Казахстан отверг очередные попытки Москвы расширить сотрудничество в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), отчасти из-за опасений, что этот союз используется Кремлем для усиления контроля над своими соседями.

Новоназначенный премьер-министр России Михаил Мишустин 31 января объявил о предложении Кремля сделать спорт, туризм и экологию стратегическими направлениями развития ЕАЭС.

Заявление прозвучало на заседании Евразийского межправительственного совета в Алматы, в котором приняли участие премьер-министры Казахстана, России, Армении, Кыргызстана и Беларуси.

«Здравоохранение, образование, наука, экология, спорт и туризм выделены российской стороной при подготовке стратегических документов развития союза», — сказал Мишустин в своем выступлении.

«Мы внесем соответствующие предложения и рассчитываем на поддержку наших инициатив», — добавил он.

Равнодушие в ответ

Премьер-министр Казахстана Аскар Мамин в своей предыдущей речи призвал к обратному, очевидно, ожидая подобного предложения от Мишустина.

«Мы не должны выходить за рамки договора о ЕАЭС и декларации о дальнейшем развитии интеграционных процессов, принятой главой государства [тогдашним президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым] 6 декабря 2018 года», — сказал он.

«Необходимо учитывать, что ЕАЭС является сугубо экономическим объединением», — отметил Мамин.

Российское руководство всеми силами стремится форсировать объединение в рамках ЕАЭС, говорит генеральный директор казахстанской консалтинговой компании DAMU Capital Management Мурат Кастаев из Алматы.

По его словам, российские чиновники неоднократно предлагали усилить евразийскую интеграцию в финансовой, валютной, торговой и внешнеполитических сферах.

Позиция Казахстана заключается в том, что ЕАЭС является чисто экономическим союзом. Однако Москва видит, что интеграция замедляется и не находит поддержки у других участников ЕАЭС в таких ключевых областях, как внешняя политика, финансовое регулирование и валютная политика, сказал Кастаев.

Соответственно, Россия пытается продвигать свои интересы в вопросах спорта, туризма и экологии, добавил он.

«Россия входит в непростой период политического транзита. Уже дан старт механизму сохранения власти [президента России] Владимира Путина после завершения его президентского срока», — отметил Кастаев.

Президентский срок Путина заканчивается в 2024 году.

«Россия пытается укрепить связи и поближе привязать к себе страны ЕАЭС, чтобы те не почувствовали слабину и вели себя предсказуемо в транзитный период», — заявил Кастаев.

Москва неоднократно заявляла, что ЕАЭС не является исключительно экономическим союзом, сказал председатель казахстанского национал-патриотического движения «Улт тагдыры» («Судьба нации») Дос Кошим.

«Нельзя исключать вариант, что официальная Москва думает над тем, чтобы сформировать единое внутреннее спортивно-духовное пространство в ЕАЭС, как это было во времена Советского союза», — сказал он.

По его словам, очередные попытки Кремля могут быть реакцией на запрет Всемирного антидопингового агентства для сборной России участвовать в летних Олимпийских играх в 2020 году, Чемпионате мира по футболу в 2022 году и зимних Олимпийских играх в 2022 году.

«Были разговоры о том, чтобы защищать воздушное пространство входящих в союз стран общими усилиями. Потом звучали идеи [Москвы] о том, что нужно создать единый евразийский парламент. Поэтому то, что сказал Мишустин, — это продолжение темы о более глубокой интеграции», — сказал Кошим.

По его словам, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев решил взять новый политический курс. «И часть этого курса в том, чтобы прислушаться к мнению общества и бизнесменов, большинство которых были против вступления Казахстана в ЕАЭС».

Выход «неизбежен»

Самая густонаселенная страна в Центральной Азии уже нанесла сокрушительный удар по российским амбициям насчет интеграции с помощью ЕАЭС.

Узбекистан не будет вступать в ЕАЭС, заявил президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев 20 января, отметив, что вместо этого страна получит статус наблюдателя.

«Мы не будем членом этого союза», — сказал Мирзиёев в своем выступлении на первом заседании верхней палаты парламента после выборов в декабре прошлого года.

«Знайте одну вещь. Никто никогда никому не отдаст независимость. Независимость в руках президента, которому доверяет народ», — подчеркнул он.

Казахстан должен вести независимую внешнюю политику, особенно в свете авантюрной внешней политики Российской Федерации, и суверенную торговую политику, которая в настоящее время полностью подчинена ЕАЭС, сказал Кастаев.

Более тесная финансовая интеграция неблагоприятна для Казахстана в свете создания в 2018 году Международного финансового центра «Астана» (МФЦА), который мог бы напрямую конкурировать с Московской фондовой биржей и чей успех невыгоден для России, добавил он.

«Подводя итог, ЕАЭС — нежизнеспособное образование, выход Казахстана из которого почти неизбежно произойдет», — заключил Кастаев.

«Каравансарай», Анна Карр

Elgezit.kg предлагает читателям перепечатку всего материала.

Последние три года политическая жизнь в Узбекистане заметно оживилась. Пришедший к власти в 2016 году Шавкат Мирзиёев позиционирует себя как реформатор и призывает избавляться от стиля государственного управления «предыдущих 25 лет» – так теперь принято называть период правления Ислама Каримова. Власти проводят ребрендинг режима: либерализуют экономику, пытаются вступить в диалог с обществом, смягчают контроль над СМИ, ограничивают влияние силовиков в управлении страной.

Однако, несмотря на пышную риторику и определенную смену стиля, система пока далека от реальной трансформации. В этот тренд органично вписались и прошедшие 22 декабря выборы в нижнюю палату парламента. С одной стороны, продемонстрировав как позитивные аспекты имиджеориентированной политики, так и факторы, ограничивающие эффективность системы госуправления страны.

Одновекторная многопартийность

Ключевая проблема политической жизни Узбекистана – суперпрезидентская система с жесткой вертикалью власти. Президент и его ближайшее окружение безоговорочно доминируют в принятии основных решений и определяют вектор развития страны. Так же как Ислам Каримов утвердил в свое время «узбекскую модель развития», так и Мирзиёев правят страной в соответствии с собственной «Стратегией развития 2017–2021». При этом ни тогда, ни сейчас эти модели всерьез не обсуждались в парламенте – одобрение депутатов давно превратилось в формальность. И хотя новый президент постоянно говорит, что партии должны активно участвовать в управлении государством, риторика и реальность по-прежнему расходятся.

Сегодня в Узбекистане существует пять партий, каждая из которых имеет своих представителей в парламенте: правящая Либерально-демократическая, Народно-демократическая, социал-демократическая «Адолат» («Справедливость»), демократическая «Миллий тикланиш» («Национальное возрождение») и Экологическая партия. На бумаге система выглядит прекрасно: там и многопартийность, и разнообразие идеологической направленности – от либерал-демократов до зеленых, а победившая на выборах партия выдвигает кандидатуру премьер-министра. Но на деле у партий нет реальной силы, их роль сводится лишь к протокольному оформлению спускаемых сверху решений.

Причина застоя в партийной жизни – отсутствие политической конкуренции. В ограниченном виде она была в Узбекистане только в начале 1990-х. Тогда политическая элита во главе с Каримовым испытывала серьезное давление со стороны националистических партий «Эрк» и «Бирлик» («Свобода» и «Единство»; позднее власти их запретили), а также радикальных религиозных группировок. Пока что единственные в истории Узбекистана конкурентные президентские выборы прошли в 1991 году, когда Каримову противостоял лидер партии «Эрк» Мухаммад Салих.

Жесткий контроль над общественно-политической жизнью и превращение Каримова в безальтернативного руководителя свели роль парламента к нулю. Никакая оппозиция не сформировалась, партии появлялись лишь для того, чтобы система выглядела легитимной в глазах международного сообщества. Они реально не участвовали в борьбе за власть и вообще мало чем отличались друг от друга. Большую роль в их обезличивании сыграл лично Каримов, выдвигая свою кандидатуру на пост президента по очереди то от Народно-демократической партии в 1991-м, то от национал-демократов в 2000-м, то от либерал-демократов в 2007 и 2015 годах.

Сегодня партии – это не часть политической элиты Узбекистана. Они не оказывают никакого влияния на происходящее в высших эшелонах власти. Партиям отведена роль исполнителей решений президента на законодательном уровне. Они и сами не стесняются это признавать. Например, глава социал-демократической партии «Адолат» Нариман Умаров заявлял, что «партия не решает проблемы, а показывает президенту то, что они существуют». Это выглядит особенно странно, учитывая, что формально социал-демократы считаются главной оппозиционной партией.

Как следствие, среди партийного актива нет ярких политиков, способных самостоятельно формировать повестку дня и вести реальную политическую деятельность. Отношения президента с лидерами партий складываются в формате «руководитель – подчиненные». Показательной стала встреча партийного руководства с Мирзиёевым в августе 2019 года. На фотографиях с той встречи в глаза бросается, как лидеры партий записывают за президентом, напоминая назначенных на свои должности чиновников.

Партийная оттепель

Когда Мирзиёев пришел к власти после смерти Каримова в 2016 году, одной из важных составляющих его реформ стала большая открытость власти. Узбекским чиновникам пришлось стать публичными: они комментируют новые решения, разъясняют позицию своих ведомств и даже дискутируют друг с другом о реализации той или иной инициативы.

Ослабление контроля над СМИ дало узбекскому обществу возможность хоть немного включиться в обсуждение текущих проблем. Темы, правда, ограничены только теми, о которых готова говорить сама политическая элита: бытовая коррупция, неэффективность госучреждений и госпредприятий, трудовые мигранты, образование.

Общая тенденция не могла не затронуть и партии, особенно перед парламентскими выборами. Там обновилось руководство, партийные функционеры вышли из информационного затворничества и обозначили свое присутствие в политике через СМИ. Дело дошло даже до теледебатов в прямом эфире, где партии могли представить свои программы и обсудить самые разные вопросы: от сноса зданий и вырубки деревьев до атомных строек и вступления в ЕАЭС.

Также партии стали активны в соцсетях и мессенджерах, привлекли в свои кампании популярных блогеров и музыкантов. Две крупные звезды мирзиёевского правительства – министр народного образования Шерзод Шерматов и министр юстиции Русланбек Давлетов – даже вступили в формально оппозиционные партии (Народно-демократическую и социал-демократическую соответственно).

С апреля 2019 года парламент получил право утверждать министров, одобрять годовой бюджет, а также заслушивать ежеквартальные отчеты правительства. Конечно, все это не означает, что в Узбекистане появился реальный парламентский контроль, пока это напоминает скорее обмен мнениями, но важен сам прецедент – парламент де-юре получил рычаги давления на исполнительную власть.

Неожиданностью во время этой предвыборной кампании стали предложения некоторых партий выдвинуть своих кандидатов на пост премьер-министра. И если раньше это были бы предложения в стиле «один реальный кандидат плюс несколько никому не известных», то теперь кроме действующего премьера Абдуллы Арипова прозвучали имена его первого заместителя Ачилбая Раматова и министра юстиции Русланбека Давлетова.

Руководство страны использовало парламентские выборы для улучшения имиджа режима. И у них это получилось, что подтверждает участие полноценной миссии наблюдателей Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) – впервые в истории страны. Обычно безликие и неинтересные парламентские выборы вдруг стали заметным политическим событием. По крайней мере, избиратели теперь начали узнавать лидеров партий и еще нескольких партийных активистов.

Новые декорации

Очевидно, простая смена декораций не превратила Узбекистан в развитую демократию – неэффективный госаппарат, произвол чиновников, несоблюдение законов никуда не исчезли. В стране так и не появился реальный механизм общественного контроля, хотя о нем постоянно говорят с высоких трибун. Президентские и ведомственные приемные, которыми в первое время пугали всех госслужащих, постепенно увязли в бюрократии. Хоть власти и дали больше свободы СМИ, журналисты по-прежнему сталкиваются с угрозами со стороны чиновников.

