в ходе которого «подвергается опасности общественный порядок и может быть нанесен ущерб жителям страны». По закону, «лица, отказавшиеся подчиниться приказу полиции, подвергаются наказанию в виде лишения свободы от 1 месяца до 1 года и обязаны выплатить штраф от 30 до 413 евро».

Во Франции, в соответствии со статьей 431-9 Уголовного кодекса, организация акции на любой общественной улице без заявки является уголовным преступлением. Организаторы акции могут быть заключены под стражу на полгода и обязаны будут выплатить штраф в 7,5 тысячи евро каждый. Так же, если после двух призывов полиции к участникам акции, нарушающей общественный порядок, требование разойтись не будет выполнено, правоохранительные органы имеют право разогнать собравшихся с применением силы. 

Тем, кто продолжает после двух призывов полиции участвовать в акции, грозит уголовная ответственность с наказанием в виде лишения свободы на 1 год и штрафом в размере 15 тысяч евро. Если же в данной ситуации участник акции пытается скрыть свое лицо, чтобы его не опознали, он наказывается лишением свободы на срок до 3 лет и штрафом в размере 45 тысяч евро.

Суров в отношении как участников, так и организаторов массовых беспорядков и Уголовный кодекс Латвии: от трех до двенадцати лет за организацию и от восьми до пятнадцати за участие. 

Кыргызстан пережил три неконституционных смены власти или три революции. После такого опыта сложно начинать уважать закон. Ведь еще вчера было можно, а почему тогда сегодня нельзя. Но нам придется этому научиться. Иначе мы рискуем оказаться в «ловушке переворотов» и окончательно потеряем государство.  Мы опять рискуем выпустить «джинна из бутылки», так и не загнав окончательно его обратно.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять. 

Начнем с того, что у самого Жапарова есть проблемы с репутацией. До октябрьского переворота он был судим за попытку захвата власти и похищение человека. После того, как в октябре Жапаров пришел к власти,  суд отменил свои предыдущие решения, но осадок остался. О прошлом ему постоянно напоминает оппозиция.

Новая кадровая политика президента Жапарова тоже вызывает вопросы. Стремительную карьеру при нем сделали бывший администратор московского ресторана Дастан Дуйшекеев, который стал заведующим отдела внешней политики в аппарате президента Киргизии, новый глава южной резиденции президента Киргизии Санжарбек Толонбаев ранее работал менеджером в «таксомоторной службе» в России…

По словам политолога из Киргизии Игоря Шестакова, одной из причин, по которой тяжело найти высококвалифицированного специалиста на государственную службу, является низкая зарплата. В среднем, чиновники получают 8-10 тысяч сомов (около 100 долларов). При этом он уверен, что объявить об очистке системы от коррупционеров недостаточно, важно понимать, по каким критериям будут отсеивать недостойных.

«В Киргизии очень многих политиков называют коррупционерами по политическим мотивам. Соответственно, нужны ясные критерии по подбору кадров. При этом в Киргизии, действительно, сложилась традиция назначать на высокие должности людей из-за их близости к правящей партии, а не по принципу их профессионализма. Жапаров обещает за короткий срок вывести страну из экономического кризиса, для этого понадобятся новые люди. Но даже новые люди не смогут выжить на 8-10 тысяч сомов в месяц. Такой зарплаты семье не хватит даже на неделю. Естественно, чиновники начинают воровать, даже если изначально они шли на работу с чистыми помыслами. Соответственно, зарплаты надо повышать, а количество чиновников сокращать. Только тогда обновление кадров может дать результат», — сообщил «МК» Игорь Шестков.

Идею Жапарова нельзя назвать уникальной. В рамках ЕАЭС ровно по тому же пути недавно прошла Армения. Правительство Никола Пашиняна тоже объявило о борьбе с коррумпированными чиновниками, которые достались ему от предыдущим властей. Но у Пашиняна не оказалось достаточного количества проверенных профессиональных кадров, а со стороны люди не хотели занимать должности из-за почти нищенских зарплат. В результате на работу начали брать кого угодно, лишь бы не сторонников «Республиканской партии» и двух предыдущих президентов. В связи с этим качество управления государством начало падать. Иностранные инвесторы и союзники Армении на какое-то время перестали понимать, чего собственно добиваются новые власти. Сумятицей воспользовался Азербайджан, который поспешил завоевать большую часть Карабаха.

Киргизии война, конечно, не угрожает, зато есть тяжелые проблемы в экономике. По некоторым данным, по итогам 2020 года ВВП страны могло сократиться на 25%, если считать теневой сектор, который по одним данным составляет 40% всей экономики страны, а по другим все 80%.

«Решение Жапарова довольно популистское. Дело в том, что государственный аппарат очень большой, поэтому переформатировать его полностью за счет новый кадров практически невозможно. При этом новые люди, не имеющие никаких связей с предыдущими властями, будут плохо справляться со своими обязанностями. У них не будет никакой институциональной памяти, они не будут понимать, как работает документооборот, как выстраиваются отношения внутри ведомств и между ведомствами и так далее. Прежде всего, пострадает стабильность государственного аппарата.

И здесь возникает вопрос, действительно ли Жапаров хочет кардинальным образом поменять философию и структуру власти в Киргизии, и есть ли у него понимание того, куда и какими темпами движется государство, как им нужно управлять», — рассказал «МК» Станислав Притчин, старший научный сотрудник ИМЭМО РАН.

Оригинал материала опубликован на сайте «Московский комсомолец». Автор — Михаил Катков.

Итоги президентских выборов в Кыргызстане были вполне предсказуемыми: шестым президентом страны стал Садыр Жапаров.

Предсказуемой была и реакция на результаты голосования основных конкурентов Жапарова. Впрочем, конкурентами в полном смысле этого слова, за исключением разве что Адахана Мадумарова и еще пары-тройки, назвать политиков, участвующих в выборах, можно весьма условно. Они практически не вели предвыборную кампанию, не открывали штабов в регионах, не нанимали агитаторов, не встречались с электоратом, ограничившись скромной рекламой в социальных сетях и участием в дебатах на государственном канале. В ходе которых, что, кстати, отметили и наблюдатели от ОБСЕ, занимались, в основном, переходом на личности, вместо того, чтобы рассказывать о своих программах. Вообще остались непонятными, как явные, так и скрытые цели большинства претендентов на президентский пост. Стать новыми политическими звездами или заявить о себе больше, чем уже известно общественности, за исключением разве что Бабыржана Тольбаева, не получилось. Предложить обществу свою повестку дня тоже.

Некоторые политики, претендующие на определение «тяжеловесов», умудрились проиграть в голосах даже на своей «малой» родине. Зато всем вместе им удалось сделать президентские выборы конкурентными для мирового сообщества, которое отреагировало на это оперативным признанием их результатов. Так что по итогам, все участники президентской кампании сработали на Садыра Жапарова. Неизвестно, благодарен ли им за это новоизбранный президент, однако факт остается фактом. Но, конечно, секрет победы Садыра Жапарова не в количестве штабов или билбордов и слабых соперниках.

Когда на «волне» октябрьских событий Садыр Жапаров выскочил, как черт из табакерки, сторонним наблюдателям за ситуацией в Кыргызстане было сложно представить, что именно он через пару месяцев займет главную должность в стране. Элиты на Жапарова «не ставили», ведь последние годы он был отрезан напрямую от кыргызской политики, находясь в заключении. Да и о своих президентских амбициях особо не заявлял. Попытка Садыра Жапарова зарегистрироваться кандидатом в президенты на выборах в 2017 году всерьез никем не воспринималась и рассматривалась, скорее, как способ выйти на свободу, воспользовавшись иммунитетом кандидата на пост главы государства.

Экспертам, которые находились внутри, напротив, было очевидно, что рано или поздно на вершине политического небосклона должен будет появиться кто-то типа Садыра Жапарова. Тем более на фоне растущей популярности «Чон Казат», как прообраза благородных разбойников, грабящих богатых в пользу бедных.

Для этого было сразу несколько оснований. В последнее десятилетие резко снизилось качество правящей элиты. Алмазбек Атамбаев возвел в принцип подход к отбору кадров, когда основным стала не компетентность и даже не опыт, а полная лояльность. Она, конечно, была в цене всегда. Но именно при Атамбаеве, лояльность или личная преданность стала основополагающей при попадании во властную обойму. Поэтому во власти был парад малограмотных секретарш, водителей, телохранителей, косноязычных учительниц, «сексалю» и «макале». Поэтому же принципу в преемники был определен и Сооронбай Жээнбеков.

Сам принцип в последствие сыграл с Атамбаевым злую шутку, превратившись в подавляющей массе в обыкновенный конформизм. В результате, общественность, устав от серости власти, начала искать иных героев, которые могли бы изменить ситуацию в стране. Вспомните, как весной 2019 года страна ждала возвращения Омурбека Бабанова. Каждый его пост в социальных сетях становился событием. В аэропорт в назначенный день его ехали встречать автобусами. Бабанов тогда так и не решился вернуться в Кыргызстан, навсегда упустив возможность стать национальным героем и лидером, но потребность в мессии, в спасителе Отечества никуда не делась. Она приняла иные формы на фоне пандемии, особенно в ее пик летом 2020 года, когда граждане остались один на один со своими проблемами, а все государственные институты продемонстрировали свою полную недееспособность. В головах даже самых лояльных к власти именно в тот период Сооронбай Жээнбеков окончательно перестал быть президентом.

Выборы 4 октября стали лишь жирной чертой под уже сделанными выводами. Было наивно полагать, что при существующем авторитете власти, вернее отсутствии этого авторитета, можно будет не заботиться о том, чтобы результаты парламентских выборов получили не только формальную легитимность. Достаточно было не допускать сокрушительной победы «Биримдик» и «Мекеним Кыргызстан» и позволить пройти в парламент еще нескольким партиям и сегодня страна не готовилась бы к инаугурации Садыра Жапарова. Но горе-стратеги из Белого дома не смогли просчитать элементарно на два шага вперед.

Дальнейшие события развивались стремительно. Действующий президент самоустранился, а протестующие по привычному сценарию 2005-го и 2010 годов отправились вызволять из тюрьмы своих «героев». Власть буквально валялась под ногами. Но пока политики – оппозиционеры собирали координационные советы и делили портфели, Садыр Жапаров и Камчибек Ташиев начали реализовывать свой план.

Сейчас уже неважно, какие методы использовал тандем, чтобы захватить власть. Потому что победителей, как известно, не судят. Но они оказались более решительными и даже дерзкими по сравнению со всеми другими группами. Они не опирались на эстетствующее меньшинство и интеллигенцию. Их сторонники не тратили время на дискуссии в социальных сетях. Они приводили в ужас столичных жителей, но на реакцию последних им было наплевать. Они защищали своего Робин Гуда в лице Садыра Жапарова и были настроены более, чем воинственно.