Предвыборная кампания показала, что одного ребрендинга мало для повышения эффективности партий. Выступления некоторых из их представителей на дебатах выглядели не лучшим образом. Например, кандидат от Экопартии поддержал идею строительства АЭС в Узбекистане, а его однопартиец предлагал реанимировать проект переброски сибирских рек в Центральную Азию.

У большинства партийных активистов нет опыта публичных выступлений. Из-за того что дебаты шли в прямом эфире, после них кандидатам приходилось отказываться от сказанного или объяснять, что они имели в виду что-то другое. Например, глава формально оппозиционной Народно-демократической партии Улугбек Иноятов вызвал шквал критики, когда заявил, что семья из пяти человек может прожить на 2,5 млн сум в месяц (около $260). Партии пришлось оправдываться, что Иноятов имел в виду только еду.

Партии слишком увлеклись комментариями в СМИ и совсем мало общались с избирателями напрямую. Поэтому с точки зрения узбекского общества, эти выборы ничего принципиально не изменили: места в парламенте, как и раньше, распределены и согласованы заранее, а сами выборы – лишь формально оформили эти договоренности.

Отсутствие серьезного прогресса в демократизации подтверждает и промежуточный отчет Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ: к выборам не допустили независимых кандидатов, баллотироваться можно было только от партий, а создать новую, не представленную в парламенте было крайне сложно.

Соревнования между пропрезидентскими партиями – это еще не показатель реальной либерализации режима. Партии активно критиковали друг друга, но в адрес правительства звучали только осторожные замечания. Независимо от партийной принадлежности политики списывали все проблемы на решения «предыдущих 25 лет», единогласно поддерживали курс нынешнего руководства и даже не пытались ему оппонировать.

От ребрендинга к трансформации

Победу на парламентских выборах традиционно одержали правящие либерал-демократы. Это означает, что действующий премьер Абдулла Арипов, по всей видимости, сохранит свой пост, а сложившийся в политике статус-кво не изменится как минимум до президентских выборов 2021 года.

Власти начали снижать общественные ожидания от нового парламента еще до выборов, когда в ЦИКе заявили, что избрать современный законодательный орган будет возможно только через несколько созывов.

С другой стороны, нельзя сказать, что в Узбекистане существует какая-то организованная политическая оппозиция, которая не представлена в новом составе парламента. Называющие себя настоящей оппозицией зарубежные политики и движения не имеют поддержки среди населения и не способны влиять на происходящее в стране.

Конечно, государственный аппарат при Мирзиёеве стал более открытым, информационное поле заполнено дискуссиями о текущих проблемах, а спрос на политику в СМИ увеличился. Однако природа системы пока не изменилась. Узбекистан остается государством с жесткой властной вертикалью, где отсутствует оппозиция.

Намеки на то, что власти думают об улучшении политической среды, есть, об этом заявлял первый заместитель председателя Сената Садык Сафаев. Однако переход от ребрендинга к реальным изменениям в госуправлении будет зависеть от того, в какой степени новому парламенту позволят воспользоваться своими функциями.

Несмотря на стабильные темпы роста реального ВВП за последнее десятилетие, сокращение бедности в наиболее неблагополучных странах Центральной Азии — Таджикистане и Киргизии — застопорилось, пишет автор американского издания. Так, в Таджикистане, где почти 30 процентов населения живет за чертой бедности, многие молодые люди вынуждены искать работу в России.

Лидеры стран Центральной Азии любят подчеркивать темпы экономического роста как свидетельство своего мудрого правления. И хотя рост ВВП в регионе был впечатляющим в последние годы, эта цифра не отражает всей полноты картины. ВВП как совокупный показатель общего объема производства не учитывает, насколько сбалансированным было развитие, точнее насколько экономический рост содействовал улучшению условий жизни уязвимых слоев населения.

Анализ уровня бедности в двух неблагополучных странах региона — Киргизии и Таджикистане, где темпы роста с 2000 года составляли в среднем чуть менее 5 процентов и около 7,7 процента соответственно, подтверждает эту реальность. По данным Азиатского банка развития, в 2017 году почти 30 процентов населения Таджикистана жили за чертой бедности. В Киргизии этот показатель чуть ниже — 25,6 процента. Для сравнения, Непал, страна со схожей экономической и географической структурой и столь же высокой зависимостью от денежных переводов, имел сопоставимый уровень бедности десять лет назад.

Да, бедность в Киргизии и Таджикистане снизилась. По данным Всемирного банка, уровень бедности в 2002-2009 годах в обеих странах снижался в среднем на 7 процентных пунктов ежегодно. Но с 2009-го снижение уровня бедности замедлилось. Согласно расчетам Всемирного банка, с 2009 года уровень бедности практически не изменился в Киргизии, в то время как в Таджикистане было ежегодное снижение всего на 1 процентный пункт.

Так почему же сокращение бедности застопорилось, если обе экономики развиваются довольно быстрыми темпами?

Одна из причин — отсутствие новых рабочих мест и вялый рост заработной платы. Создание новых и качественно лучших рабочих мест является одним из наиболее действенных методов сокращения бедности. У Душанбе и Бишкека это не очень получается: в общей сложности миллионы граждан этих государств вынуждены уезжать на заработки в Россию.

В Таджикистане, несмотря на 7,2 процента ежегодного экономического роста с 2003 по 2013 год, занятость в тот же период росла только на 2,1 процента в год. Номинальный рост заработной платы в Киргизии резко снизился за последнее десятилетие: согласно официальным данным, рост заработной платы упал с примерно 17 процентов в 2010 году до 4,8 процента в 2018-м. Даже в реальном выражении (учитывая более низкую инфляцию за последние несколько лет) налицо замедление роста заработной платы.

Одной из причин отсутствия новых рабочих мест (и низких темпов роста заработной платы) в обеих странах является раздутый государственный сектор, который вытесняет формальный частный сектор. В отчете Всемирного банка от 2017 года говорится, что только 13 процентов рабочих мест в Таджикистане приходились на формальный частный сектор. Кроме того, коррупция и неблагоприятная бизнес-среда в обоих государствах являются причиной того, что потенциальные предприниматели сталкиваются с серьезными барьерами при входе на рынок и высокими операционными рисками. Душанбе сосредоточен на строительстве самой высокой плотины в мире. Только беднейшим жителям Таджикистана это не приносит никакой пользы.

Фото: РИА Новости, Марина Маковецкая

Стенограмму интервью пресс-служба Кремля опубликовала накануне, 19 июля.

О.Стоун (как переведено): Итак. Я брал интервью у господина Виктора Медведчука. Это было в Монте-Карло, он очень интересное интервью дал, он там поделился своим мнением об Украине. Я полагаю, Вы с ним близки?

В.Путин: Я бы не сказал, что очень близки, но мы знакомы хорошо. Он был руководителем Администрации президента Кучмы, и тогда, в том качестве попросил меня поучаствовать в крещении его дочери. В нашей православной традиции отказываться нельзя.

О.Стоун: Отказаться нельзя? А я думал, что это было большой честью для Вас – стать крёстным отцом его дочери.

В.Путин: Быть крёстным отцом всегда большая честь.

О.Стоун: А скольким детям Вы являетесь крёстным отцом?

В.Путин: Я не буду называть число, но несколько человек.

О.Стоун: Это 100? 300?

В.Путин: Нет, нет, ну что Вы, конечно нет. Единицы.

О.Стоун: В таком случае я попросил бы Вас стать крёстным отцом моей дочери.

В.Путин: Она хочет быть православной?

О.Стоун: Мы сделаем её.

В.Путин: Но надо её спросить.

О.Стоун: Если только она будет состоять в церкви.

В.Путин: Конечно. Сколько ей лет?

О.Стоун: 22 года.

В.Путин: Она имеет отношение к какой-то конфессии?

О.Стоун: Да, она верующая, воспитана в христианской традиции.

В.Путин: Понятно.

О.Стоун: Вы знаете, молодые люди в Америке сейчас немного другие порой.

В.Путин: Молодые люди везде другие.

О.Стоун: Да, они в некотором смысле испорчены.

В.Путин: Как сказать. Старшее поколение всегда так говорит о молодом поколении.

О.Стоун: Да, я знаю. Это правда. То, что происходит в американской культуре сейчас, это очень странно.

В.Путин: А есть американская культура?

О.Стоун: Как Вы знаете, я всегда был бунтовщиком и по-прежнему им являюсь. Должен сказать, что шокирован тем, как мыслит молодое поколение. Они очень многое принимают как должное. Мышление, парадигма, очень много комментариев на телевидении – всё посвящено гендеру, полу. Люди постоянно сейчас идентифицируют себя по-разному в социальных сетях: «я – тот», «я – тот», «я – трансгендер» или «цисгендер» – и непонятно вообще, что происходит. Очень много сейчас на этом зациклено.

В.Путин: Слишком хорошо живут. Нечем заниматься.

О.Стоун: Но это нездоровая культура.

В.Путин: Да

О.Стоун: Несколько лет назад, когда мы с Вами говорили о гомосексуальности, Вы сказали, что в России это не пропагандируется.

В.Путин: Не совсем так. У нас принят закон, запрещающий пропаганду среди несовершеннолетних.

О.Стоун: Да, об этом я говорю. Я полагаю, что это разумный закон.

В.Путин: Это направлено на то, чтобы дать возможность человеку достичь зрелости и потом самому принимать решение о том, кто он такой, как он хочет жить. И после этого нет никаких ограничений.

О.Стоун: Господином Медведчуком был предложен план относительно того, каким образом можно было бы разрешить напряжённость между востоком и западом на Украине. Вам известно об этом плане?

В.Путин: Я скажу честно, мы не так часто с ним общаемся. У него больше свободного времени, чем у меня. Но время от времени мы встречаемся, особенно в связи с его работой в направлении освобождения удерживаемых лиц. Он посвящает этому много времени.

Он говорил мне что-то и о своих планах, касающихся Донбасса. Но я не знаю его деталей. Во всяком случае, мне кажется абсолютно правильным, что он призывает вести прямой диалог с людьми, которые живут в Донбассе. Потому что нет ни одного примера в новейшей истории, когда были бы урегулированы кризисные ситуации без прямого контакта между конфликтующими сторонами.

Так, как он говорит, он считает необходимым полностью выполнить минские соглашения, с чем я тоже не могу не согласиться. Поэтому эти элементы его предложений мне, конечно, известны. Он об этом говорит публично, я с этим согласен.

О.Стоун: У них новый президент теперь. Что-то на Украине изменилось или по-прежнему всё так, как было?

В.Путин: Пока нет. Ведь то голосование, которое прошло, было явно протестным голосованием. Достаточно много людей вновь избранного президента поддержали в центральных районах Украины, на востоке, на юге. А это всё люди, которые действительно искренне стремятся и желают, во всяком случае, урегулирования. Поэтому и вновь избранный президент господин Зеленский в ходе избирательной кампании постоянно говорил о том, что готов сделать всё для урегулирования этой кризисной ситуации. Но буквально вчера, будучи, по-моему, в Париже, он вдруг заявил, что не считает возможным вести переговоры, как он сказал, с сепаратистами. Это явно противоречит тому, что он говорил в ходе избирательной кампании.

О.Стоун: То есть никаких изменений?

В.Путин: На сегодняшний день пока, к сожалению, нет.

О.Стоун: Я помню, что Вы говорили об Украине, о России. Как Вы считаете, есть ли какие-то причины, объясняющие эту ненависть на Украине по отношению к России?

В.Путин: Вы знаете, отношения на сегодняшний день непростые, это спровоцировано вот этими тяжёлыми событиями, связанными с госпереворотом.

И вторая часть этой истории – это пропаганда действующих властей на сегодняшней Украине, которые выставляют Россию виновницей всех последовавших за этим трагических событий.

О.Стоун: В исторической перспективе Вы можете себе представить, чтобы две эти страны – Украина и Россия – вновь сошлись вместе?

В.Путин: Я думаю, что это неизбежно. Во всяком случае, неизбежно строительство нормальных, дружеских, я бы даже сказал, более чем дружеских, союзнических отношений.

О.Стоун: Господин Медведчук мог бы сыграть хорошую роль связного лица.

В.Путин: Думаю, да. Но у нас во многом разные позиции, разные точки зрения. Ведь господин Медведчук родился в семье человека, который был осуждён во времена Советского Союза за, как говорили, националистическую деятельность. Он же родился в Сибири, где его семья, отец находились, по сути, что называется, в изгнании.

О.Стоун: А какова связь?

В.Путин: Связь между чем и чем?

О.Стоун: Этой историей и моим вопросом.

В.Путин: Связь заключается в том, что у него свои представления об Украине, об украинском народе. Я, например, считаю, что русские и украинцы – это вообще один народ.

О.Стоун: Две нации, но один народ.

В.Путин: По сути, это одна нация.

О.Стоун: Одна нация?

В.Путин: Конечно. Смотрите, ведь когда эти земли, которые являются ядром Украины, присоединялись к России, это всего три области были: Киев, Киевская область, северные области и южные. Никто не считал себя чем-то другим, кроме как русскими. Потому что в основе лежало что? Религиозная принадлежность. Все были православными и называли себя русскими. И они не хотели быть частью католического мира, куда их «подтаскивала» Польша.

Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что со временем идентичность этой части России как-то определилась, и люди имеют на это право. Это позднее начало использоваться для раскачки самой Российской империи. Но в основе своей и по истории, и по той же религии, по огромному количеству связей, причём близких родственных связей, – это, по сути, один мир, по традициям, очень многому.

Но при этом если часть людей, значительная часть, которые проживают на Украине сегодня, считают, что они должны подчёркивать свою идентичность, бороться за это, у нас, в России, никто против этого ничего не имеет, и я тоже. Но просто мы, имея в виду, что у нас много общего, можем использовать это как конкурентные преимущества при определённых интеграционных процессах, это совершенно очевидный факт. Но сегодняшние власти этого явно не хотят. Но я думаю, что здравый смысл восторжествует в конце концов. И в конечном итоге всё-таки мы придём к состоянию, о котором я сказал: сближение неизбежно.

О.Стоун: Я думаю, что господин Медведчук не согласился бы. Он сказал бы, что две нации.

В.Путин: Он с этим и не соглашается. Я и говорю.

О.Стоун: Я говорю, он с этим не согласен.

В.Путин: Да, конечно. Я и говорю, что у нас в некоторых вещах, причём существенных, разные позиции. Но в то же время он выступает за то, чтобы были налажены хорошие отношения с Россией, чтобы мы использовали эти конкурентные преимущества в экономике. Он показывает, как на сегодняшний день разрушена экономика Украины в связи с тем, что она потеряла российский рынок и потеряла самое главное – кооперацию в промышленности. Промышленные товары Украины на западных рынках никому не нужны. Да и сельхозпроизводство – тоже ограниченное количество товаров, которые покупают. Круглый лес нужен, но скоро леса вообще на Украине не останется. Это же не сибирские просторы.

Скажем, в Европе часто связывают некоторые шаги навстречу Украине, до недавнего времени, во всяком случае, с тем, чтобы, например, так они разрешили поставку круглого леса. Это только один пример. На самом деле их гораздо больше.

О.Стоун: Кто-то мне сегодня сказал, что партия господина Медведчука набирает 12 процентов по опросам. Иными словами, он набирает сторонников.

В.Путин: Если так, хорошо. Я, честно говоря, этого не знаю. Но если так, это хорошо.

Если так, то это мы можем только приветствовать именно в силу того, что он и его партнёры по партии выступают за восстановление отношений с Россией. Разве мы можем этого не приветствовать? Конечно, мы приветствуем. Я знаю его уже давно, он человек слова. Если он что-то говорит, он это делает.

О.Стоун: Он очень мужественный человек. Он всё время находится под угрозой, но при этом он выстоял и остаётся в стране, никуда не уезжает.

В.Путин: Да, правда, потому что у него есть убеждения.

Вот я говорил про то, что его отец был украинским националистом, был осуждён советским судом за это. Но основатели, многие из основателей украинского национализма, как это ни странно звучит, выступали за хорошие отношения с Россией, потому что говорили, что нужно иметь добрые отношения, чтобы обеспечить хорошее развитие самой страны, Украины.

О.Стоун: А когда это было?

В.Путин: Это было в XIX веке.

Они выступали за независимость Украины, но при этом говорили о том, что Украина при этом должна сохранить добрые, хорошие отношения с Россией. Примерно таких же мыслей придерживается и господин Медведчук. У него есть убеждения, в этом всё дело. Я, допустим, могу с чем-то не соглашаться, но это не может не вызывать уважения.

О.Стоун: Когда я слышу слова «украинский национализм», я сразу же чувствую обеспокоенность, потому что я сразу думаю о Бандере и о других.

В.Путин: И я тоже.

О.Стоун: Украинский национализм опасен.

В.Путин: Вообще национализм – это признак ограниченности. Но я не хочу обидеть Виктора Владимировича Медведчука.

О.Стоун: Это слова.

В.Путин: Да, но, во всяком случае, он относится к такой категории людей, которая выступает за независимость, за укрепление независимой Украины, но в то же время считает, что этого эффективнее добиваться путём развития сотрудничества с Россией. И я думаю, что он в значительной степени прав.

О.Стоун: Да, совершенно ясно.

Вы говорили о coup d’Etat [государственном перевороте]. Проводились дополнительные исследования. Исследования показали, что были снайперы, стрелки на майдане. Криминалистическая экспертиза изучила угол стрельбы, тела протестующих. И тогда расследование почти не проводилось. Но говорят, что были стрелки из Грузии. Вы что-то слышали ещё с российской стороны?

В.Путин: Нет. Я знаю о том, о чём Вы сказали. Знаю о том, что действовавшие тогда власти во главе с президентом Януковичем не использовали армию и не были заинтересованы в том, чтобы давать хоть какой-то повод для действий силового характера со стороны оппозиции. И, как мне неоднократно говорил господин Янукович, у него даже в голове не укладывалось применить силу и вооружённые силы против гражданского населения, даже против тех людей, которые уже взяли в руки оружие. Я полностью исключаю, что это он мог сделать. А вот те, кто искал повод для госпереворота, – те, конечно, вполне могли.

О.Стоун: Вы говорили мне о телефонном разговоре с президентом Обамой о том, что вы договорились, что не будет никакой стрельбы, и что он обещал Вам, что он добьётся этого.

В.Путин: Вы знаете, Обама уже не президент, но тем не менее есть определённые вещи, о которых мы публично не говорим. Во всяком случае, могу так сказать, что наши договорённости, которые были достигнуты в этом телефонном разговоре, с американской стороны не были исполнены. Я бы на этом ограничился, не стал бы в детали вдаваться.

О.Стоун: В последнее время Россию постоянно обвиняют во вмешательстве в выборы в 2016 году. Насколько я знаю, никаких доказательств нет, они так и не были продемонстрированы. Но в Штатах сейчас есть даже расследование о вмешательстве Украины в выборы. Это какая-то очень непонятная ситуация, оказывается, Порошенко вроде как выступал против Трампа и за Клинтон.

В.Путин: Да, здесь секрета никакого нет.

О.Стоун: Вы думаете, было вмешательство со стороны Украины?

В.Путин: Я не думаю, что это можно трактовать как вмешательство со стороны украинского государства. Но точно совершенно, что украинские олигархи передавали деньги оппонентам Трампа. Делали они это самостоятельно либо с ведома властей – я не знаю.

О.Стоун: Они давали какую-то информацию для кампании Клинтон?

В.Путин: Я не знаю этого. Честно говорю. Не буду говорить того, чего не знаю. У меня своих проблем хватает. Они исходили из того, что госпожа Клинтон победит, и всё делали для того, чтобы продемонстрировать свою лояльность будущим американским властям. Здесь ничего такого особенного нет. Пытались создать уже благоприятное о себе мнение у будущего президента. Поэтому они позволяли себе нелицеприятные выражения в отношении Трампа, всячески поддерживая демократов. Здесь секрета никакого нет, они почти публично действовали.

О.Стоун: Вы не хотите больше вдаваться в детали? У Вас больше нет информации?

В.Путин: Вы знаете, это было бы с моей стороны некорректно. Если бы я сейчас сказал что-то более конкретное, я должен был бы положить на стол какие-то документы, бумаги.

О.Стоун: Да, но Вы понимаете, что это имело бы и колоссальные последствия, потому что господин Трамп был бы Вам очень признателен.

В.Путин: Я и тогда не вмешивался, и сейчас не хочу вмешиваться, и в будущем не собираюсь вмешиваться.

О.Стоун: Это благородный мотив. Но, к сожалению, за последние два года мир стал куда худшим местом. Постоянно бросаются обвинения в лицо, используются грязные правила игры.

В.Путин: Вообще без правил, бои без правил.

О.Стоун: У Вас есть правило, Вы говорите: никакого вмешательства.

В.Путин: У меня есть принципы.

О.Стоун: Да, но я так понимаю, что на этих принципах основаны правила.

В.Путин: Ну хорошо, да.

О.Стоун: То есть Вы сейчас ведёте борьбу, и одна Ваша рука связана за спиной.

В.Путин: Почему? Вот этими принципами, что ли?

О.Стоун: Да. Если бы Вы знали что-то о выборах, это могло бы, например, изменить равновесие в какую-то сторону очень сильно.

В.Путин: Я думаю, что это просто нереалистично. Я уже много раз по этому поводу говорил.

О.Стоун: Что нереалистично?

В.Путин: Менять что-то. Если Вы опять хотите вернуться к выборам в США. Слушайте, это огромная страна, огромный народ со своими собственными проблемами, со своими представлениями о том, что такое хорошо, что такое плохо, с пониманием того, что для среднего класса за предыдущие несколько лет, десять лет, допустим, при огромном росте благосостояния правящего класса и богатых людей для среднего класса ничего не поменялось в лучшую сторону. И именно это обстоятельство поняли те, кто вёл предвыборную кампанию господина Трампа, и он сам понял, и он отработал на этой площадке.

И какие бы наши блогеры, я не знаю, кто там работает в интернете, как бы ни высказывали свою точку зрения по поводу ситуации в США, это не могло сыграть ключевой решающей роли, это чушь собачья.

Но наши симпатии были на его стороне, потому что он говорил о том, что хочет восстановить нормальные отношения с Россией. Чего здесь плохого? И конечно, мы не могли не приветствовать такой позиции.

О.Стоун: Например, кампания Клинтон собирала всевозможную информацию, вот это «Досье Стила». Затем они собирали поддержку со стороны спецслужб. Джеймс Коми, Джон Бреннан, Джеймс Клеппер – все они, казалось бы, были вовлечены.

В.Путин: В их руках был административный ресурс, здесь ничего такого нет. Они использовали этот административный ресурс. Он всегда даёт преимущество в таких странах, как США, некоторых странах Западной Европы, где-то в среднем два процента как минимум.

О.Стоун: Два процента?

В.Путин: Да. Это мнение экспертов о том, что те, кто обладают административным ресурсом, у них всегда есть фора в два процента.

Можно по-разному оценивать. Некоторые эксперты считают, что в разных странах по-разному, но в таких странах, как США, некоторых странах Европы по два процента. Это эксперты, они могут ошибаться.

О.Стоун: Я слышал об одном проценте. Мне кажется, что вообще двенадцать может быть.

В.Путин: Может быть, смотря как использовать.

О.Стоун: Но Вы не опровергаете это? Вы не опровергаете то, что, возможно, в самом деле была попытка помешать Дональду Трампу стать президентом, провести своеобразный «мягкий» государственный переворот.

В.Путин: В США?

О.Стоун: Да.

В.Путин: Так это до сих пор происходит.

О.Стоун: Государственный переворот планируется людьми, у которых есть власть.

В.Путин: Нет, я не это имею в виду. Я имею в виду неуважение к решению избирателей. Это, по-моему, впервые произошло в истории Штатов.

О.Стоун: Что впервые произошло?

В.Путин: Произошла впервые ситуация, при которой проигравшая сторона не хочет признавать своего поражения и не уважает в этой связи выбор избирателей.