«Не подвел» Жапарова и Ташиева и парламент, в который раз продемонстрировавший свою беспринципность. Тем более, что внятной адекватной альтернативы никто и не предлагал. В общем, как в известной русской поговорке – кто успел, тот и съел. В любой президентской победе есть как стечение объективных обстоятельств, так и почти всегда то, что называется magic, предопределение или судьба, как страны, так и отдельно взятой личности. Чем обернется президентство Жапарова для Кыргызстана и для него самого, сказать однозначно сейчас сложно. Власть, как известно, мало получить или захватить.

Главное, суметь ее удержать…

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять.

Страна приходит в себя после двух очень тревожных дней. Алмазбек Атамбаев арестован. Как надолго он устранен с политической арены, будет зависит от множества факторов. В том числе и от открытости судебного процесса и веских доказательств его вины и вины остальных задержанных. Только тогда приговор будет легитимен для подавляющего большинства, и не будет выглядеть актом личной мести. При всем желании, вполне обоснованном после всего произошедшего, власти важно сейчас, что называется, не перегнуть палку. Тем более, ситуация вокруг Атамбаева, как лакмусовая бумажка, обнажила многочисленные системные проблемы государственных институтов и команды нынешнего президента. С ними необходимо работать, их нужно исправлять. Это важно не только для личной президентской судьбы Сооронбая Жээнбекова, но и Кыргызской Республики, как государства.

Неоправданный информационный вакуум

В современном высокотехнологичном и открытом мире в выигрыше всегда окажется тот, кто будет оперативнее и кто быстрее будет задавать информационную повестку дня. Почти сутки, после событий 7 августа в Кой-Таше, страна ждала комментариев первых лиц государства. Отдельные ведомства, например, ГКНБ хоть как-то пытались держать население через СМИ в курсе происходящего. Но этого было явно недостаточно. В форс-мажорной ситуации, которой без сомнения, можно считать мятеж в Кой-Таше, общество остро нуждалось в заявлении президента или, хотя бы, премьер-министра.

Только 8 августа после обеда, страна наконец услышала Сооронбая Жээнбекова, выступившего с трибуны парламента.Отсутствие спикеров у Белого дома не поддается никаким объяснениям. Пусть не сам президент, но хотя бы пресс-секретарь или кто-то из аппарата мог и должен был реагировать на происходящее. Записать короткое обращение главы государства к нации технически занимает сегодня не более пары часов. Из которых большая часть времени уйдет на сам текст, обсуждение и согласование его содержания. Возникает стойкое ощущение, что пресс-служба Сооронбая Жээнбекова не хочет брать на себя ответственность за коммуникации своего шефа с народом. И, тем более, не инициирует лишний раз выступления, обращения или заявления президента, руководствуясь принципом, как бы чего не вышло.

Еще хуже обстоит дело с коммуникациями в офисе премьер-министра. Мухаммедкалый Абылгазиев традиционно общается с народом пресс-релизами. Чтобы не происходило в стране. Причем пресс-релизами написанными скучным, размытым слогом, когда слов много, а вот содержания практически нет. Если у главы исполнительной власти проблемы с общением экспромтом, то его аппарат мог бы это легко исправить записывая обращения при помощи телесуфлера. Или подготовленных брифингов. А то ведь тоже возникают вполне обоснованные сомнения в том, что у главы исполнительной власти все под контролем и он держит руку, так сказать, на пульсе.

Через пару месяцев президентству Сооронбая Жээнбекова будет два года. Причем не ВСЕГО два, а УЖЕ два. Вполне достаточный срок, чтобы окрепнуть в новом качестве, даже если попадание в него было делом случая. Вначале молчаливость нового президента и осторожность в его реакциях воспринималась как скромность и смотрелась выигрышно, особенно по сравнению с надоевшей эпатажностью Атамбаева. Сейчас это воспринимается, как отсутствие позиции и плана, что в той или иной ситуации делать. Тем более на фоне «молчаливого» в прямом и переносном смысле премьер-министра. В общем у хозяина Белого дома и его аппарата есть два варианта исправления положения – начинать говорить самому или менять премьер-министра на более активного и красноречивого.

Failed state

Сразу в нескольких российских изданиях, комментирующих происходящее 7-8 августа в Кыргызстане нас опять назвали «несостоявшимся» или «провалившимся» государством- failed state(анг.). Учитывая еще и ситуацию на месторождении Солтон-Сары в Нарынской области, где под натиском толпы местных жителей китайским инвесторам пришлось приостановить работу, то с этим определением сложно спорить. Если говорить общедоступным языком, то «несостоявшееся» государство, это государство, в котором правительство не имеет эффективного контроля над собственной территорией, испытывает сложности с обеспечением внутренней безопасности и базовых прав граждан и не обладает монополией на использование силы.

Неудавшаяся первая попытка штурма спецназом ГКНБ кой-ташской резиденции Атамбаева, фактически сдача позиций силовыми структурами в Нарынской области – это все звенья одной цепи, демонстрирующие слабые места системы безопасности страны в целом и силовых органов в частности.

После 7 апреля 2010 года и последующего многолетнего судебного процесса, где «Альфу» обвиняли в «выполнении преступных приказов» и превышении полномочий, сложно было ожидать, что спецназ ГКНБ решится на адекватное и обоснованное применение силы. Историческая память сильна. Тем более, что необоснованные обвинения против «Альфы» звучали совсем недавно и были частью государственной информационной политики режима Атамбаева.

Беспокоит, что и после мятежа в Кой-Таше и взятия в заложники спецназовцев некоторые депутаты парламента позволили себе популисткие высказывания, вместо демонстрации государственной позиции. Не использование силы против народа – звучит красиво, вот только где та грань, когда «народ», перестает быть просто безоружными гражданами, а становится неуправляемой толпой, совершающей противоправные действия. Если следовать логике отдельных парламентариев, государство вообще не имеет права на применение силы, чтобы «народ» ни делал. Правда, как тогда обеспечивать порядок в стране и безопасность законопослушных граждан, остается загадкой.

Однако, не только это вызывает вопросы при анализе силовой операции в Кой -Таше. Честно говоря, нового главу ГКНБ хочется поддержать. Хотя бы, чтобы не уподобляться тем, кто столько лет уничтожал репутацию «Альфы» выставляя подразделение чуть ли ни врагом кыргызского народа. Но, к сожалению, непрофессионализм самого планирования первой кой-ташской операции, помноженный на отсутствие качественного анализа возможной реакции Атамбаева, отметили публично множество экспертов, в том числе и далеких от силовых структур.

Аналитическая и прогностическая работа всегда была «ахиллесовой пятой» наших спецслужб. Достаточно было профессионально составленного психологического портрета Атамбаева, чтобы понимать, что он готов на все и свое обещание отстреливаться в случае задержания, выполнит.

Особенности транзита власти по-кыргызски

Еще одна тема экспертных обсуждений после событий 7-8 августа, это тема неудавшегося транзита власти в Кыргызстане. Казалось бы республика перепробовала все варианты транзита. Первый и второй президенты были смещены в результате государственных переворотов, третий или третья, была не избрана, а назначена на короткий срок, и, наконец, Атамбаев вроде как осуществил то, что никому из кыргызских президентов, да и, кроме пары-тройки, бывших президентов на пространстве СНГ, не удавалось – добровольно покинул высший пост, передав власть победителю президентских выборов.

Это было настолько новым, особенно для Центральной Азии, процессом, что большинство аналитиков, изучающих наш регион, «закрыли глаза», на особенности проведенной накануне конституционной реформы. На то, что на выборах победил ставленник правящей партии и действующего на тот момент президента, не самый популярный политик в стране, на то, что против второго кандидата было возбуждено уголовное дело и т.п.

Потому что это было, как диво-дивное – добровольная и мирная передача власти в соответствие с Конституцией. И мы, действительно, могли стать «пионерами» в регионе, пусть даже и с некоторыми поправками на незрелость нашей демократии и особенности менталитета кочевников. Если бы не психологические особенности личности Атамбаева, не собиравшегося, как уже очевидно, изначально отказываться от власти. По замыслу бывшего президента транзит должен был быть лишь формальностью. Временным явлением. А на самом деле, реальная власть должна была остаться у него в руках. Поэтому, как такового, фактического транзита власти в 2017 году в Кыргызстане не было. Были просто внешние ритуалы. Настоящий «транзит», его заключительный этап у нас наконец-то завершился только вместе с задержанием Алмазбека Атамбаева.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять.

Фото из WWW

Стенограмму интервью пресс-служба Кремля опубликовала накануне, 19 июля.

О.Стоун (как переведено): Итак. Я брал интервью у господина Виктора Медведчука. Это было в Монте-Карло, он очень интересное интервью дал, он там поделился своим мнением об Украине. Я полагаю, Вы с ним близки?

В.Путин: Я бы не сказал, что очень близки, но мы знакомы хорошо. Он был руководителем Администрации президента Кучмы, и тогда, в том качестве попросил меня поучаствовать в крещении его дочери. В нашей православной традиции отказываться нельзя.

О.Стоун: Отказаться нельзя? А я думал, что это было большой честью для Вас – стать крёстным отцом его дочери.

В.Путин: Быть крёстным отцом всегда большая честь.

О.Стоун: А скольким детям Вы являетесь крёстным отцом?

В.Путин: Я не буду называть число, но несколько человек.

О.Стоун: Это 100? 300?

В.Путин: Нет, нет, ну что Вы, конечно нет. Единицы.

О.Стоун: В таком случае я попросил бы Вас стать крёстным отцом моей дочери.

В.Путин: Она хочет быть православной?

О.Стоун: Мы сделаем её.

В.Путин: Но надо её спросить.

О.Стоун: Если только она будет состоять в церкви.

В.Путин: Конечно. Сколько ей лет?

О.Стоун: 22 года.

В.Путин: Она имеет отношение к какой-то конфессии?

О.Стоун: Да, она верующая, воспитана в христианской традиции.

В.Путин: Понятно.

О.Стоун: Вы знаете, молодые люди в Америке сейчас немного другие порой.

В.Путин: Молодые люди везде другие.

О.Стоун: Да, они в некотором смысле испорчены.

В.Путин: Как сказать. Старшее поколение всегда так говорит о молодом поколении.

О.Стоун: Да, я знаю. Это правда. То, что происходит в американской культуре сейчас, это очень странно.

В.Путин: А есть американская культура?