О.Стоун: Не соглашусь. Я бы сказал, что такое уже происходило, например в 2000 году, когда республиканцы потерпели поражение, в частности потеряли Флориду. Но они отказались признать это и в итоге провели своеобразный «мягкий» государственный переворот и Буша привели к власти.

В.Путин: Но это всё-таки было решение суда, насколько я помню.

О.Стоун: Это было немножко не так. Там было голосование, и начались своеобразные беспорядки. Республиканские избиратели бросились на участки в Майами в одном из округов и помешали проведению голосования. Это, конечно, было не как русская революция, но тем не менее это такое серьёзное событие. И это изменило динамику, я помню. И затем уже это было передано на рассмотрение в Верховный суд.

В январе 2017 года, практически накануне инаугурации президента Трампа, разведывательные агентства опубликовали информацию, которая фактически говорила о том, что они подозревают Трампа в сговоре с Россией, и тогда у коллегии выборщиков ещё была возможность обратить вспять решение и убрать господина Трампа с его поста, что фактически было бы равносильно перевороту.

В.Путин: Это называется бессовестное, в данном случае, использование административного ресурса.

О.Стоун: Похоже, что это случается куда чаще, нежели мы знаем о том.

Я не видел Вас с тех пор, как произошли события в Керченском проливе. Какие-то комментарии по этому вопросу у Вас будут?

В.Путин: У меня нет, мы уже много раз об этом сказали. Бывший президент господин Порошенко устроил эту провокацию специально в ходе предвыборной кампании. Он знал, что его на востоке, на юге страны не поддержат избиратели. Он использовал эту провокацию для нагнетания обстановки, а потом введения там особого положения. У меня есть основания полагать, что он хотел вообще ввести особое положение по всей стране, а может быть, отложить выборы в этой связи. В общем, хотелось во что бы то ни стало удержать власть, и он искал любые средства для того, чтобы эту идею реализовать. Элемент агонии правящего режима.

Сейчас, недавно, по-моему, новый начальник генерального штаба украинской армии сделал заявление, согласно которому всё это примерно так и трактуется, может быть, в более мягких выражениях.

О.Стоун: Кто это был?

В.Путин: Начальник генерального штаба украинской армии.

О.Стоун: Но за Порошенко стояла тень Соединённых Штатов, они знали, что он делает, и поддерживали его.

В.Путин: Конечно.

О.Стоун: Они поддерживали эту стратегию нагнетания напряжённости, и это меня очень беспокоит, потому что это может произойти во многих местах. Я, мне кажется, в понедельник читал о том, что российские самолёты Су-57 сопровождали, кажется, бомбардировщик Б-52.

В.Путин: Су-57 у нас только сейчас поступает на вооружение, это самолёты пятого поколения, а речь шла о Су-27.

О.Стоун: Вам кажется это нормальным?

В.Путин: В принципе, это печально, может быть, но это обычная практика. Американские самолёты не заходили в наше воздушное пространство, а наши самолёты не совершали опасных манёвров.

Но вообще-то это не очень хорошо. Посмотрите, где находится Балтийское море или Чёрное море и где находятся Соединённые Штаты. Не мы прилетели к американским границам, а американские самолёты прилетели к нашим границам. Лучше бы, конечно, такие практики прекратить.

О.Стоун: В русле этой же стратегии нагнетания напряжённости. На прошлой неделе я читал заметку в «Нью-Йорк Таймс», где говорилось, что, прежде чем уйти со своих постов, администрация Обамы поместила какое-то устройство ведения кибервойны в российскую инфраструктуру. Это было в январе 2017 года.

В.Путин: Об этом практически чуть ли не вслух говорится. Говорилось о том, что Россия будет наказана за вмешательство в предвыборную кампанию. Поэтому здесь ничего необычного, неожиданного для нас нет. Надо внимательно за этим следить. Это первое.

И второе. На мой взгляд, надо просто договариваться, как нам жить в современном высокотехнологичном мире, выработать какие-то единые правила и способы контроля за поведением друг друга. Мы неоднократно предлагали провести переговоры на эту тему и прийти к каким-то соглашениям, обязывающим соглашениям.

О.Стоун: Продолжая, опять же, говорить об этой стратегии нагнетания напряжённости, как на Россию влияет конфронтация между США и Ираном?

В.Путин: Нас это очень беспокоит. Потому что вблизи наших границ это происходит. Это может дестабилизировать ситуацию вокруг Ирана, затронуть некоторые страны, с которыми у нас очень тесные, близкие отношения, вызвать дополнительные волны беженцев в большом количестве, может нанести существенный ущерб мировой экономике и мировой энергетике. Всё это не может не беспокоить. Поэтому мы приветствовали бы любое движение вперёд навстречу друг другу между США и Ираном. Простое нагнетание обстановки никому на пользу не пойдёт. Мне кажется, и самим Соединённым Штатам. Это только на первый взгляд будут одни плюсы, но будут и минусы. Надо посчитать, сколько плюсов, сколько минусов.

О.Стоун: Страшно.

В.Путин: Нет, не страшно.

О.Стоун: Кажется, что Вы в куда худшем настроении, нежели когда мы в прошлый раз с Вами говорили?

В.Путин: В прошлый раз не было такой ситуации вокруг Ирана. В прошлый раз никто не говорил, что кто-то залез в наши энергетические и другие сети. В прошлый раз ситуация всё-таки развивалась положительно.

О.Стоун: То есть сейчас ситуация хуже?

В.Путин: Смотрите, Северная Корея тоже немножко откатилась назад, торговые войны разворачиваются.

О.Стоун: Венесуэла.

В.Путин: Венесуэла тоже. То есть ситуация, к сожалению, лучше не стала, поэтому радоваться особенно нечему.

С другой стороны, мы чувствуем себя спокойно, уверенно. У нас проблем нет.

О.Стоун: Вы оптимист и всегда им были.

В.Путин: Точно.

О.Стоун: И Вы миротворец.

В.Путин: Абсолютно точно.

О.Стоун: Конечно, нужно объединяться с США, с китайцами, с иранцами.

В.Путин: Только не говорите, что мы в этом виноваты. А то в последнее время что ни происходит – всё мы виноваты.

О.Стоун: Ирония заключается в том, что президент Трамп в ходе предвыборной кампании говорил, что против вмешательства в дела третьих стран. И он был против войн. Но проблема в том, что сейчас становится всё только хуже, и начинаешь задаваться вопросом: президент ли Трамп принимает решения или кто-то ещё?

В.Путин: Я думаю, что он и сейчас против. Но жизнь сложна и многообразна. Для того, чтобы принять верное решение, нужно, конечно, бороться за свою точку зрения.

О.Стоун: Да, убеждения.

Это четвёртый Ваш срок. Вы не устали?

В.Путин: Нет. Если бы я устал, я бы не пошёл на четвёртый.

О.Стоун: Можем мы прерваться ненадолго? Я спрошу у продюсера, хочет ли он задать ещё вопросы по Украине.

В.Путин: У продюсера всё время нужно что-то спрашивать – директор есть директор, он самый главный.

О.Стоун: Спасибо.

Мне кажется, всё.

В.Путин: Хорошо. Закончили?

О.Стоун: Спасибо.

В.Путин: Вы назад, в Штаты?

О.Стоун: Я очень беспокоюсь о Вас.

В.Путин: Почему?

О.Стоун: Я вижу, сколько проблем, которые не могут не угнетать Вас. Это просто грустно. Непростая ситуация.

В.Путин: Ничего страшного. Бывало и хуже.

О.Стоун: Российские бомбардировщики в Сирии…

Что случилось со Скрипалём? Где он?

В.Путин: Понятия не имею. Он же шпион, он всё время прячется.

О.Стоун: Говорили, что он вернётся в Россию, что у него была какая-то информация.

В.Путин: Да, мне говорили, что он хочет написать бумагу, попроситься вернуться.

О.Стоун: Говорили, что он собирался вернуться сюда и какую-то информацию предоставить прессе.

В.Путин: Сомневаюсь. Он уже вышел из обоймы. Какая у него могла быть информация?

О.Стоун: Кто же его отравил? Говорят, что это могли сделать британские спецслужбы, потому что не хотели, чтобы он вернулся в Россию.

В.Путин: Я, честно говоря, не очень в это верю. Я не верю.

О.Стоун: Но это было бы логично. Вы не согласны?

В.Путин: Если бы хотели отравить, отравили бы.

О.Стоун: Но кто же тогда это сделал?

В.Путин: Это же, в принципе, в современных условиях несложно сделать. Конечно. Там, я не знаю, миллиграмма хватает. Но если он находился в их руках, это вообще не представляет никакой сложности. Нет, здесь что-то не так. Может быть, просто скандал нужен был.

О.Стоун: Я думаю, всё гораздо сложнее. Вы знаете, я верю в теорию заговора.

В.Путин: Я не верю.

О.Стоун: А я верю.

В.Путин: Не надо. Берегите себя.

О.Стоун: Можно сфотографироваться?

Реплика: Это большая честь для нас. Можно сделать фотографию с Вами?

В.Путин: С удовольствием.

<…>

Источник: kremlin.ru

Фото пресс-службы

Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили, видимо, собирается «очистить от коррупции» все страны СНГ. На это раз его посланцы отправляются в Молдову. Премьер-министр Майя Санду сообщила в интервью порталу Cotidianu, что с экспертами Саакашвили уже ведутся переговоры. Есть, правда, одно но: консультации и иные действия Молдове надо оплатить, а денег пока нет. Так что молдавские власти пока ждут кредитов из-за рубежа.

Надо сказать, что Кишинёв однажды уже приглашал Саакашвили «для выработки конкретных реформ и антикоррупционных мер». Было это в 2015 году. Предполагалось, что группа экспертов во главе с бывшим президентом Грузии, а на тот момент консультантом президента Украины по реформам, прибудет в Молдову и на месте ознакомится с ситуацией. Но отставка тогдашнего премьер-министра Габурича в том же году помешала довести эту затею до конца.

Одной из основных тем Восьмой Российско-Киргизской межрегиональной конференции «Новые горизонты стратегического партнерства и интеграции», которая состоится в Бишкеке 27–28 марта, станет торгово-экономическое сотрудничество и промышленная кооперация в рамках ЕАЭС. Перспективы роста торговли и будущее партнерских отношений России и Киргизии по этому направлению будут обсуждены в рамках мероприятий деловой программы конференции.

«Киргизии отводится важное место во внешней и внешнеэкономической политике Российской Федерации. Эта страна является нашим давним партнером, в том числе и в рамках импортно-экспортной линии. Мы видим стабильный рост по многим показателям. Обе страны являются членами четырех межгосударственных организаций, в той или иной мере носящих интеграционный характер в экономической, политической и военной областях, — СНГ, Евразийского экономического сообщества, оборонного союза шести стран СНГ — Договора о коллективной безопасности (РФ, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Армении), а также Шанхайской организации сотрудничества. Во всех указанных международных организациях Киргизская Республика выступает как один из наиболее активных и инициативных членов, что находит заслуженно высокую оценку со стороны Москвы. Убежден, что встречи в формате межрегиональной конференции позволят поддерживать диалог и наше партнерство на таком же высоком уровне», — отметил советник Президента Российской Федерации Антон Кобяков.

По данным Российского экспортного центра товарооборот между Россией и Киргизией в 2018 году вырос на 17%. Объем взаимной торговли достиг почти 1,9 млрд долл. США, при этом основную долю здесь занимает экспорт — 1,6 млрд долл. США. Общий рост обусловлен как увеличением российского экспорта, так и импорта: за прошедший год экспорт вырос на 16,9%, а импорт увеличился на 17,1%.

«За последние два года отрицательная динамика роста стала положительной, и мы намерены сохранить такие темпы двустороннего товарооборота», — рассказал Андрей Слепнев, генеральный директор АО «Российский экспортный центр».

Статистика запросов РЭЦ от российских компаний по выходу на киргизский рынок показывает, что со стороны российских экспортеров стал заметен растущий интерес к выводу на рынок Киргизии собственных конкурентоспособных продуктов. Российско-киргизское сотрудничество сегодня развивается по ряду направлений — товары АПК, лесопромышленного комплекса, металлопродукция.

Для преодоления сложностей выхода на рынок группа компаний Российского экспортного центра предоставляет экспортно ориентированным компаниям целый ряд мер государственной поддержки в области финансовых и нефинансовых услуг, включая вопросы по финансированию сделки с помощью продуктов ЭКСАР и Росэксимбанка.

В перспективе во всех зарубежных торгпредствах России, в том числе в Киргизии, появятся эксперты РЭЦ. Их главной задачей станет создание прочного канала связи между российскими производителями товаров и услуг с одной стороны и иностранными покупателями — с другой. Новая система начинает действовать в соответствии с федеральным проектом «Системные меры развития международной кооперации и экспорта». Его реализует Российский экспортный центр.

«Системные меры» — часть более крупного национального проекта «Международная кооперация и экспорт». Его главная задача — к 2024 году вдвое увеличить объем российского экспорта несырьевых неэнергетических товаров и услуг: до 250 млрд долл. США и 100 млрд долл. США соответственно. Эти цели содержались в майских указах Президента России от 2018 года, который обозначил приоритеты четвертого президентского срока Владимира Путина.

«Объединение инфраструктуры и экспертизы РЭЦ с торгпредствами — только часть целого комплекса мер. Все они должны создать среду, которая могла бы вовлечь в экспортную деятельность как можно больше компаний, предприятий и представителей бизнеса. Мы хотим показать, что заниматься экспортом — это выгодно, легко и нестрашно», — объяснил Андрей Слепнев.

Центральным событием деловой программы Восьмой Российско-Киргизской межрегиональной конференции станет пленарное заседание с участием Министра экономического развития Российской Федерации Максима Орешкина и Министра экономики Киргизской Республики Олега Панкратова. По итогам пленарного заседания состоится подписание двусторонних соглашений и меморандумов о сотрудничестве и экономической интеграции между Россией и Киргизией.

Ожидается, что в мероприятии примут участие восемьсот делегатов. Среди них — высокопоставленные должностные лица России и Киргизии, представители деловых кругов, общественные деятели, эксперты и лидеры мнений.

Организаторами Восьмой Российско-Киргизской межрегиональной конференции «Новые горизонты стратегического партнерства и интеграции» выступают Минэкономразвития России и Минэкономики Киргизии при поддержке Фонда Росконгресс. Мероприятие приурочено к государственному визиту Президента Российской Федерации В.В.Путина.

В отличие от Назарбаева на Путина вряд ли сильно повлиял узбекский опыт, когда смерть Ислама Каримова и дальнейший дележ власти плохо закончились для семьи президента. Много ли оставит после себя Путин из того, что потребует защиты? Представляется, что его первая забота вовсе не семья или семейный бизнес, а проблемы иного измерения – что будет с Крымом, присутствием России в Сирии и способностью страны отстаивать свой суверенитет, выдерживать конфронтацию с США и НАТО.

Новость об отставке Нурсултана Назарбаева заставила Россию обсуждать не столько судьбу Казахстана, ближайшего геополитического союзника, сколько будущее Владимира Путина. Тем более, что вариант с досрочным уходом на пост главы Совета безопасности не раз всплывал и в российских дискуссиях о транзите. Среди других разновидностей этого сценария – переход на пост главы Госсовета или еще какого-то коллегиального органа, который позволил бы сохранить функции стратегического и геополитического управления, а также обеспечил бы право вето на решения преемника. Казахстанский эксперимент действительно задает определенную логику рассуждениям о будущем Путина, но совсем в другом контексте.

Кто кого обогнал 

Определенное формальное сходство между казахстанским и будущим российским транзитом, конечно, есть. Назарбаев ушел, но остается. Он возглавил Совет безопасности с полномочиями, которые ставят его выше президента и правительства, сохранил за собой лидерство в партии власти и формализовал статус елбасы  – лидера нации.

В такой ситуации можно спокойно отойти от рутины, сбавить темп работы, гарантируя при этом безопасность себе и семье, а также застраховаться от ошибок преемника. Даже если новый президент Токаев не справится или попросту подведет, ему на смену придет дочь Дарига, ставшая спикером Сената, вторым человеком в иерархии. Страховочный механизм, как назвали его наблюдатели. Разве не об этом мечтает Путин?

Однако у казахстанского эксперимента есть несколько особенностей, которые делают его не самым привлекательным для российского лидера.

Многие ассоциируют Путина с Назарбаевым, но вряд ли это делает сам Путин. Он на 12 лет моложе Назарбаева и, скорее всего, видит в своем казахстанском коллеге Бориса Ельцина – первого постсоветского лидера России, которой тоже добровольно ушел в отставку и передал власть заранее подобранному преемнику. Так что в этом смысле не Казахстан обогнал Россию в деле транзита, а Россия, причем много лет назад.

Владимир Путин уже несколько лет как перестал быть отцом нации. В 2017 году ходили слухи, что президент будет переизбираться в образе «мудрого дедушки», опытного политика, который продолжит по-отечески бережно заботиться о народе. Но это не сработало, и, скорее всего, вовсе не потому, что идея плохая, а просто Путин банально не ощущает себя «отцом нации».

У российского лидера совсем иная психология. Можно долго спорить о путинизации системы, но он менеджер, геополитический предприниматель, авантюрист, а никак не отец нации – в противном случае ему пришлось бы гораздо больше работать над тем, чтобы сохранять и лелеять близость к народу. Путин же не только дистанцировался и охладел к людским проблемам, но откровенно страдает от народного непонимания и разницы повесток.

Он оторвался не только от народа, но даже от российских элит, слившись с государством как бессубъектной машиной, чье самосохранение и экспансия в его понимании обеспечивают благополучие и первых, и вторых. В этом плане формальное сходство с Казахстаном никак не отменяет того, что по содержанию Путин занимает в системе политических координат совсем другое место, чем Назарбаев.

Крым вместо семьи

Еще одно важное отличие опыта Казахстана в том, что у российского лидера нет необходимого атрибута этой модели – семьи. Дарига Назарбаева возглавила Сенат и в случае чего подстрахует транзит, заняв пост президента. У Назарбаева три дочери, восемь внуков и пять правнуков – большая семья, которая глубоко встроена в систему распределения власти и общественных благ.

Владимир Путин в России – одинокий волк, легко развелся и женился на России, как несколько раз пытался убедить нас Дмитрий Песков. О его дочерях пишут только оппозиционные и западные СМИ, но в российской политической жизни их нет. Поэтому у Путина нет и не может быть подобной страховки, которая к тому же уместна скорее в традиционных, чем в современных обществах.

Главная загвоздка путинского транзита заключается в том, что российский президент вообще не сможет получить стопроцентных гарантий безопасности и преемственности без радикальной переделки политической системы под себя в духе восточных традиционных обществ. Поэтому вряд ли он к этому стремится. Пойти по такому пути – значит сделать ставку на бессрочное продление путинского режима под себя, но не факт, что президент хочет именно этого.

Поэтому в отличие от Назарбаева на Путина вряд ли сильно повлиял узбекский опыт, когда смерть Ислама Каримова и дальнейший дележ власти плохо закончились для семьи президента. Много ли оставит после себя Путин из того, что потребует защиты? Представляется, что его первая забота вовсе не семья или семейный бизнес, а проблемы иного измерения – что будет с Крымом, присутствием России в Сирии и способностью страны отстаивать свой суверенитет, выдерживать конфронтацию с США и НАТО. Нельзя недооценивать самосакрализацию Путиным своей роли в истории, что неизбежно подразумевает готовность жертвовать земным.

Если Путин захочет остаться, ему будет достаточно убрать ограничение в два срока, и никаких громоздких, корежащих систему госуправления реформ не потребуется (особенно с учетом того, что такие реформы не учитывают конечность самого «отца нации»). Если же он захочет уйти, а очень часто именно об этом неофициально говорят, то при наличии лояльного окружения он найдет себе место в системе, пусть и адаптированное под новый статус. Конституционные реформы неизбежны, но Путин всегда очень осторожно подходил к правке Основного закона. Поэтому даже если перераспределение власти действительно планируется, вряд ли оно будет особенно радикальным.

Ненужная страховка

Кремль, безусловно, будет внимательно наблюдать за казахстанским экспериментом и учиться, но не столько с точки зрения успешности транзита для самого Назарбаева, сколько анализируя поведение элит: как в новую конфигурацию впишутся силовики, как бизнес-элиты будут выстраивать отношения с новым президентом, как транзит скажется на партии власти и какой будет динамика настроений в обществе.

Решение Назарбаева также может затормозить реализацию транзита в России – слишком активным и повсеместным оказалось обсуждение путинского ухода. Возникает соблазн погасить волну, поэтому в ближайшее время могут появиться сигналы, что Путин намерен оставаться у власти как можно дольше и даже готов снять ограничение по срокам. Такие сигналы пойдут вовсе не потому, что это станет опорным сценарием, а просто чтобы сбить ожидание приближающегося транзита.

Если судить по тому, что говорил Путин в последние годы, не остается сомнений, что в его видении российский режим, система прекрасно работают и без его ежедневного вмешательства. Это у внешних наблюдателей популярна схема «ручного управления», замкнутости всего и вся на президента. Но Путин неоднократно давал понять, что видит ситуацию иначе: есть сильная президентская власть, необходимая для такой страны, как Россия, есть конструктивная и зрелая оппозиция, политически ответственная элита и так далее. Не похоже, чтобы Путин сильно боялся, что в случае его ухода все рухнет. А значит, и перестраховываться через радикальные реформы ему незачем.

Основное внимание российского президента будет сфокусировано не столько на системе, которая в его понимании и так неплохо отстроена, сколько на выборе фигуры преемника. Будет ли это местоблюститель под пристальным присмотром Путина или полноценный правитель – отдельный вопрос, но президент известен тем, что обычно действует осторожно, а значит, и его уход будет проходить постепенно, размеренно, а фактический транзит по-настоящему может начаться уже после ухода с поста президента, руками преемника.

Вариантов путинского транзита много, но все достаточно далеки от казахстанского опыта, где другие политические традиции, другая структура элит и общества, принципиально иные геополитические условия и логика управления. Но вот ход транзита и его последствия, безусловно, могут повлиять на выбор сценария для решения проблемы-2024, а также на подбор преемника. И если Путин все-таки решится уйти, то гораздо больше шансов появляется у новой условной тандемократии 2.0 с коррекцией на ошибки предыдущего опыта.

Сегодня я обращаюсь к вам, как это делал всегда, в самые важные моменты истории нашего государства, которое мы вместе строим.

Но сегодняшнее обращение особое.

Я принял непростое для себя решение – сложить с себя полномочия Президента Республики Казахстан.

В этом году исполняется 30 лет моего нахождения на посту высшего руководителя нашей страны. Я был удостоен чести моим народом стать Первым Президентом независимого Казахстана.

Вспомним, как пала советская империя, оставив нам неразбериху и душевную смуту, разрушенную экономику и политику.

Внутренний валовой продукт сократился вдвое, не хватало продовольствия и товаров первой необходимости. В одночасье остановились все крупнейшие заводы. Казалось, наступил коллапс.

Это был вызов. И мы его приняли. Стали энергично прокладывать свой казахстанский путь развития.

Нашей триединой задачей стало построение рыночной экономики, демонтаж тоталитарной идеологической системы и модернизация всех институтов общества. И это мы делали во имя создания современного демократического государства – Республики Казахстан.

Понимая, что нельзя было построить демократические институты при слабой экономике и бедствующих гражданах, мы во главу угла поставили экономическое развитие и рост благосостояния граждан. В результате этого нам удалось поднять объем экономики в 15 раз, а доходы населения в 9 раз (в долларовом выражении), что позволило сократить уровень бедности почти в 10 раз.

Мы самостоятельно и успешно преодолели все выпавшие на нашу долю катаклизмы, включая глубочайший мировой финансовый кризис 2007-2012 годов.

Казахстан перешел от аграрной экономики к промышленно-сервисной. Идет процесс индустриализации и урбанизации страны. В сырьевой сектор пришли ведущие мировые инвесторы. Это позволило реализовать сложнейшие проекты в нефтегазовом секторе.