О.Стоун: Как Вы знаете, я всегда был бунтовщиком и по-прежнему им являюсь. Должен сказать, что шокирован тем, как мыслит молодое поколение. Они очень многое принимают как должное. Мышление, парадигма, очень много комментариев на телевидении – всё посвящено гендеру, полу. Люди постоянно сейчас идентифицируют себя по-разному в социальных сетях: «я – тот», «я – тот», «я – трансгендер» или «цисгендер» – и непонятно вообще, что происходит. Очень много сейчас на этом зациклено.

В.Путин: Слишком хорошо живут. Нечем заниматься.

О.Стоун: Но это нездоровая культура.

В.Путин: Да

О.Стоун: Несколько лет назад, когда мы с Вами говорили о гомосексуальности, Вы сказали, что в России это не пропагандируется.

В.Путин: Не совсем так. У нас принят закон, запрещающий пропаганду среди несовершеннолетних.

О.Стоун: Да, об этом я говорю. Я полагаю, что это разумный закон.

В.Путин: Это направлено на то, чтобы дать возможность человеку достичь зрелости и потом самому принимать решение о том, кто он такой, как он хочет жить. И после этого нет никаких ограничений.

О.Стоун: Господином Медведчуком был предложен план относительно того, каким образом можно было бы разрешить напряжённость между востоком и западом на Украине. Вам известно об этом плане?

В.Путин: Я скажу честно, мы не так часто с ним общаемся. У него больше свободного времени, чем у меня. Но время от времени мы встречаемся, особенно в связи с его работой в направлении освобождения удерживаемых лиц. Он посвящает этому много времени.

Он говорил мне что-то и о своих планах, касающихся Донбасса. Но я не знаю его деталей. Во всяком случае, мне кажется абсолютно правильным, что он призывает вести прямой диалог с людьми, которые живут в Донбассе. Потому что нет ни одного примера в новейшей истории, когда были бы урегулированы кризисные ситуации без прямого контакта между конфликтующими сторонами.

Так, как он говорит, он считает необходимым полностью выполнить минские соглашения, с чем я тоже не могу не согласиться. Поэтому эти элементы его предложений мне, конечно, известны. Он об этом говорит публично, я с этим согласен.

О.Стоун: У них новый президент теперь. Что-то на Украине изменилось или по-прежнему всё так, как было?

В.Путин: Пока нет. Ведь то голосование, которое прошло, было явно протестным голосованием. Достаточно много людей вновь избранного президента поддержали в центральных районах Украины, на востоке, на юге. А это всё люди, которые действительно искренне стремятся и желают, во всяком случае, урегулирования. Поэтому и вновь избранный президент господин Зеленский в ходе избирательной кампании постоянно говорил о том, что готов сделать всё для урегулирования этой кризисной ситуации. Но буквально вчера, будучи, по-моему, в Париже, он вдруг заявил, что не считает возможным вести переговоры, как он сказал, с сепаратистами. Это явно противоречит тому, что он говорил в ходе избирательной кампании.

О.Стоун: То есть никаких изменений?

В.Путин: На сегодняшний день пока, к сожалению, нет.

О.Стоун: Я помню, что Вы говорили об Украине, о России. Как Вы считаете, есть ли какие-то причины, объясняющие эту ненависть на Украине по отношению к России?

В.Путин: Вы знаете, отношения на сегодняшний день непростые, это спровоцировано вот этими тяжёлыми событиями, связанными с госпереворотом.

И вторая часть этой истории – это пропаганда действующих властей на сегодняшней Украине, которые выставляют Россию виновницей всех последовавших за этим трагических событий.

О.Стоун: В исторической перспективе Вы можете себе представить, чтобы две эти страны – Украина и Россия – вновь сошлись вместе?

В.Путин: Я думаю, что это неизбежно. Во всяком случае, неизбежно строительство нормальных, дружеских, я бы даже сказал, более чем дружеских, союзнических отношений.

О.Стоун: Господин Медведчук мог бы сыграть хорошую роль связного лица.

В.Путин: Думаю, да. Но у нас во многом разные позиции, разные точки зрения. Ведь господин Медведчук родился в семье человека, который был осуждён во времена Советского Союза за, как говорили, националистическую деятельность. Он же родился в Сибири, где его семья, отец находились, по сути, что называется, в изгнании.

О.Стоун: А какова связь?

В.Путин: Связь между чем и чем?

О.Стоун: Этой историей и моим вопросом.

В.Путин: Связь заключается в том, что у него свои представления об Украине, об украинском народе. Я, например, считаю, что русские и украинцы – это вообще один народ.

О.Стоун: Две нации, но один народ.

В.Путин: По сути, это одна нация.

О.Стоун: Одна нация?

В.Путин: Конечно. Смотрите, ведь когда эти земли, которые являются ядром Украины, присоединялись к России, это всего три области были: Киев, Киевская область, северные области и южные. Никто не считал себя чем-то другим, кроме как русскими. Потому что в основе лежало что? Религиозная принадлежность. Все были православными и называли себя русскими. И они не хотели быть частью католического мира, куда их «подтаскивала» Польша.

Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что со временем идентичность этой части России как-то определилась, и люди имеют на это право. Это позднее начало использоваться для раскачки самой Российской империи. Но в основе своей и по истории, и по той же религии, по огромному количеству связей, причём близких родственных связей, – это, по сути, один мир, по традициям, очень многому.

Но при этом если часть людей, значительная часть, которые проживают на Украине сегодня, считают, что они должны подчёркивать свою идентичность, бороться за это, у нас, в России, никто против этого ничего не имеет, и я тоже. Но просто мы, имея в виду, что у нас много общего, можем использовать это как конкурентные преимущества при определённых интеграционных процессах, это совершенно очевидный факт. Но сегодняшние власти этого явно не хотят. Но я думаю, что здравый смысл восторжествует в конце концов. И в конечном итоге всё-таки мы придём к состоянию, о котором я сказал: сближение неизбежно.

О.Стоун: Я думаю, что господин Медведчук не согласился бы. Он сказал бы, что две нации.

В.Путин: Он с этим и не соглашается. Я и говорю.

О.Стоун: Я говорю, он с этим не согласен.

В.Путин: Да, конечно. Я и говорю, что у нас в некоторых вещах, причём существенных, разные позиции. Но в то же время он выступает за то, чтобы были налажены хорошие отношения с Россией, чтобы мы использовали эти конкурентные преимущества в экономике. Он показывает, как на сегодняшний день разрушена экономика Украины в связи с тем, что она потеряла российский рынок и потеряла самое главное – кооперацию в промышленности. Промышленные товары Украины на западных рынках никому не нужны. Да и сельхозпроизводство – тоже ограниченное количество товаров, которые покупают. Круглый лес нужен, но скоро леса вообще на Украине не останется. Это же не сибирские просторы.

Скажем, в Европе часто связывают некоторые шаги навстречу Украине, до недавнего времени, во всяком случае, с тем, чтобы, например, так они разрешили поставку круглого леса. Это только один пример. На самом деле их гораздо больше.

О.Стоун: Кто-то мне сегодня сказал, что партия господина Медведчука набирает 12 процентов по опросам. Иными словами, он набирает сторонников.

В.Путин: Если так, хорошо. Я, честно говоря, этого не знаю. Но если так, это хорошо.

Если так, то это мы можем только приветствовать именно в силу того, что он и его партнёры по партии выступают за восстановление отношений с Россией. Разве мы можем этого не приветствовать? Конечно, мы приветствуем. Я знаю его уже давно, он человек слова. Если он что-то говорит, он это делает.

О.Стоун: Он очень мужественный человек. Он всё время находится под угрозой, но при этом он выстоял и остаётся в стране, никуда не уезжает.

В.Путин: Да, правда, потому что у него есть убеждения.

Вот я говорил про то, что его отец был украинским националистом, был осуждён советским судом за это. Но основатели, многие из основателей украинского национализма, как это ни странно звучит, выступали за хорошие отношения с Россией, потому что говорили, что нужно иметь добрые отношения, чтобы обеспечить хорошее развитие самой страны, Украины.

О.Стоун: А когда это было?

В.Путин: Это было в XIX веке.

Они выступали за независимость Украины, но при этом говорили о том, что Украина при этом должна сохранить добрые, хорошие отношения с Россией. Примерно таких же мыслей придерживается и господин Медведчук. У него есть убеждения, в этом всё дело. Я, допустим, могу с чем-то не соглашаться, но это не может не вызывать уважения.

О.Стоун: Когда я слышу слова «украинский национализм», я сразу же чувствую обеспокоенность, потому что я сразу думаю о Бандере и о других.

В.Путин: И я тоже.

О.Стоун: Украинский национализм опасен.

В.Путин: Вообще национализм – это признак ограниченности. Но я не хочу обидеть Виктора Владимировича Медведчука.

О.Стоун: Это слова.

В.Путин: Да, но, во всяком случае, он относится к такой категории людей, которая выступает за независимость, за укрепление независимой Украины, но в то же время считает, что этого эффективнее добиваться путём развития сотрудничества с Россией. И я думаю, что он в значительной степени прав.

О.Стоун: Да, совершенно ясно.

Вы говорили о coup d’Etat [государственном перевороте]. Проводились дополнительные исследования. Исследования показали, что были снайперы, стрелки на майдане. Криминалистическая экспертиза изучила угол стрельбы, тела протестующих. И тогда расследование почти не проводилось. Но говорят, что были стрелки из Грузии. Вы что-то слышали ещё с российской стороны?

В.Путин: Нет. Я знаю о том, о чём Вы сказали. Знаю о том, что действовавшие тогда власти во главе с президентом Януковичем не использовали армию и не были заинтересованы в том, чтобы давать хоть какой-то повод для действий силового характера со стороны оппозиции. И, как мне неоднократно говорил господин Янукович, у него даже в голове не укладывалось применить силу и вооружённые силы против гражданского населения, даже против тех людей, которые уже взяли в руки оружие. Я полностью исключаю, что это он мог сделать. А вот те, кто искал повод для госпереворота, – те, конечно, вполне могли.

О.Стоун: Вы говорили мне о телефонном разговоре с президентом Обамой о том, что вы договорились, что не будет никакой стрельбы, и что он обещал Вам, что он добьётся этого.

В.Путин: Вы знаете, Обама уже не президент, но тем не менее есть определённые вещи, о которых мы публично не говорим. Во всяком случае, могу так сказать, что наши договорённости, которые были достигнуты в этом телефонном разговоре, с американской стороны не были исполнены. Я бы на этом ограничился, не стал бы в детали вдаваться.

О.Стоун: В последнее время Россию постоянно обвиняют во вмешательстве в выборы в 2016 году. Насколько я знаю, никаких доказательств нет, они так и не были продемонстрированы. Но в Штатах сейчас есть даже расследование о вмешательстве Украины в выборы. Это какая-то очень непонятная ситуация, оказывается, Порошенко вроде как выступал против Трампа и за Клинтон.

В.Путин: Да, здесь секрета никакого нет.

О.Стоун: Вы думаете, было вмешательство со стороны Украины?

В.Путин: Я не думаю, что это можно трактовать как вмешательство со стороны украинского государства. Но точно совершенно, что украинские олигархи передавали деньги оппонентам Трампа. Делали они это самостоятельно либо с ведома властей – я не знаю.

О.Стоун: Они давали какую-то информацию для кампании Клинтон?

В.Путин: Я не знаю этого. Честно говорю. Не буду говорить того, чего не знаю. У меня своих проблем хватает. Они исходили из того, что госпожа Клинтон победит, и всё делали для того, чтобы продемонстрировать свою лояльность будущим американским властям. Здесь ничего такого особенного нет. Пытались создать уже благоприятное о себе мнение у будущего президента. Поэтому они позволяли себе нелицеприятные выражения в отношении Трампа, всячески поддерживая демократов. Здесь секрета никакого нет, они почти публично действовали.

О.Стоун: Вы не хотите больше вдаваться в детали? У Вас больше нет информации?

В.Путин: Вы знаете, это было бы с моей стороны некорректно. Если бы я сейчас сказал что-то более конкретное, я должен был бы положить на стол какие-то документы, бумаги.

О.Стоун: Да, но Вы понимаете, что это имело бы и колоссальные последствия, потому что господин Трамп был бы Вам очень признателен.

В.Путин: Я и тогда не вмешивался, и сейчас не хочу вмешиваться, и в будущем не собираюсь вмешиваться.

О.Стоун: Это благородный мотив. Но, к сожалению, за последние два года мир стал куда худшим местом. Постоянно бросаются обвинения в лицо, используются грязные правила игры.

В.Путин: Вообще без правил, бои без правил.

О.Стоун: У Вас есть правило, Вы говорите: никакого вмешательства.

В.Путин: У меня есть принципы.

О.Стоун: Да, но я так понимаю, что на этих принципах основаны правила.

В.Путин: Ну хорошо, да.

О.Стоун: То есть Вы сейчас ведёте борьбу, и одна Ваша рука связана за спиной.

В.Путин: Почему? Вот этими принципами, что ли?

О.Стоун: Да. Если бы Вы знали что-то о выборах, это могло бы, например, изменить равновесие в какую-то сторону очень сильно.

В.Путин: Я думаю, что это просто нереалистично. Я уже много раз по этому поводу говорил.

О.Стоун: Что нереалистично?

В.Путин: Менять что-то. Если Вы опять хотите вернуться к выборам в США. Слушайте, это огромная страна, огромный народ со своими собственными проблемами, со своими представлениями о том, что такое хорошо, что такое плохо, с пониманием того, что для среднего класса за предыдущие несколько лет, десять лет, допустим, при огромном росте благосостояния правящего класса и богатых людей для среднего класса ничего не поменялось в лучшую сторону. И именно это обстоятельство поняли те, кто вёл предвыборную кампанию господина Трампа, и он сам понял, и он отработал на этой площадке.

И какие бы наши блогеры, я не знаю, кто там работает в интернете, как бы ни высказывали свою точку зрения по поводу ситуации в США, это не могло сыграть ключевой решающей роли, это чушь собачья.

Но наши симпатии были на его стороне, потому что он говорил о том, что хочет восстановить нормальные отношения с Россией. Чего здесь плохого? И конечно, мы не могли не приветствовать такой позиции.

О.Стоун: Например, кампания Клинтон собирала всевозможную информацию, вот это «Досье Стила». Затем они собирали поддержку со стороны спецслужб. Джеймс Коми, Джон Бреннан, Джеймс Клеппер – все они, казалось бы, были вовлечены.

В.Путин: В их руках был административный ресурс, здесь ничего такого нет. Они использовали этот административный ресурс. Он всегда даёт преимущество в таких странах, как США, некоторых странах Западной Европы, где-то в среднем два процента как минимум.

О.Стоун: Два процента?

В.Путин: Да. Это мнение экспертов о том, что те, кто обладают административным ресурсом, у них всегда есть фора в два процента.

Можно по-разному оценивать. Некоторые эксперты считают, что в разных странах по-разному, но в таких странах, как США, некоторых странах Европы по два процента. Это эксперты, они могут ошибаться.

О.Стоун: Я слышал об одном проценте. Мне кажется, что вообще двенадцать может быть.

В.Путин: Может быть, смотря как использовать.

О.Стоун: Но Вы не опровергаете это? Вы не опровергаете то, что, возможно, в самом деле была попытка помешать Дональду Трампу стать президентом, провести своеобразный «мягкий» государственный переворот.

В.Путин: В США?

О.Стоун: Да.

В.Путин: Так это до сих пор происходит.

О.Стоун: Государственный переворот планируется людьми, у которых есть власть.

В.Путин: Нет, я не это имею в виду. Я имею в виду неуважение к решению избирателей. Это, по-моему, впервые произошло в истории Штатов.

О.Стоун: Что впервые произошло?

В.Путин: Произошла впервые ситуация, при которой проигравшая сторона не хочет признавать своего поражения и не уважает в этой связи выбор избирателей.

О.Стоун: Не соглашусь. Я бы сказал, что такое уже происходило, например в 2000 году, когда республиканцы потерпели поражение, в частности потеряли Флориду. Но они отказались признать это и в итоге провели своеобразный «мягкий» государственный переворот и Буша привели к власти.

В.Путин: Но это всё-таки было решение суда, насколько я помню.

О.Стоун: Это было немножко не так. Там было голосование, и начались своеобразные беспорядки. Республиканские избиратели бросились на участки в Майами в одном из округов и помешали проведению голосования. Это, конечно, было не как русская революция, но тем не менее это такое серьёзное событие. И это изменило динамику, я помню. И затем уже это было передано на рассмотрение в Верховный суд.

В январе 2017 года, практически накануне инаугурации президента Трампа, разведывательные агентства опубликовали информацию, которая фактически говорила о том, что они подозревают Трампа в сговоре с Россией, и тогда у коллегии выборщиков ещё была возможность обратить вспять решение и убрать господина Трампа с его поста, что фактически было бы равносильно перевороту.

В.Путин: Это называется бессовестное, в данном случае, использование административного ресурса.

О.Стоун: Похоже, что это случается куда чаще, нежели мы знаем о том.

Я не видел Вас с тех пор, как произошли события в Керченском проливе. Какие-то комментарии по этому вопросу у Вас будут?

В.Путин: У меня нет, мы уже много раз об этом сказали. Бывший президент господин Порошенко устроил эту провокацию специально в ходе предвыборной кампании. Он знал, что его на востоке, на юге страны не поддержат избиратели. Он использовал эту провокацию для нагнетания обстановки, а потом введения там особого положения. У меня есть основания полагать, что он хотел вообще ввести особое положение по всей стране, а может быть, отложить выборы в этой связи. В общем, хотелось во что бы то ни стало удержать власть, и он искал любые средства для того, чтобы эту идею реализовать. Элемент агонии правящего режима.

Сейчас, недавно, по-моему, новый начальник генерального штаба украинской армии сделал заявление, согласно которому всё это примерно так и трактуется, может быть, в более мягких выражениях.

О.Стоун: Кто это был?

В.Путин: Начальник генерального штаба украинской армии.

О.Стоун: Но за Порошенко стояла тень Соединённых Штатов, они знали, что он делает, и поддерживали его.

В.Путин: Конечно.

О.Стоун: Они поддерживали эту стратегию нагнетания напряжённости, и это меня очень беспокоит, потому что это может произойти во многих местах. Я, мне кажется, в понедельник читал о том, что российские самолёты Су-57 сопровождали, кажется, бомбардировщик Б-52.

В.Путин: Су-57 у нас только сейчас поступает на вооружение, это самолёты пятого поколения, а речь шла о Су-27.

О.Стоун: Вам кажется это нормальным?

В.Путин: В принципе, это печально, может быть, но это обычная практика. Американские самолёты не заходили в наше воздушное пространство, а наши самолёты не совершали опасных манёвров.

Но вообще-то это не очень хорошо. Посмотрите, где находится Балтийское море или Чёрное море и где находятся Соединённые Штаты. Не мы прилетели к американским границам, а американские самолёты прилетели к нашим границам. Лучше бы, конечно, такие практики прекратить.

О.Стоун: В русле этой же стратегии нагнетания напряжённости. На прошлой неделе я читал заметку в «Нью-Йорк Таймс», где говорилось, что, прежде чем уйти со своих постов, администрация Обамы поместила какое-то устройство ведения кибервойны в российскую инфраструктуру. Это было в январе 2017 года.

В.Путин: Об этом практически чуть ли не вслух говорится. Говорилось о том, что Россия будет наказана за вмешательство в предвыборную кампанию. Поэтому здесь ничего необычного, неожиданного для нас нет. Надо внимательно за этим следить. Это первое.

И второе. На мой взгляд, надо просто договариваться, как нам жить в современном высокотехнологичном мире, выработать какие-то единые правила и способы контроля за поведением друг друга. Мы неоднократно предлагали провести переговоры на эту тему и прийти к каким-то соглашениям, обязывающим соглашениям.

О.Стоун: Продолжая, опять же, говорить об этой стратегии нагнетания напряжённости, как на Россию влияет конфронтация между США и Ираном?

В.Путин: Нас это очень беспокоит. Потому что вблизи наших границ это происходит. Это может дестабилизировать ситуацию вокруг Ирана, затронуть некоторые страны, с которыми у нас очень тесные, близкие отношения, вызвать дополнительные волны беженцев в большом количестве, может нанести существенный ущерб мировой экономике и мировой энергетике. Всё это не может не беспокоить. Поэтому мы приветствовали бы любое движение вперёд навстречу друг другу между США и Ираном. Простое нагнетание обстановки никому на пользу не пойдёт. Мне кажется, и самим Соединённым Штатам. Это только на первый взгляд будут одни плюсы, но будут и минусы. Надо посчитать, сколько плюсов, сколько минусов.

О.Стоун: Страшно.

В.Путин: Нет, не страшно.

О.Стоун: Кажется, что Вы в куда худшем настроении, нежели когда мы в прошлый раз с Вами говорили?

В.Путин: В прошлый раз не было такой ситуации вокруг Ирана. В прошлый раз никто не говорил, что кто-то залез в наши энергетические и другие сети. В прошлый раз ситуация всё-таки развивалась положительно.

О.Стоун: То есть сейчас ситуация хуже?

В.Путин: Смотрите, Северная Корея тоже немножко откатилась назад, торговые войны разворачиваются.

О.Стоун: Венесуэла.

В.Путин: Венесуэла тоже. То есть ситуация, к сожалению, лучше не стала, поэтому радоваться особенно нечему.