За счет сырьевых ресурсов сформирован фонд для будущих поколений казахстанцев. Казахстан стал частью глобальной экономики, привлекает инвестиции и торгует практически со всеми странами мира.

Построен новый инфраструктурный каркас страны. Автомобильными, железнодорожными дорогами связаны все регионы страны. А авиационные маршруты дают нам возможность открывать для себя новые уголки мира.

Казахстан стал крупным государством не только по территории. Сегодня нас уже более 18 миллионов человек. Недалек рубеж – 20 миллионов человек.

Мы вошли в число 50 развитых стран мира. Разработана программа развития до 2050 года. Цель – войти в число 30 самых развитых стран.

Мы сумели на руинах СССР построить успешное казахстанское государство с современной рыночной экономикой, создать мир и стабильность внутри многоэтнического и многоконфессионального Казахстана. Впервые в нашей многовековой истории обеспечили международно-правовое признание Республики Казахстан. Поставили Казахстан на карту мира, где его не было как государства. У нас есть свой флаг, гимн, герб.

В самый непростой период 90-х годов мы начали подготовку специалистов по программе «Болашак», чтобы дать молодежи достойное образование, возможность изучить мировую практику и принести пользу стране.

В мире бушевал кризис, а мы создавали в Астане университет мирового уровня, строили интеллектуальные школы. Выросшие в годы независимости молодые люди, уверен, ценят заботу страны о них. Они птенцы гнезда независимого Казахстана, которые, верю, будут беречь и укреплять нашу страну, отдадут свои знания, силы делу процветания Отчизны.

Впервые в истории страны мы построили свою столицу. Астана – это осязаемое олицетворение всех наших достижений и побед.

Все это мы сделали вместе, дорогие мои казахстанцы.

Все эти годы вы поддерживали меня на всех выборах, поддерживали мои инициативы. Я был удостоен великой чести служить моему великому народу, родной стране. Огромное спасибо вам – моему народу и низкий поклон. Благодаря такой поддержке я работал не жалея сил, энергии и здоровья,  времени, чтобы оправдать это доверие.

Как вам известно, нашими законами я наделен статусом Первого Президента – Елбасы (Лидер нации). Остаюсь председателем Совета Безопасности, который наделен серьезными полномочиями. Остаюсь председателем партии «Нұр Отан», членом Конституционного Совета. То есть остаюсь с вами. Заботы страны и народа остаются моими заботами.

Как основатель независимого казахстанского государства вижу свою будущую задачу в обеспечении прихода к власти нового поколения руководителей, которые продолжат проводимые в стране преобразования.

Вопрос преемственности власти в Казахстане решен конституционно. В случае досрочного прекращения полномочий действующего Президента его полномочия переходят к председателю Сената до окончания выборного срока. Затем состоятся выборы нового Президента.

Председателем Сената Парламента в настоящее время является Касым-Жомарт Кемелулы Токаев. Вы его хорошо знаете. Он выпускник МГИМО, доктор наук. Свободно владеет английским и китайским языками. Прошел большой путь на руководящих должностях республики. Был министром иностранных дел в годы становления внешней политики страны, работал вице-премьер-министром и премьер-министром страны, председателем Сената. Знает страну, ее экономику и политику. Выдвигался и работал заместителем Генерального секретаря ООН. Это было большим признанием его заслуг как дипломата и знаком доверия к Казахстану.

Рядом со мной он работает с первых дней независимости Казахстана. Я хорошо его знаю. Он человек честный, ответственный и обязательный. Поддерживает всецело проводимую политику внутри страны и вовне. Все программы разрабатывались и принимались с его участием.

Я верю, что Токаев именно тот человек, кому мы можем доверить управление Казахстаном.

Дорогие соотечественники!

Мы видим, что мир меняется, не стоит на месте. Появляются не только новые возможности, но и новые глобальные технологические и демографические вызовы, нестабильность мирового порядка. Каждому поколению приходится решать свои задачи. Я и мое поколение сделали для страны все, что смогли. Результаты вам известны. Мир меняется, и приходят новые поколения. Процесс естественный. Они будут решать проблемы своего времени. Пусть постараются сделать страну еще лучше.

Вместе с миром меняться должны и мы. Обращаюсь к молодому поколению казахстанцев – берегите независимый Казахстан – нашу общую Родину, Мәңгілік ел – это наш народ, земля наших великих предков. У нас одна Родина, одна земля.

Берегите дружбу и единство нашего народа, наше взаимное доверие и уважение к культуре и традициям каждого гражданина страны.

Только так мы будем сильны, победим все вызовы.

Только так мы будем процветать.

Уважаемые казахстанцы!

Мои соотечественники!

Сегодня я обращаюсь к каждому из вас.

Перед страной стоят масштабные задачи. И я уверен в нашем успехе.

Каким я вижу Казахстан  будущего?

Я твердо уверен, что казахстанцы будущего – это общество образованных, свободных людей, говорящих на трех языках.

Они – граждане мира. Они путешествуют. Они открыты новым знаниям. Они трудолюбивы. Они – патриоты своей страны.

Я убежден, что Казахстан будущего – это Общество Всеобщего труда. Это –государство с сильной экономикой, где все делается для человека. Где лучшее образование, лучшее здравоохранение.  Где царят мир и спокойствие. Где граждане свободны и равны, а власть справедлива. Там верховенство закона.

Я верю в то, что мы движемся правильным курсом, и ничто не сможет сбить нас с верного пути.

Если мы будем сильны, с нами будут считаться.

Если мы будем надеяться на чудо или полагаться  на других, мы растеряем достигнутое.

Уважаемые казахстанцы!

Полагаю, что наступил момент для подписания соответствующего Указа.

Источник: www.akorda.kz

Комментарии известных казахстанских политологов эксклюзивно для Elgezit.kg

Данияр Ашимбаев:

Речь о том, что смена власти возможна в Казахстане, обсуждалась последний год достаточно активно. Были вопросы и по состоянию здоровью Назарбаева, и была уже определенная усталость. Но по ряду причин вопрос откладывался. Президент долго не мог определиться с кандидатурой преемника.

Еще недавно рассматривался вопрос досрочных президентских выборов, которые могли бы стать началом транзита власти. Так же не исключался и вариант участия Назарбаева в качестве кандидата в выборах. Съезд Нур-Отан прошел без каких-либо сенсаций. Президент сформировал новое правительство. Была принята новая социальная программа. Но, что-то в этот момент дало импульс для его ухода. Но Назарбаев не уходит из политики. Он остается по Конституции председателем Конституционного совета и будет возглавлять Совет безопасности. Кроме того он остается в статусе первого президента и председателя партии Нур-Отан.

Вторым президентом Казахстана будет Жоомарт Токаев. Политический тяжеловес, бывший министр иностранных дел, дипломат, председатель сената. Он, представляется наиболее компромиссной фигурой для всех политических сил. Как дипломат, он умеет сглаживать острые моменты. У него нет особых конфликтов. И по Конституции он теперь становится полноценным Президентом до конца полномочий Нурсултана Назарбаева. Только потом будут проведены президентские выборы.

Эдуард Полетаев:

Если говорить об эффекте неожиданности, то, с одной стороны, досрочная отставка рассматривалась как один из вариантов прекращения полномочий и назначение, согласно Конституции, второго лица в государстве, председателя сената Жоомарта Токаева. Который всегда присутствовал в разных списках преемников. С этой стороны особой неожиданности нет. Но,то, как президент выбрал время своего заявления, само по себе было неожиданным.

Тем более, что  в качестве инструмента прямого обращения к народу Казахстана президент начал использовать телевидение не так давно. Об обращении было объявлено за несколько часов, но о сути, конечно никто не знал. Тем более, о том, что такое важное решение будет заявлено в преддверии праздников. Завтра у нас выходные дни начинаются. Более того, разговоры о возможной передаче власти активно ходили с начала этого года в высших эшелонах власти. Но, потом сам Назарбаев всех поставил на место, сказал, что все будет по Конституции, то есть выборы в 2020 году. Все успокоились и думали,что будут вот такие традиционные, классические выборы через год. И тут, бац! Президент сделал это заявление, ставшее, безусловно, неожиданным для многих.

Конечно, сейчас у всех возникают вопросы, что будет дальше. Все-таки, Назарбаев был у власти 30 лет. Целое поколение выросло при нем. Они не знали другого президента.

Причина объявление об отставке именно сейчас? Нет, явно дело не в состоянии здоровья. Какого-то ухудшения не видно. Кроме того, информация о состоянии здоровья Президента по закону является государственной тайной. Поэтому что-то сказать в этой связи сложно. По крайней мере, Назарбаев с начала этого года демонстрировал высокую активность. Я думаю, что Назарбаев хочет сосредоточится больше на стратегических вопросах. А техническую функцию будет выполнять уже следующий президент. А сам Назарбаев остается на трех значимых должностях: председателя Конституционного Совета и партии Нур-Отан и главы Совета безопасности страны. То есть, у него остается достаточно рычагов влияния. Так что, все под контролем.

Elgezit.kg

Нурсултан Назарбаев уходить не хочет, но должен – уверен казахстанский политолог Виктор Ковтуновский. В разговоре с корреспондентом «Белсата» эксперт объяснил, почему бессменный лидер Казахстана передаст должность президента своему преемнику, но при этом оставит контроль над страной в своих руках.

Влияние России на постсоветском пространстве заметно сужается. И процесс этот начал развиваться более стремительно после аннексии Крыма. Потерять фактически последнего верного союзника и территорию влияния – Казахстан – было бы непростительной стратегической ошибкой и большим политическим поражением Владимира Путина, считает Виктор Ковтуновский:

«Пока сидит Назарбаев, можно не беспокоиться об этом. Но дело в том, что ему в 2020 году будет уже 80 лет. И при такой ситуации очень велик шанс спонтанного перехода власти. А такой процесс всегда чреват тем, что он неуправляемый. Возможны начало борьбы за власть, дестабилизация политической системы и так далее. Понятно, что в такой ситуации может прийти человек, не лояльный к России. Поэтому на повестке дня Кремля – смена власти в Казахстане. Естественно, что Назарбаев этого не хочет. Но есть ли у Путина рычаги влияния на него, чтобы заставить его принять этот сценарий? Я утверждаю, что такие возможности есть».

Власть не в тех руках

Действительно, если посмотреть на ситуацию в других странах региона, в Туркменистане и Узбекистане, после внезапной смерти правителей, власть в стране получили не те люди, которым она должна была перейти по конституции.

А вот первый президент Азербайджана и соратник Назарбаева по ЦКПСС Гейдар Алиев успел передать власть сыну Ильхаму, который правит страной уже 16 лет. Кресло президента Алиев-младший занял в возрасте 42 лет. Однако Назарбаев не будет передавать власть члену семьи, считает политолог из Казахстана. Вторым президентом страны станет человек лояльный как самому Назарбаеву так и Кремлю. Но как Москва может вынудить Елбасы уйти с должности президента?

Тройной удар по Назарбаеву

В первую очередь Кремль может использовать рычаги давления экономические, уверяет Виктор Ковтуновский. Экономика Казахстана очень зависима от России и тенге полностью повторяет все циклы рубля. Кроме этого выход Казахстана на европейские рынки пролегает через Россию. Она контролирует транзитные потоки, а Казахстан около 40% внешнеторгового оборота экспортирует на страны ЕС. На Китай приходится не более 13%.

Вторым рычагом, по мнению политолога, является информационная зависимость. Казахстан по-прежнему находится в зоне действия российских медиа. Да и в интернете доминируют российские соцсети и информационные ресурсы. Это понимают и в Астане, но пока не могут предпринять какие-то серьезные шаги, способные повлечь за собой кардинальные сдвиги в информационном поле:

«Справедливости ради нужно отметить, что российское телевидение и официозные интернет-ресурсы сохраняют лояльность Акорде (резиденция президента РК – Прим. Bеlsat.eu) и лично президенту Казахстана. Однако, эта лояльность может в любой момент улетучиться. Можно привести в пример случай с президентом Беларуси Александром Лукашенко, когда в ответ на критику им некоторых экономических решений руководства России на НТВ показали пятисерийный документальный фильм «Крестный батька», разрушающий репутацию лидера соседнего государства».