С другой стороны, мы чувствуем себя спокойно, уверенно. У нас проблем нет.

О.Стоун: Вы оптимист и всегда им были.

В.Путин: Точно.

О.Стоун: И Вы миротворец.

В.Путин: Абсолютно точно.

О.Стоун: Конечно, нужно объединяться с США, с китайцами, с иранцами.

В.Путин: Только не говорите, что мы в этом виноваты. А то в последнее время что ни происходит – всё мы виноваты.

О.Стоун: Ирония заключается в том, что президент Трамп в ходе предвыборной кампании говорил, что против вмешательства в дела третьих стран. И он был против войн. Но проблема в том, что сейчас становится всё только хуже, и начинаешь задаваться вопросом: президент ли Трамп принимает решения или кто-то ещё?

В.Путин: Я думаю, что он и сейчас против. Но жизнь сложна и многообразна. Для того, чтобы принять верное решение, нужно, конечно, бороться за свою точку зрения.

О.Стоун: Да, убеждения.

Это четвёртый Ваш срок. Вы не устали?

В.Путин: Нет. Если бы я устал, я бы не пошёл на четвёртый.

О.Стоун: Можем мы прерваться ненадолго? Я спрошу у продюсера, хочет ли он задать ещё вопросы по Украине.

В.Путин: У продюсера всё время нужно что-то спрашивать – директор есть директор, он самый главный.

О.Стоун: Спасибо.

Мне кажется, всё.

В.Путин: Хорошо. Закончили?

О.Стоун: Спасибо.

В.Путин: Вы назад, в Штаты?

О.Стоун: Я очень беспокоюсь о Вас.

В.Путин: Почему?

О.Стоун: Я вижу, сколько проблем, которые не могут не угнетать Вас. Это просто грустно. Непростая ситуация.

В.Путин: Ничего страшного. Бывало и хуже.

О.Стоун: Российские бомбардировщики в Сирии…

Что случилось со Скрипалём? Где он?

В.Путин: Понятия не имею. Он же шпион, он всё время прячется.

О.Стоун: Говорили, что он вернётся в Россию, что у него была какая-то информация.

В.Путин: Да, мне говорили, что он хочет написать бумагу, попроситься вернуться.

О.Стоун: Говорили, что он собирался вернуться сюда и какую-то информацию предоставить прессе.

В.Путин: Сомневаюсь. Он уже вышел из обоймы. Какая у него могла быть информация?

О.Стоун: Кто же его отравил? Говорят, что это могли сделать британские спецслужбы, потому что не хотели, чтобы он вернулся в Россию.

В.Путин: Я, честно говоря, не очень в это верю. Я не верю.

О.Стоун: Но это было бы логично. Вы не согласны?

В.Путин: Если бы хотели отравить, отравили бы.

О.Стоун: Но кто же тогда это сделал?

В.Путин: Это же, в принципе, в современных условиях несложно сделать. Конечно. Там, я не знаю, миллиграмма хватает. Но если он находился в их руках, это вообще не представляет никакой сложности. Нет, здесь что-то не так. Может быть, просто скандал нужен был.

О.Стоун: Я думаю, всё гораздо сложнее. Вы знаете, я верю в теорию заговора.

В.Путин: Я не верю.

О.Стоун: А я верю.

В.Путин: Не надо. Берегите себя.

О.Стоун: Можно сфотографироваться?

Реплика: Это большая честь для нас. Можно сделать фотографию с Вами?

В.Путин: С удовольствием.

<…>

Источник: kremlin.ru

Фото пресс-службы

Источник: 24tv.ua/ru

Но наиболее ярким признаком «элитности» является способность данного слоя правящего класса продумывать и выражать цели страны, несмотря на противостояние ряда деятелей и нанесённые друг другу обиды.

В конфликте, развернувшемся между нынешним и бывшим президентами Кыргызстана, достаточно быстро определился главный нерв противостояния. Общество либо задохнётся в коррупционной волне и последствиях неадекватных решений назначенных на должности родственников, а не профессионалов, либо сумеет волевым усилием заявить цели сохранения страны.

По определению, именно эта позиция выводит конфликт политиков из схватки личного противостояния в пространство решения насущных вопросов, действительно волнующих общество. Кстати, именно так снимает конфликты в обществе любая настоящая элита, превращая напряжение противостояния в энергию общественных действий. Элита вырабатывает общие цели страны – в этом её предназначение.

В прямом столкновении команд бывшей и нынешней власти в Кыргызстане, можно видеть проявление разных точек зрения и позиций. Многие, традиционно, стараются подгадать и занять сторону наиболее вероятного победителя. Здесь же оказались и те, кто хочет отомстить за прежние обиды. Это лишь усиливает противостояние в обществе, и уводит от сути конфликта, который мог бы разрешиться и в интересах общества.

Прежний президент неоднократно заявлял, что закон должен быть одним для всех. Он утверждал, что важно провести судебную реформу так, чтобы суды стали действительным институтом правового регулирования конфликтов в обществе и важнейшим средством наведения справедливого порядка. Бывший президент много сделал для того, чтобы парламент принял законы, регулирующие уголовное преследование.

Следовательно, эта машина должна реагировать на правонарушения, невзирая на лица и статусы – об этом заявлялось. Именно этим объяснялось уголовное преследование многих политиков в последние годы.

Теперь машина стала «перемалывать» команду, её сотворившую, поскольку определила в её действиях признаки коррупционной деятельности. И именно в этом–и главное противостояние, и главная надежда в обществе: сумеет ли власть освободиться от клановости и, что называется, «радения родному человечку» в пользу продвижения по пути формирования современной и действующей по правилам государственной машины.

В интересах страны и общества разобраться в коррупционных схемах в таможне, при строительстве дорог, в использовании бюджетных средств, грантов, кредитных заимствований, в т.н. «отмывке» денег при строительных работах, в энергетике, горнодобывающей сфере и других отраслях хозяйства. Конечно, эта деятельность далека ещё от желаемой, как думают многие. Особенно неудовлетворителен подбор кадров, часто делающийся по региональному, земляческому и клановому признакам.

Эти цели обозначены в заявлении 11 экс-спикеров парламента, и неважно, что один из заявителей не был спикером, на что тут же обратили внимание некоторые журналисты. Не в этом дело, а в сути заявления, хотя и оно не свободно от политических иллюзий по поводу необходимости референдума относительно государственного устройства. Это «патентованное» средство «демократического» ухода от реальных проблем уже никого не должно вводить в заблуждение. Общественный конфликт состоит не в этом.

Дело давно уже не в политическом устройстве власти, а в способности провести реформу административно-территориального устройства Кыргызской Республики, в решении проблем в пограничных вопросах, в образовании и здравоохранении, в наведении порядка в ЖКХ и устройстве городской среды. Наконец, дело не в поиске нового донора, спонсора или стратегического кредитора для умирающего национального производства. Все эти вопросы надо решать, не дожидаясь референдума, и делать это надо было ещё вчера.

«Слабо работают действующие депутатский корпус, правительство, правоохранительные органы и суды. За свои незаконные и противоправные действия не несут должной ответственности работники органов прокуратуры, МВД, ГКНБ, Финансовой полиции и судьи. Сегодня пора собирать камни и работать реально во имя народа и развития страны», — говорится в заявлении экс-спикеров.

И конечно, противостоять делению Кыргызстана на юг и север, разделению страны по родоплеменным признакам, что частенько делают политики, отстаивая свои частные интересы – всё это важные цели.

Перед законом все равны и за свои деяния каждый должен отвечать – таково требование общества, и политической элиты, видящей в этом действительное разрешение конфликта. Это оценки и постановка задач указывают на проявление элиты в правящем классе страны.

Источник: ia-centr.ru

Фото из WWW

Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили, видимо, собирается «очистить от коррупции» все страны СНГ. На это раз его посланцы отправляются в Молдову. Премьер-министр Майя Санду сообщила в интервью порталу Cotidianu, что с экспертами Саакашвили уже ведутся переговоры. Есть, правда, одно но: консультации и иные действия Молдове надо оплатить, а денег пока нет. Так что молдавские власти пока ждут кредитов из-за рубежа.

Надо сказать, что Кишинёв однажды уже приглашал Саакашвили «для выработки конкретных реформ и антикоррупционных мер». Было это в 2015 году. Предполагалось, что группа экспертов во главе с бывшим президентом Грузии, а на тот момент консультантом президента Украины по реформам, прибудет в Молдову и на месте ознакомится с ситуацией. Но отставка тогдашнего премьер-министра Габурича в том же году помешала довести эту затею до конца.

Пора в Кыргызстане заняться строительством демократических партий, которые бы попеременно сменяли друг друга у власти. Другой альтернативы у страны, кажется, уже нет.

С обретением государственной независимости и принятием Конституции Кыргызской Республики в нашей стране регулярно проводятся различные выборы, в которых принимают участие и политические партии.  В связи с чем важно наладить подготовку партийных активистов, расширению их знаний и кругозора о политике и политических процессах, месте и роли политических партий, партийном процессе, участии партий в избирательных кампаниях и в управлении современным государством и обществом. Обучить их и партийцев  навыкам практической работы, знаниям технологий партийно-избирательного процесса: как строить участие партий в избирательных кампаниях, уметь представлять свою партию, эффективно пропагандировать ее идеалы, привлекать сторонников, изжить недостатки в работе местных партийных организаций, преодолевать препятствия, уметь защищать свои права и т.д.

Видя, как рассыпается начатое партийное строительство, как партийцы после первых трудностей разбегаются и ищут пристань в других партиях, начинаешь думать, что строительство партий переживает в стране серьёзный кризис, политикам и руководителем страны надо обратить на это внимание, подтолкнуть партийное строительство на новый уровень. Без сильных партий у нас никогда не будет развития, политического и экономического развития, процветания страны.

Скоро приближается 30-летний юбилей освобождения. 1989 год стал историческим рубежом в связи с волной революций, разрушивших блок Варшавского договора, начавшейся в Польше. Эти события известны под общим названием «Революций 1989 года», обозначивших закат СССР и первенство США в мире после окончания холодной войны. А мы за это время до сих пор не можем построить несколько нормальных демократических партий, которые бы попеременно сменяли бы друг друга у власти и вывели страну из кризиса. Все партии, какие бы они не были, работают на будущее страны. Вот так они выводили из кризиса свои страны, а сейчас перешли к этапу развития.

Ведь удивительно, что за 30 лет в стране нет ни одной реальной «либеральной», «консервативной» или «социал-демократической» партии. Все партии по сути «вождистские», политически аморфные, центристские, т.е. никакие (зачем нам такие партии), которые обслуживают интересы своих хозяев и их окружения. Таким партиям нельзя доверить управление страной. Это опасно для страны и ее граждан. Они не выведут страну на путь развития.