И, наконец, третий рычаг давления, который наверняка имеет Кремль, назовем его «папка Назарбаева». Первый президент Казахстана сделал головокружительную карьеру еще при СССР. Сын чабана (пастуха — Прим. Belsat.eu) дошел от рядового работника завода до первого секретаря ЦК КПК. Можно с уверенностью предположить, что в московских архивах есть досье на Назарбаева, и далеко не все собранные в нем факты, если их придать огласке, могут гарантировать лидеру казахстанской нации и его семье покой и безопасность:

«Есть старые архивы ЦК, есть архивы КГБ, есть портфели с компроматом уже в постсоветский период. Этот фактор нельзя сбрасывать. И, учитывая все эти рычаги влияния, Назарбаев не может себе позволить пойти на выборы 2020 года вопреки воле Кремля и составить свой сценарий транзита».

Когда гаранту нужен гарант

Эксперт считает, что Назарбаев озабочен будущим своей исторической роли. Для него важно, чтобы в постназарбевский период не была зачеркнута его историческая роль как Елбасы и основателя независимого Казахстана. Преемник, кем бы он ни был, может пересмотреть историю. Назарбаеву нужен гарант безопасности его, семьи и их собственности. Кто угодно, даже выходец из семьи может пересмотреть историческую роль Назарбаева. Достаточно вспомнить историю погибшего в австрийской тюрьме зятя Рахата Алиева. И таким гарантом может быть только Путин. Потому что пока есть влияние России, любой президент Казахстана будет идти в фарватере Кремля. Потому что тому достаточно перекрыть экспорт и экономика Казахстана начнет сыпаться:

«Это не Украина, у которой есть выход на Запад, или Грузия, которая смогла перестроить свою экономику. Также не будем забывать, куда бегут изгнанные президенты? Акаев и Янукович в России. Бакиев в Беларуси, но, думаю, что он там поселился тоже не без согласия Кремля. Если вдруг придется бежать, то не в Европу же. Демократия не может дать таких гарантий Назарбаеву, какие может дать Путин».

Who’s mr.Tokayev?

А есть ли такая кандидатура? Многие аналитики долгие годы пророчили на должность преемника Назарбаева старшую дочь Даригу Назарбаеву. Виктор Ковтуновский уверен, что кресло второго президента займет Касым-Жомарт Токаев, спикер сената. Кстати, согласно Конституции страны именно ему переходит исполнение обязанностей президента, если глава государства по какой-то причине не может выполнять своих функций.

20 июня прошлого года на BBC вышло интервью с Токаевым на английском языке. В нем Токаев уверенно заявил, что Назарбаев не будет переизбираться в 2020 году. Удивительно, но после такого заявления Токаев остался на своей должности. Это означало одно – подобное заявление одобрено свыше. Токаев все эти годы был очень осторожным политиком, всегда рассчитывал любой свой ход и никогда не делал резких заявлений. А если и делал, то только полностью согласованные с Акордой. Так было в 2001 году, когда Токаев, занимавший пост премьер-министра, выступил с резкой критикой образовавшегося движения «Демократический выбор Казахстана», в который вошли ряд министров, депутатов и других высокопоставленных чиновников, а также крупных бизнесменов.

Тогда Токаев потребовал в ультимативной форме от Назарбаева убрать из власти ренегатов. Президент тогда начал массовое преследование всех основателей движения.

27 февраля пройдет очередной съезд президентской партии «Нур Отан». Вероятнее всего, именно на нем Назарбаев объявит о своем решении досрочно сложить с себя полномочия, уверен собеседник «Белсата». Ведь не зря 4 февраля Конституционный совет принял к рассмотрению обращение президента РК растолковать статью Основного закона о досрочном прекращении полномочий главы государства.

Однако, при этом не стоит считать, что Нурсултан Назарбаев полностью уходит с политической арены. Он сохраняет за собой должность председателя Совета Безопасности. И на этом посту он вправе давать распоряжения даже главе государства.

www.belsat.eu

Только один республиканец проголосовал против законопроекта, запрещающего администрации Белого Дома признавать право России на присоединение Крыма. Все остальные 427 конгрессменов проголосовали «за».

Текст законопроекта «Закон о непризнании аннексии Крыма» лаконичен. «Запретить правительству США признавать аннексию Крыма Россией, — говорится в документе. — Политика Соединенных Штатов заключается в том, чтобы не признавать де-юре или де-факто суверенитет Российской Федерации над Крымом, его воздушным пространством или территориальными водами«.

Законопроект запрещает всем государственным учреждениям и ведомствам США «предпринимать какие-либо действия или оказывать какую-либо помощь, которая должна включать признание или подразумевает признание де-юре или де-факто суверенитета Российской Федерации над Крымом, его воздушным пространством или территориальными водами». Впрочем, законопроектом президенту дается право делать исключения, если он «решит, что это необходимо для интересов национальной безопасности Соединенных Штатов».

Как только законопроект будет одобрен сенатом, документ ляжет на стол президента для подписания, после чего вступит в силу.

Второй законопроект обязывает администрацию президента Дональда Трампа провести расследование по выявлению тайного богатства Владимира Путина. Выявить источники дохода и холдинговые компании, которые могут быть под контролем Путина. Руководить этим расследованием будет директор Национальной разведки США, а также секретари Госдепартамента и Министерства финансов.

«Позиция конгресса состоит в том, что Соединенные Штаты должны сделать больше для сбора данных о коррумпированности Владимира Путина. Его богатство, полученное преступным путем, является, возможно, самым главным символом нечистоплотности Путина и его постоянного стремления подорвать власть закона и демократии в Российской Федерации», — говорится в законопроекте.

Еще один законопроект, принятый палатой представителей, предполагает проведение расследования для оценки военного потенциала России, который она, может использовать против НАТО. Кроме того, предполагается просчитать возможные действия Москвы на процесс усиления американского присутствия в Восточной Европе.

И, наконец, четвертая антироссийская резолюция, принятая палатой представителей, осуждает Путина и возлагает на него ответственность за «убийство политических оппонентов и укрывательство виновных» в этих преступлениях. Конгрессмены считают, что американские власти во время любых контактов с официальной Москвой должны поднимать вопрос убийства Бориса Немцова и настаивать на проведении честного расследования этого преступления, в результате которого будут названы и наказаны не только исполнители, но и заказчики.

Инициаторы документа призывают российские власти разрешить провести независимое международное расследование убийства Немцова при содействии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и Парламентской ассамблеи Совета Европы.

Конгрессмены также просят госсекретаря и министра финансов США использовать свои полномочия в рамках акта Магнитского и глобального акта Магнитского для введения санкций против лиц, которые будут определены как причастные к убийству Бориса Немцова. Также законодатели хотят поручить госсекретарю и директору Национальной разведки США подготовить доклад с подробным изложением обстоятельств убийства.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, по сообщению «Эхо Москвы», заявил: — «в Кремле не намерены принимать во внимание резолюцию Палаты представителей США по «делу Немцова»».

По словам Пескова, американские законодатели находятся в плену эмоций, которые не дают им возможности трезво оценить обстановку и продемонстрировать политическую волю к тем действиям, которые соответствовали бы интересам двух стран.

Редакция Elgezit.kg

12 марта 2019 года депутаты Европейского парламента приняли жесткую резолюцию в отношении России. За проголосовали 402 депутата, против – 163 и еще 89 воздержались.

Текст резолюции подготовлен на основе доклада, депутата Европарламента от Латвии Сандры Калниете, предложившей в начале февраля прервать партнерство ЕС и России.

В резолюции, в частности, говорится, что Россия «больше не может считаться «стратегическим партнером»» Европейского Союза и соглашение о партнерстве и сотрудничестве ЕС и России, подписанное в 1994 году, должно быть пересмотрено.

Почему?

Главная причина – это текущая внешняя и внутренняя политика России, противоречащая целям и базовым ценностям Европейского Союза. В резолюции упоминается, в частности «оккупация и аннексия Крыма, региона Украины», «прямое и опосредованное» участие в вооруженных конфликтах в восточной части Украины, катастрофа малайзийского «боинга», отравление Скрипалей. А также то, что Россия продолжает нарушать территориальную целостность Грузии и Молдовы.

Отдельно упоминаются в документе «гибридные войны и кибератаки, которые ведет Россия, попытки дестабилизации в странах, желающих вступить в ЕС, и поддержка Кремлем ультраправых движений и антиевропейских партий».

Последствия

 Депутаты Европарламента считают, что «ЕС не может рассматривать постепенное возвращение к привычному положению дел, пока Россия не имплементирует в полной мере минские договоренности и не возобновит территориальную целостность Украины».

В документе подчеркивается, что «время на приятный и дипломатический язык завершилось», а санкции следует вводить в соответствии с принципом «больше за больше, меньше за меньше». И их необходимо расширять, включая ограничения на доступ к финансам, так как регистрируется все больше фактов нарушения Россией международного права.

Отдельным пунктом прописано в документе предложение остановить проект постройки газопровода Nord Stream 2 («Северный поток 2»), который «увеличит зависимость ЕС от российских поставок газа и потенциально представляет угрозу для внутреннего рынка Евросоюза».

Реакция России

Большинство российских экспертов и политиков, уже успевших высказаться по теме, считает, что серьезных последствий эта резолюция для России в целом и «Северного потока -2» в частности, не несет. И является ничем иным, как следствием давления Вашингтона на ЕС.

«Северный поток» нужен самой Европе не меньше, чем России, утверждают спикеры. А угроза новых санкций никого уже не пугает. Официальной реакции российских властей на момент публикации текста пока не последовало.

Elgezit.kg

Ссылка на материалы Европарламента: http://www.europarl.europa.eu/news/en/press-room/20190307IPR30737/russia-can-no-longer-be-considered-a-strategic-partner-say-meps

Разведывательным сообществом называют в США целый ряд правительственных, государственных структур, занимающихся разведкой. Согласно закону № 12333 от 4 декабря 1981 года «О разведывательной деятельности Соединённых Штатов» (часть 3, параграф 4, пункт «f») это:

• Центральное разведывательное управление (CentralIntelligenceAgency).
• Агентство национальной безопасности (NationalSecurityAgency).
• Разведывательное управление Министерства обороны (DefenseIntelligenceAgency).
• Отделы внутри Министерства обороны для сбора специализированной внешней разведывательной информации.
• Управление разведки и исследований (BureauofIntelligenceandResearch) Государственного департамента.
• Разведывательные подразделения армии, ВМС, ВВС, корпуса морской пехоты, Федеральное бюро расследований (FederalBureauofInvestigation), Министерство финансов и Министерство энергетики.
• Штабные подразделения при директоре центральной разведки.

Мы предлагаем пересказ наиболее важных содержательных моментов доклада разведсообщества Америки о главных угрозах и вызовах на 2019 год.

Китай, Россия, Иран, Северная Корея обозначены как противники и стратегические конкуренты США. Они будут продолжать «все чаще использовать кибернетические возможности, в том числе кибершпионаж, атаки и влияние, для получения политического, экономического и военного преимущества над Соединенными Штатами, их союзниками и партнерами.»

За последнее десятилетие противники США преуспели в экспериментах с формированием новых и изменением существующих цифровых систем.

«В течение многих лет они вели кибершпионаж, чтобы собирать разведданные и нацеливались на нашу критическую инфраструктуру, чтобы держать ее под угрозой».

США признает, что Россия и Китай становятся все более искусными и изощренными в использовании социальных сетей для манипуляции общественным сознанием. Пытаются влиять на мышление, поведение и принимаемые решения.