Европейские мыслители и законодатели, начиная с 19 в., когда партии были допущены к всеобщим выборам, через регулирование партийных и избирательных систем моделировали процесс формирования власти и добились на этом пути выдающихся результатов. Эта проблема является очень актуальной и для современного Кыргызстана, где уже более двух десятилетий после обретения независимости проходят конкурентные выборы, но чего-то всегда не хватает.

Важно, чтобы во власть приходили кадры, обладающие высокими морально-нравственными качествами, гражданственностью, профессиональной подготовкой и опытом, чувством высокой личной ответственности и развитым интеллектом. Нашей стране, переживающей демократический транзит, который идет зигзагами, непоследовательно и трудно, приливами и отливами, как никогда нужны политики-реформаторы, умеющие ставить цели и добиваться их выполнения, жестко защищающие национальные интересы и обладающие экспертным мышлением. Управленцы, обладающие знаниями, умеющие управлять ими и создавать новые знания. Нужны современные харизматические руководители, менеджеры, обладающие необходимым человеческим потенциалом и способностями, чтобы создать успешную страну.

Нужна поэтапная смена элит. Она должна происходить не по критериям возраста, а по критериям деловых качеств и личных заслуг. Эти требования должны быть главными при установлении гендерных, возрастных, национальных и иных квот в партийных списках. Речь идет не о смене 5-10, а о сотнях и тысячах новых руководителей всех уровней, могущих по-новому решать любые задачи. Страна регулярно должна проходить эту смену на очередных выборах, иначе в стране не будет существенных перемен.

Население занято выживанием и адаптацией к новым условиям, слабо участвуют в процессе модернизации, предоставляя бюрократии и олигархии широкие возможности для проведения реформ в своих личных интересах. В результате происходит сращивание власти и бизнеса, что не позволяет модер­низировать общество. А интересы олигархии и демократии не совместимы. Олигархия всегда ведет к диктатуре, нарушениям законов и ограничению прав человека.

Серьезной проблемой для Кыргызстана является неразвитость политических партий. Многие из них не имеют достаточного кадрового потенциала. Выступают силой, обслуживающей интересы партийных вождей и их окружения. В таких партиях процветает вождизм, партийный фаворитизм и коррупция. У таких партий нет будущего.

Нужна модернизация избирательной системы, которая меняется, совершенствуется, но часто используется в корыстных политических целях, а обществу нечего предъявить в ответ на применение «административного ресурса». В 2015 г. наша страна перешла к голосованию по биометрическим данным. Впервые по этой системе прошли парламентские выборы 2015 г., президентские выборы 2017 г. Эта инновация поставила заслон перед некоторыми нарушениями избирательных прав граждан, как «карусель», массовые вбросы бюллетеней, но не исключила подкуп избирателей, шантаж, угрозы, применение административного давления и другие негативные стороны избирательного процесса.

Задача построения демократии и рыночной экономики, демократических партий  не решается за один день, она требует постепенной трансформации существующих государственных и общественных институтов, наполнения их тем содержанием, которое вкладывается современными развитыми демократиями при сохранении своих национальных особенностей. Эта задача может быть успешно решена через правильную организацию политических партий и избирательной системы.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять.

Президент Киргизии Сооронбай Жээнбеков на минувшей неделе был с рабочим визитом в Швейцарии, за которой с 50-х годов прошлого века утвердилось название «штаб-квартира мирового правительства», еще ее называют «Черный вход в Белый дом». По официальной информации, часть переговоров была посвящена отношениям с Международным валютным фондом (МВФ). Обе стороны подчеркнули важность этого института для его членов и мировой экономики. Стороны также обсудили проблемы внутренней политики Киргизии. Жээнбеков, в свою очередь, предложил Швейцарии киргизские экопродукты: мед, орехи, сухофрукты и фасоль.

Также сообщалось, что глава Киргизии для полета в Берн воспользовался рейсовым самолетом компании «Аэрофлот». Летел он через Москву. И образовавшуюся между рейсами паузу в шесть часов он использовал для встречи с российским президентом Владимиром Путиным. Кремль накануне сделал ему предложение, от которого Жээнбеков не смог отказаться. О чем говорили главы двух государств, не разглашается. Понятно только, что в рамках краткой встречи ни о каком обсуждении проблем двусторонних отношений и тем более интеграции в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) не могло быть и речи.

Судя по тому, как Алмазбек Атабмаев в конце минувшей недели устроил в своей резиденции вечеринку с танцами, стало понятно, что на встрече в Москве обсуждалась судьба экс-президента. Причем в пользу последнего. Атамбаев, как Жээнбеков, посылал сигналы в Москву. В противостоянии с экс-президентом позиция Кремля была очень важна, чтобы переломить ситуацию. Но Кремль занял нейтральную позицию.

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявил: «Мы не вмешиваемся во внутренние дела суверенного государства».

Но после визита в Швейцарию ситуация изменилась. По сути, Жээнбеков сообщил, что готов к диалогу с США и возможному сотрудничеству.

Киргизский политолог Марс Сариев сказал «Независимой газете», что Москва крайне обеспокоена внутриполитической ситуацией в республике. Вопрос политической стабильности в Киргизии сегодня стоит остро. В Кремле не желают, чтобы Киргизия превратилась во второй Афганистан.

«Если до этого времени Москва занимала позицию обезьяны, наблюдающей с холма за схваткой двух тигров, то теперь она поняла, что такая сторонняя позиция ей победы не принесет. Противостоянием между Атамбаевым и Жээнбековым могут воспользоваться отдельные крупные глобальные игроки и создать нестабильность в Центральной Азии», – отметил эксперт.

Экс-президент, по его словам, постепенно превращается в не признающего власть полевого командира, и если будут предприняты действия по его силовому захвату, то будут жертвы. Вследствие этого увеличится число сторонников, присоединятся соседние села и возможно усиление регионального раскола между севером и югом. У Атамбаева получится очень большой ресурс, Киргизия превратится в страну полевых командиров. При этом у Жээнбекова рейтинг стремительно снижается. Поэтому, считает эксперт, российский президент «перехватил» Жээнбекова на пути из Берна в Бишкек для выяснения его позиции. Понятно, что в Швейцарии киргизский лидер попытался заручиться поддержкой «мирового правительства» и может предпринять какие-то решительные меры.

Также стало известно, что главы двух государств обсудили вопросы борьбы с контрабандой и наркотрафиком. «В последнее время Москва фиксирует в Кыргызстане серьезные проблемы на этом направлении», – цитирует источника в администрации президента РФ ресурс Stanradar.

Впрочем, «Независимая газета» писала об этом в номере от 25 декабря 2018 года. В частности, за 20 лет киргизская таможня зарегистрировала поступившие из Китая товары на общую сумму 11,64 млрд долларов. При этом китайская таможня посчитала, что через границу в направлении Киргизии перевезено товаров на 61,667 млрд долларов. Разница составляет 50 млрд долларов. За 2017 год киргизская таможня зарегистрировала китайских товаров на сумму чуть более 1,5 млрд долл., китайская – 5,337 млрд долл. Разница составила почти 3,9 млрд долл. Из Турции за те же 20 лет объем поставок составил 1,129 млрд долл. А по данным турецкой таможни, товаров было отправлено на 2,968 млрд долл. Разница составляет 1,839 млрд долл. За счет контрабанды живет киргизская элита. Это замечание Москвы в Бишкеке расценили как наезд на южные кланы республики и ожидают кадровых перестановок в правительстве и на таможне.

Кроме контрабанды, по мнению Москвы, через Киргизию проходят большие объемы наркотиков-опиатов из Афганистана, при этом объемы изъятие значительно ниже, чем в Таджикистане или Узбекистане.

«Создается впечатление, что кыргызская милиция героин вообще не замечает. Какие-то изъятия проводит Госкомитет нацбезопасности, но они и близко не соответствуют потоку, который, по нашим данным, идет через республику», – отмечает источник Stanradar.

Просьба Жээнбекова выделить деньги на «абстрактное совершенствование работы МВД» понимания в Кремле не находит. Российская сторона готова помочь, но ждет от киргизских партнеров конкретных и реальных планов по улучшению ситуации.

По мнению заместителя директора Центра стратегических оценок и прогнозов (Москва) Игоря Панкратенко, Бишкек в глазах Москвы – вполне стабильная территория, особых проблем не вызывает, дополнительных усилий не требует. Более того, в связи с непоколебимой лояльностью Киргизии как члена ЕАЭС и ОДКБ кое-кто в Москве вообще склонен считать, что это не отдельная республика, а один из регионов России, просто с несколько необычным статусом. А коли так – то и внимания он заслуживает не больше, чем какой-либо российский регион в Уральском или Сибирском федеральных округах. Ну есть там какие-то проблемы, ну обещали мы им проектов на 6 млрд долл. – ну так и что с того, решим в рабочем порядке, без спешки. По его словам, весь киргизско-российский кейс свелся к сущему примитиву: Бишкек ожидает очередного транша из Москвы за лояльность, Москва готова выплатить, но не сразу.

Этим все отношения исчерпываются, о прорывных экономических проектах уже и речи нет.

Источник: Независимая газета

Фото с сайта www.president.kg

Кой -Таш продолжает держать оборону. Алмазбеку Атамбаеву принесли уже две повестки о вызове на допрос в следственную службу МВД в качестве свидетеля, но покидать свою резиденцию бывший президент не собирается.

Линия защиты.

Адвокат Атамбаева Сергей Слесарев направил начальнику следственной службы МВД Памирбеку Асанову заявление, в котором разъясняет позицию защиты Атамбаева, на основании которой он не является на допрос. Текст заявления довольно длинный, но, если пересказать суть, то Слесарев считает, что в отношении Атамбаева все еще действует Закон Кыргызской Республики «О гарантиях деятельности Президента Кыргызской Республики», принятый в 2003 году. Поэтому ему, как лицу, обладающему неприкосновенностью и иммунитетом, не может вручаться никакая повестка. Даже о допросе в качестве свидетеля. По мнению Слесарева, «Постановление Жогорку Кенеша Кыргызской Республики от 27 июня 2019 года о лишении статуса экс-президента Кыргызской Республики А.Ш.Атамбаева не является основанием для лишения неприкосновенности экс-президента А.Ш.Атамбаева…В соответствии со статьей 4 Закона КР «О нормативных правовых актах Кыргызской Республики», постановление Жогорку Кенеша — нормативный правовой акт, принимаемый Жогорку Кенешем по вопросам, отнесенным к его ведению Конституцией, и соответствующий требованиям, указанным в настоящем Законе.
В Конституции Кыргызской Республики не предусмотрен вопрос о выдвижении обвинений и лишении статуса экс-президента, который был бы отнесен к ведению Жогорку Кенеша Кыргызской Республики, вследствии чего постановление Жогорку Кенеша Кыргызской Республики от 27 июня 2019 года о лишении статуса экс-президента Кыргызской Республики А.Ш.Атамбаева не имеет юридической силы».

Так же, Слесарев указывает, что «в соответствии с пунктом 5, статьи 6 Конституции Кыргызской Республики, Закон или нормативный правовой акт, устанавливающий новые обязанности либо отягчающий ответственность, обратной силы не имеет», а значит, и «Закон КР от 15 мая 2019 года о внесении изменений в Закон КР «О гарантиях деятельности Президента КР», на основании которого вынесено постановление ЖК КР от 27 июня 2019 года и само постановление ЖК КР устанавливают новые обязанности и ответственность, и поэтому не имеют обратной силы». В общем, как резюмирует свою позицию Сергей Слесарев, «все изложенные обстоятельства не позволяют органам МВД КР самостоятельно принимать решения по лишению иммунитета экс-президента Кыргызской Республики и нарушать Конституцию и законодательство Кыргызской Республики».

Еще один юрист Атамбаева Нурбек Касымбеков обратился в Конституционную палату с заявлением о признании противоречащей Основному закону нормы, которая запрещает бывшему президенту заниматься политикой. И вроде как, Конституционная палата приняла это заявление к рассмотрению. Как утверждает Касымбеков, защитой Атамбаева в Конституционную палату было подано несколько заявлений. В том числе, юристы бывшего президента оспаривают и лишение неприкосновенности Атамбаева Жогорку Кенешем. По мнению адвокатов, даже если у Атамбаева больше нет статуса экс-президента, его неприкосновенность абсолютна и он не может быть ее лишен ни при каких обстоятельствах. А значит все попытки привлечь Атамбаева к уголовной ответственности есть не что иное, как нарушение Конституции.

По закону, Конституционная палата должна рассмотреть поданные заявления в течение пяти месяцев.

Итак, позиция юристов Атамбаева понятна – затягивать ситуацию любыми способами, погрузив ее в бесконечное выяснение правовых коллизий.

На фото: Сооронбай Жээнбеков и Власдимир Путин в Москве.

Говорил ли Путин с Жээнбековым об Атамбаеве.

Однозначного ответа на этот вопрос нет. Обе пресс-службы, российского президента и нашего, отделались сухими пресс-релизами. В стиле, «сверили часы», «обменялись мнениями» и т.д. и т.п. В этой связи любопытен материал, опубликованный на сайте StanRadar.com главным редактором которого является наш бывший соотечественник Григорий Михайлов, шеф-редактор Среднеазиатской редакции REGNUM, проживающий сейчас в Костроме. Источник StanRadar.com из администрации Путина рассказал, что главной темой переговоров президента России с его кыргызским коллегой были вопросы безопасности. В частности, борьба с терроризмом, контробанда и наркотрафик.

«В последнее время в Москве фиксируют в Кыргызстане серьезные проблемы по этому направлению», — подчеркнул источник.

По мнению Москвы, через Кыргызстан проходят большие объемы наркотиков-опиатов из Афганистана, при этом объемы изъятий значительно ниже, чем в Таджикистане или Узбекистане.

«Создается впечатление, что кыргызская милиция героин вообще не замечает. Хоть какие-то изъятия проводит Госкомитет нацбезопасности, но они и близко не соответствуют потоку, который, по нашим данным, идет через республику», — отмечает источник.

Также источник сообщил, что просьбы Бишкека подарить деньги на абстрактное «совершенствование» работы МВД, понимания в Кремле не находят. Российская сторона готова помочь, но ждет от кыргызских партнеров конкретных и реальных планов по улучшению ситуации.

Кроме того, по словам источника, в ходе переговоров обсуждались проблемы роста религиозного радикализма, проникновения террористов извне, а также вопросы выделения денежных средств Кыргызстану.» http://www.stanradar.com/news/full/35354-istochnik-kreml-bespokoit-tranzit-narkotikov-cherez-kyrgyzstan.html

В какой-то мере ситуация вокруг Атамбаева тоже является вопросом безопасности. Но конспирологические версии, вроде той, что Жээнбеков специально изменил свой график, чтобы переговорить с Путиным о судьбе экс-президента, представляется маловероятными. Кремль, в лице пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, уже высказался достаточно однозначно по этому вопросу. Дело Атамбаева – это внутреннее дело Кыргызстана и Кремль не может и не имеет ни малейшего намерения вмешиваться в дела суверенной страны.

Более жесткими и в то же время не бесспорными являются оценки некоторых российских экспертов.

«Все происходящее в Киргизии говорит о низком качестве элиты в стране, — заявил в разговоре с News.ru директор по международным проектам Института национальной стратегии России Юрий Солозобов.- Нет достойных лидеров государственного масштаба,которые смогли бы прекратить подковерную борьбу и стабилизировать политическую систему. На фоне современных киргизских политиков экс-президенты Аскар Акаев и Курманбек Бакиев выглядят политическими гигантами».

На фото: Юрий Солозобов

По словам эксперта, практически на каждого крупного политика в Киргизии можно при желании найти компромат, связанный в том числе с махинациями на таможне и с недобросовестным ведением бизнеса. Политика в Киргизии, по мнению аналитика, носит откровенно криминальный характер. Но Юрий Солозобов не берется предсказывать, как события вокруг Атамбаева будут развиваться дальше. «В целом проблема стоит шире: сейчас политическая элита Киргизии не может договориться между собой и поделить сферы влияния другими способами, кроме как через суды и уголовное преследование — обращает внимание эксперт.- Даже по сравнению с соседними республиками, ситуация в Киргизии оставляет желать лучшего. В регионе, наряду с Таджикистаном, Киргизия остается слабым звеном. После частых попыток сменить власть в республике произошла «деградация элит», и все более-менее опытные и талантливые политики покинули страну», отмечает Юрий Солозобов.» https://news.ru/strani-sng/delo-atambaeva-dayot-rossii-povod-zadumatsya-o-sostave-eaes/

На фото: Атамбаев в кругу артистов в Кой-Таше 13 июля 2019 года.

 «Кой-Таш тревоги нашей».

 Не смотря на традиционное летнее затишье, связанное с жарой и периодом отпусков, особняк Атамбаева в Кой-Таше регулярно мелькает в информационных лентах, как место, где почти каждый день что-то происходит. Правда еще пару недель назад сводки оттуда напоминали сводки с фронта. То баррикады установили, то матрацы завезли, то конники галопируют вокруг резиденции бывшего президента. Когда половина села практически переселилось на территорию особняка, видимо, терпению Атамбаева пришел конец. «Народный штаб», организованный сторонниками экс-президента, стал для него моральной, да и, скорее всего, материальной обузой. Каждый день посторонние люди на территории, которых надо кормить, с которыми надо общаться, плюс журналисты, с не всегда удобными вопросами Атамбаева быстро утомили. Штаб распустили на каникулы сразу после митинга 3 июля, но активные соратницы бывшего президента пытаются поддерживать его жизнедеятельность, организовывая разные мероприятия. В том числе и почти без политики. Например, в минувшую субботу на территории особняка четы Атамбаевых прошел концерт и что-то вроде дискотеки в стиле 80-х. Для хозяев и их гостей, преимущественно из членов политсовета СДПК, почти два часа пели и плясали не известные широкой публике представители кыргызского шоу-бизнеса. Похоже Атамбаев решил заняться обновлением не только политической элиты страны, но и продюссированием начинающих артистов. Мероприятие в социальных сетях тут же открестили проводами Атамбаева. Куда – остается только догадываться.

Редакция ответственности за публикацию не несет и мнение автора может не разделять

16 июля Верховный суд будет пресматривать дело Текебаева по вновь открывшимся обстоятельствам. И как раз на днях целый ряд российских СМИ вспомнили о деле Маевского, на основании заявления которого и было возбуждено уголовное дело в отношении Омурбека Текебаева. Дело в том, что аккурат в эти дни Тверской суд Москвы рассматривал вопрос о продлении содержания под стражей экс-депутата Государственной Думы от КПРФ Леонида Маевского. В ноябре 2018 года Леонида Маевского арестовали по обвинению в преступлении по пункту «б» ч. 3 ст. 163 Уголовного кодекса РФ (вымогательство, совершенное в целях получения имущества в особо крупном размере). До сих пор журналистам оставалось только догадываться, кто же стал жертвой Маевского. Теперь все стало ясно. Потерпевшими признаны сразу два российских миллиардера, совладельцы Альфа-банка Михаил Фридман и Петр Авен. Forbes оценивает состояние Фридмана в $15 млрд, а Авена – в $5,2 млрд.

Как стало известо из материалов дела, которые озвучил в Тверском суде российской столицы судья Александр Меркулов Маевский вымогал у миллиардеров 50 миллионов долларов за нераспространение компроментирующих сведений. Содержание порочащих сведений, распространением которых угрожал Маевский не раскрывается. Некоторые источники предполагают, что компромат связан со скандалом вокруг акций Мегафона. По этому делу Маевскому грозит до 15 лет тюрьмы.

Впрочем все эти детали. Для Кыргызстана в целом и для Омурбека Текебаева в частности, важен сам факт ареста Леонида Маевского. Во-первых, это очень ярко характеризует личность Маевского. Во-вторых,теперь уже совсем нелогично продолжать держать за решеткой лидера одной из старейших партий Кыргызстана на основании показаний афериста – гражданина другого государства.

                                                                                                                 Редакция Elgezit.kg

Визит Сооронбая Жээнбекова в Москву был кратким и неожиданным. О том, что Владимир Путин встретится с ним 11 июля, пресс-служба Кремля сообщила только днем 10 июля, ничего не уточнив о повестке переговоров. Не появились подробности и после их беседы. По сути, единственный публичный намек на ее содержание отразился во фразе, которую Владимир Путин сказал гостю при встрече: «Очень рад, что вы нашли возможность по дороге домой заглянуть и к нам, будем говорить о сегодняшнем состоянии наших двусторонних отношений, ну и по другим вопросам, в том числе по темам интеграции».

Вопросы интеграции в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) действительно волнуют Бишкек. Ей сильно мешают то и дело возникающие противоречия с соседями.

Кроме того, республика рассчитывает получить больше российских инвестиций. «Пока же из российских компаний на рынке Киргизии зримо присутствует только “Газпром”, при этом большую активность проявляют китайские и турецкие инвесторы»,— заявил “Ъ” сопредседатель клуба региональных экспертов Киргизии «Пикир» Игорь Шестаков. Между тем Сооронбай Жээнбеков на встрече с Владимиром Путиным напомнил, что в ходе недавнего визита российского лидера в Бишкек было подписано более 50 соглашений на сумму свыше $6 млрд.

Как говорится в документе «Угрозы экологической безопасности Киргизской Республики», который подготовлен правительством Киргизии и оказался в распоряжении “Ъ”, «хвостохранилище — комплекс специальных сооружений и оборудования, предназначенный для хранения или захоронения радиоактивных, токсичных и других отвальных отходов обогащения полезных ископаемых (их и называют обобщенным термином “хвосты”.— “Ъ”)». «Хвостохранилища были закрыты в 1966–1973 годы. При проектировании и заложении хвостохранилищ не были учтены долгосрочные мероприятия по защите от действия природных процессов»,— отмечается в документе. Между тем частые в регионе паводки и сели создают «угрозы их разрушения с катастрофическими экологическими последствиями трансграничного масштаба».

Как сообщили “Ъ” в аппарате президента Киргизии, господин Жээнбеков несколько месяцев назад взял под личный контроль проблемы утилизации хвостохранилищ. Бишкек рассчитывает, что помощь России позволит избежать катастрофы, которая может затронуть около 12 млн человек, проживающих в Ферганской долине. Сотрудничество в этой сфере ведется уже несколько лет. Так, в феврале сообщалось, что Россия продолжит оказывать Киргизии содействие в ликвидации и рекультивации хранилищ отходов радиоактивного производства — информация об этом была опубликована после встречи главы МЧС Киргизии Нурболота Мирзахмедова с представителями «Росатома». Все предусмотренные работы должны быть завершены к 2023 году.

«Когда стало известно о неожиданном визите Жээнбекова в Москву, многие решили, что это касается дела Атамбаева,— сказал “Ъ” киргизский политолог Эмильбек Жороев.— Тем более что раньше появлялась информация, что Атамбаев искал защиты у Москвы. Судя по всему, это не принесло результата — пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков назвал процесс “абсолютно внутренним делом” Киргизии. Но Кремль все равно наверняка волнует угроза дестабилизации в республике».

Источник: Коммерсантъ

Фото: пресс-службы АП КР

Тогда же, в ноябре 2016 года Канатбек Исаев, будучи лидером одной из правящих фракций – «Кыргызстан», выступил с резкой критикой деятельности президента Атамбаева, обвинив его в нарушениях Конституции и узурпации власти. Эти два депутата действующего парламента подверглись целенаправленному политическому преследованию Атамбаевым именно за эти действия! Еще двое членов оппозиционной фракции «Ата-Мекен» также подверглись судебным репрессиям за последовательную критику неконституционных и незаконных действий президента Атамбаева. Поэтому выдвижение Жогорку Кенешем обвинений Алмазбеку Атамбаеву и лишение его неприкосновенности стало логическим оформлением оценки его деятельности на посту президента.

Сегодня парламент и тех, кто поддерживает его решение о лишении неприкосновенности А.Атамбаева, критикуют за соглашательство, называют обиженными, обвиняют в мести.

В природе парламента всегда бывает так называемое депутатское болото, которое не имеет собственной позиции и голосует из конформизма. Но в нем есть и настоящие трибуны, способные влиять на исторический ход событий, вопреки властному давлению отстаивающие конституционный баланс ветвей власти, бдящие за законностью государственного управления. Поэтому при всем многообразии и противоречивости парламента нам важно сохранить его легитимность как института.

Каждый избиравшийся созыв Жогорку Кенеша на протяжении всей его истории подвергался критике народа, тогда, когда он этого заслуживал, и заказной обструкции авторитарных правителей, когда требовалось укрепить свою единоличную власть. Сегодня же Алмазбек Атамбаев намеренно запустил публичную травлю парламента, обозав его словом, недостойным уст государственного деятеля. Он понимал, что вопрос снятия неприкосновенности неотвратимо стоит в повестке страны и заранее постарался дискредитировать его решения в отношении себя. Он сделал это намеренно в преддверии парламентских выборов, желая сорвать их законные сроки и добиться спонтанности и хаотичности выборов в условиях роспуска Жогорку Кенеша.

Сегодня те, кто возмущается снятием неприкосновенности с Атамбаева, забыли как легко игнорировалась депутатская неприкосновенность, как изобретались обвинения депутатам в особо тяжких преступлениях, чтобы обойти процедуру получения согласия в парламенте на их арест. Практически все требования о роспуске парламента запускались для того, чтобы сломать хребет законодательной ветви власти и подчинить его единовластию президента. Все это отразилось на облике кыргызского парламента – на его скособоченности и трусоватости.

Но справедливо подвергая Жогорку Кенеш критике, нужно помнить, что он остается самой открытой площадкой государственного управления и единственным всенародно избираемым институтом, призванным обеспечить баланс властных ветвей. История знает позорные страницы кыргызского парламента, но помнит и его достойные, а порой трагические дни. Депутаты приходят и уходят, но важно сохранить государственный авторитет высшего органа представительной власти. Не удастся реализовать парламентское правление, бесконечно принижая статус Жогорку Кенеша.

Есть трибуны и бойцы вне стен парламента – политики, гражданские активисты, правозащитники и журналисты, бесстрашно критиковавшие президента Атамбаева за незаконные действия. Они выстрадали свою принципиальную позицию, подвергшись травле, гонениям и репрессиям. Были осуждены подручными судами по необоснованным гражданским искам и надуманным уголовным делам. Несколько десятков политиков отсидели или все еще сидят в тюрьмах по заказу тогдашнего Атамбаева. На лжи и беззаконии поругана честь, поломаны судьбы, отобрана свобода – разве можно назвать их просто обиженными?!

Недавно А.Атамбаев воскликнул, что не думал, что «уголовные дела могут строиться на слухах и грязных фантазиях». Не так ли шились дела на его оппонентов и критиков в бытность его президентом? Даже если внять его увещеваниям «не знал, не доложили, не слышал», резонансные дела о преследованиях широко и подробно освещались в СМИ – кого он хочет убедить в своем неведении и непогрешимости?

Я не поддерживаю тех, кто желает Атамбаеву пройти все круги судебно-правового беспредела, которые он учинял своим оппонентам, будучи президентом. Важно обеспечить справедливое и непредвзятое расследование предъявленных ему обвинений. Но сегодня в следствии и судах работают все те же беспринципные, бесхребетные, серые или одиозно известные люди. Судебно-правовая реформа еще только в зачатке. Именно поэтому чрезвычайно важно незамедлительно и параллельно начать продуманную, скрупулезную чистку запятнавших себя в политических преследованиях и коррупции следователей, прокуроров и судей. У общественности сейчас есть знания, опыт, интуиция видеть и понимать из какого кабинета Белого Дома идут наводки и инструкции для местных вершителей правосудия и добиться их отправки туда же, где сидят предыдущие хозяева этих кабинетов.

Очень жаль, что Генеральная Прокуратура «пока не нашла» подтверждений репрессиям и гонениям, учиненным А.Атамбаевым в период президентства. Они все на поверхности – многократно зафиксированные в средствах массовой информации и томах уголовных дел, но цинично проигнорированные при вынесении судебных решений. Независимость судебной ветви власти не обеспечивается незыблемостью неправедных приговоров! Она обеспечивается только общественным признанием исчерпывающей обоснованности судебных вердиктов. Институт пересмотра судебных дел по вновь открывшимся обстоятельствам – законный путь восстановления справедливости должен заработать в полную силу, чтобы вернуть доверие народа к суду.

Только так можно обеспечить справедливое законное расследование выдвинутых против Алмазбека Атамбаева обвинений и законность судебных решений в отношении других бывших высокопоставленных чиновников, обвиняемых в коррупционных преступлениях. Только так можно добиться неукоснительного соблюдения закона при всех следственных действиях, прокурорских обвинениях и судебных решениях в отношении любого гражданина Кыргызстана. Конечно, это сложный процесс, требующий времени, политической воли и неусыпного гражданского контроля. Но он должен начаться сегодня, чтобы, наконец, ответить долгожданным ожиданиям, а теперь уже и требованиям общества.

Реальная судебно-правовая реформа, которая является злобой дня, может разрешить множество задач, восстановить баланс ветвей власти, укрепить единство ее ветвей и совокупную ответственность, снимет путы с развития экономики.

Алмазбеку Атамбаеву не откажешь в одном мастерстве – он умеет запускать в обществе низменные деструктивные понятия и тренды, которые возбуждают конфронтацию, непримиримость, радикализм. За эти дни Атамбаев наговорил много вещей, которые можно рассматривать как подготовку к противоправным действиям. Называя действующую власть бакиевской, он преследует лишь одну цель – возбудить межрегиональную рознь, поделить страну на своих и чужих.

Выстроив живой щит из женщин, стариков и молодых ребят, он заявляет о готовности оказывать вооруженное сопротивление любым оперативно-следственным действиям в отношении него. Это он позиционирует как оппозиционную деятельность и личную смелость, но на самом деле только обнаруживает свою политическую несостоятельность и человеческую слабость.

Не он ли твердил своим гонимым оппонентам при этих же составах следователей, прокуроров и судей, что свою невиновность нужно доказывать в суде, а не устраивать митинги и протесты? Несмотря на всю очевидность заказного ареста, Омурбек Текебаев, вернулся в Кыргызстан, чтобы отстаивать свое доброе имя и политические убеждения. На днях экс-президент Армении Роберт Кочарян уже в третий раз подвергся аресту, но несмотря на непризнание своей вины, он дважды сам добровольно явился в СИЗО после оглашения вердикта суда. Он объяснил это тем, что не хочет сталкивать лбами своих сторонников и оппонентов и рушить так трудно завоеванную стабильность. Вот ответственность политических лидеров и личностная твердость духа, несмотря на разность их убеждений, политического багажа и специфики политических процессов в каждой из стран.

Последовав примеру этих политиков, Алмазбек Атамбаев снискал бы себе сочувствие и хоть немного уважения в обществе. Тогда общество утроило бы гражданский контроль за законностью расследования.

Становление нашего молодого государства оказалось непростым, турбулентным, наш выбор – парламентаризм – дается нам нелегко. Наши друзья, партнеры в бизнесе, соседи, политические аналитики, и конечно наши соотечественники за рубежом, все кто переживает и оценивает наше развитие со стороны, застыли в шоке и недоумении: в КР грядет третья революция?! Все наблюдают как поведет себя древний народ, но молодая нация с опытом двух прошедших революций. Сколь коротка ее память? Умеет ли она извлекать уроки из прошлого?

Несмотря на искусственное нагнетание тревоги в обществе, верю, Атамбаеву не удастся расколоть народ, привести к дестабилизации ситуации. Интересы государства и народа должны быть выше личных амбиций и эмоций. Народ сегодня требует стабильности и не будет поддерживать никаких авантюр.