Если сгрупировать все, сказанное в докладе, вокруг России и КНР, что может быть интересно нам, то основные тезисы выглядят следующим образом:

• Россия названа в докладе «очень способным и эффективным противником».
• Москва продолжит вести подрывную деятельность против США и американских союзников в Европе. Она будет использовать как кибероружие, так и пропаганду в медиа, чтобы еще больше сеять вражду, как внутри стран – союзников США, так и непосредственно в самой Америке.
• Россия обладает возможностью проводить кибератаки в Соединенных Штатах, которые могут отключить временно важные инфраструктуры. Например, электричество. И она нанесет этот удар при необходимости.
• Россия будет использовать социальные сети, для обострения социальной и расовой напряженности в зоне ее интересов.
• Москва так же продолжит при помощи различных информационных инструментов вести работу по дискредитации популярных антироссийских политиков по всему миру.
• Россия продолжит разработку и постановку на вооружение новых опасных образцов крылатых ракет средней дальности. Кроме того, будет активно проводиться работа по модернизации и постановке на вооружение обычных средств защиты и нападения, и ядерных сил.
• Сотрудничество Россия и Китая будет крепнуть. Ведь их дружба основана на противодействии США. Кроме того, в некоторых странах растет разочарование в либерально-демократической модели.
• Россия и Китай будут стремиться создать противовес США и через международные органы.
• Китай стал вторым по величине донором миротворческого бюджета ООН и третьим по величине донором регулярного бюджета ООН. Он успешно лоббирует своих граждан, чтобы получить руководящие должности в Секретариате ООН и связанных с ним организациях, и использует свое влияние, чтобы оказать давление на ООН и государства-члены, чтобы согласиться с позицией Китая по таким вопросам, как права человека и Тайвань.
• Россия работает над укреплением контртеррористического управления ООН, созданного в 2017 году. Его руководитель является заместителем Генерального секретаря ООН. И он – русский (имеется ввиду Владимир Воронков — ред).
• Китай и Россия будут использовать свои позиции в ООН, чтобы формировать мировую повестку дня. Смещать акценты в дискуссиях о суверенитете и правам человека.
• Китай и Россия также усилили свое влияние в Международном союзе электросвязи благодаря назначению ключевых руководителей и оказанию финансовой и технической помощи. Они стремятся использовать организацию, чтобы получить преимущество для своих национальных отраслей и перейти к более контролируемому государством управлению интернетом.
• У Владимира Путина есть инструменты, позволяющие справляться с вызовами его правления, и он, скорее всего, продолжит свою напористую, оппортунистическую внешнюю политику.
• Внутри России растет недовольство властью, обусловленное медленным ростом экономики, последней пенсионной реформой, низкими зарплатами. Но централизованная структура власти и антиамериканский тренд в обществе пока будут продолжать поддерживать Путина.
• Москва будет продолжать подрывать либеральный мировой порядок, будет пытаться разделять западные политические институты и институты безопасности.
• Кремль будет стремиться сохранить и, по возможности, расширить свое влияние на страны бывшего Советского Союза, которые, как он утверждает, находятся в сфере его влияния.
• Россия продолжит свою военную, политическую и экономическую кампанию по дестабилизации ситуации в Украине.
• На предстоящих выборах президента и парламента Украины Кремль будет делать все возможное, чтобы привести к власти менее антироссийски настроенных политиков.
• Так же Россия пытается повлиять на выборы в парламент в Молдове.
• Напряженность между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорно-Карабахского региона остается потенциальным источником широкомасштабного военного конфликта.
• Россия будет и впредь оказывать давление на лидеров Центральной Азии для поддержания ими российских инициатив в области экономики и безопасности, и сокращения взаимодействия с Вашингтоном.
• В то же время Китай продолжит расширять свою деятельность в Центральной Азии, в основном для продвижения экономических инициатив, ввиду опасений Пекина о том, что региональная нестабильность может подорвать экономические интересы Китая и создать благоприятную среду для экстремистов.

Если говорить о еще нескольких интересных тезисах доклада, то, стоит упомянуть следующее:

• ИГИЛ вовсе не побежден. На его стороне продолжают воевать тысячи боевиков, и он имеет широкую законсперированную сеть по всему миру. Помимо Сирии и Ирака, точками аккумулирования ИГИЛ может стать Ливия и Нигерия.
• Попытка договориться с «Талибан» в Афганистане – провальная стратегия, которая приведет к усилению талибов и радикализации региона.
• Северная Корея вовсе не собирается отказываться от ядерного оружия. Потому что оно является стабилизатором для режима Ким Чен Ына. Кроме того, Северная Корея продолжает кибератаки. Северокорейские хакеры в 2018 году пытались украсть больше 1 миллиарда долларов. Со счета Нью-Йоркского федерального резервного банка в Центральном банке Бангладеш они украли около 81 миллиона долларов.
• Тегеран ищет пути как обойти санкции США и ведет по этому поводу переговоры с европейскими странами, Россией и Китаем.

В целом, последний доклад разведывательного сообщества США нельзя назвать сенсационным. Тем не менее, он вызывает интерес с точки зрения определения степени угроз и вызовов, особенно в свете проявляемого президентом Дональдом Трампом откровенного неуважения к выводам разведсообщества.

Остановимся вкратце на том, с чем Трамп не согласен. При этом заметим, что Президент ранее неоднократно уже оспаривал оценки разведсообщества, в особенности по поводу российского вмешательства в выборы 2016 года. С чем он не согласен на этот раз? Рассмотрим пункты разногласий, приведенные в материале русской службы » Голоса Америки» от 31 января (https://www.golos-ameriki.ru/author/25830.html).

• Вопреки оценке разведки, он считает, что есть «неплохие шансы на денуклеаризацию» Северной Кореи. Он  высказал значительно более оптимистичный прогноз, отметив, что есть

все признаки того, что ситуация в Северной Корее меняется.

• Трамп также высказался в защиту своего решения вывести 2 000 американских военнослужащих из Сирии на основании того, что «Исламское государство» больше не представляет угрозы. «Халифат вскоре будет уничтожен, что было невозможно вообразить два года назад», – написал президент в «Твиттере».
• Трамп также подверг критике позицию разведки по Ирану. Лидеры разведслужб заявили, что, по их прогнозам, Ирану потребуется не меньше года, чтобы создать ядерное оружие. Президент заявил, что разведка «крайне пассивна и наивна, когда речь идет об угрозах со стороны Ирана». «Они неправы!» – подчеркнул он. «Возможно, разведке стоит вернуться к учебе», – добавил Трамп.
• Президент Трамп также допустил возможность завершить кампанию в Афганистане, которая была начата в ответ на теракты 11 сентября 2001 года. По его словам, переговоры между США и Талибаном «идут хорошо». «Столкновения продолжаются, но народ Афганистана хочет мира в этой бесконечной войне. Скоро увидим, увенчаются ли переговоры успехом», – написал он.

Практика такого пренебрежения к выводам разведки многих в США настораживает.

«Вызывает беспокойство, что президент, похоже, не хочет прислушиваться к людям, чья работа заключается в том, чтобы предоставлять ему эту информацию», – сказал в среду в интервью CNN член комитета по разведке сенатор Ангус Кинг.

Из всей этой ситуации становится очевидным одно обстоятельство. А именно то, что предстоящий год ни в версии разведки, ни в понимании президента Трампа, абсолютно безоблачным не будет точно.

Редакция Elgezit.kg

В конце ноября информационное агентство «Рейтер» сообщило, что внутри правящего в Саудовской Аравии клана сложилась группа, намеренная сместить сына нынешнего короля Мохаммеда бин-Салмана с поста наследника престола, заменив его на 76-летнего брата короля Ахмеда бин-Абдул-Азиза. Чтобы в полной мере оценить значение подобного сценария, следует подробнее рассмотреть то, как устроен и функционирует клан, правящий в этой стране на протяжении последнего века.

Нынешнее королевство было основано в 1932 году Абдул-Азизом Аль Саудом («аль» здесь не является определенным артиклем, а означает слово «семью» и потому пишется отдельно). Аль Сауд имел сорок жен, оставив после себя 45 сыновей и 27 дочерей. В 1953 году, когда он умер, наследником стал его сын Сауд ибн-Абдул-Азиз, правивший вплоть до 1964 года. Вслед за тем государство последовательно возглавляли пять его братьев, тоже сыновей Аль Сауда, к числу которых относится и нынешний король Салман, правящий с 2015 года.

В целом у Абдул-Азиза набралось уже около 200 внуков, являющихся потомками шести побывавших королями сыновей и еще многие сотни внуков от 39 сыновей, королями так и не побывавших. Часть внуков уже успели скончаться от старости, большинство, однако, по-прежнему живы. Многие из них занимали ключевые посты в правительственных, военных и экономических структурах королевства и обладают немалым управленческим опытом.

Однако из всей этой многочисленной череды внуков, и прежде всего сыновей правящих в прошлом королей, нынешний король Салман выбрал в 2017 году себе в преемники собственного сына, 31-летнего Мухаммеда, предпочтя его многим и многим племянникам, куда более старшим и намного более опытным.

Тут важно упомянуть и то, что сначала, в 2015 году, Салман избрал себе в наследники племянника Мухаммеда ибн-Наифа, но затем через два года изменил решение и назначил преемником Мухаммеда.

Ярость и стыд

Выбор молодого и явно не самого опытного сына наследником престола вызвал немалый гнев среди многочисленных внуков, особенно потомков прежних королей. В традиционном ближневосточном обществе именно возраст определяет иерархический приоритет во всех сферах: старший должен быть первым, тем более если у него больше опыта и знаний, чем у младшего.

Однако в своем решении король Салман заручился поддержкой особого органа под названием «Хият аль-бия» («Совет преданности»), который был создан предыдущим королем Абдаллой в 2006 году для выбора и назначения следующих правителей страны. В этом совете состоят все сыновья короля — основоположника страны Абдул-Азиза, его внуки, представляющие своих покойных или недееспособных отцов, а также сыновья действующего короля и наследного принца.

Цель передачи полномочий по избранию наследного принца совету состояла в том, чтобы обеспечить выбору одобрение всего правящего клана. Но ясно, что именно король навязал свою волю совету, согласившемуся заменить прежнего наследного принца молодым и неопытным Мухаммедом ибн-Салманом.

Назначенный наследником Мухаммед ибн-Салман немедленно объявил о целом ряде шагов, направленных на реформы и обновления в королевстве, в том числе о внедрении новых экономических отраслей — промышленности, высоких технологий и туризма, призванных сделать экономику страны независимой от заканчивающейся нефти. Он разрешил женщинам сесть за руль автомобилей и посещать спортивные мероприятия на стадионах, сократил полномочия «полиции нравов» и заявил о том, что Саудовская Аравия должна принять более умеренную версию ислама. Кроме того, он объявил о планах совместно с Иорданией и Египтом построить новый и современный город Неом. Наконец, были сделаны им и некоторые позитивные заявления об Израиле.

В свою очередь мир закрыл глаза на крайне серьезное и проблематичное действие Мухаммеда ибн-Салмана, когда год назад, в ноябре 2017 года, он подверг сотни представителей правящего клана фактическому заключению в расположенном в Эр-Рияде роскошном отеле «Ритц-Карлтон». Его люди допрашивали задержанных за «коррупцию», и в итоге некоторые из родственников выложили миллиарды долларов в обмен на свое освобождение.

Главная проблема здесь заключалась даже не столько в факте самого ареста и вымогательства денег, сколько в позоре, которому он подверг их, заключив под стражу в банкетном зале отеля и вынудив спать на полу или на стульях. Другой проблемой стало то, что два члена клана погибли, пытались убежать из-под стражи.

В терпеливом ожидании

В основе ближневосточной культуры лежит стих из Корана, гласящий: «Аллах — это терпение». В свою очередь бедуинская пословица говорит о бедуине, отомстившем за своего отца через сорок лет после того, как тот умер, и сказавшем: «Я поспешил». Есть, наконец, и известная исламская поговорка утверждающая, что «поспешность от дьявола, а терпение — от милосердного (Бога)».

Униженная в «Риц-Карлтоне» часть клана Аль Сауд, чьих старейшин обошли при назначении наследным принцем наглого молодого человека, затаилась в ожидании своего часа, предвкушая месть проклятому Мухаммеду ибн-Салману. И, слава Аллаху, эта возможность оказалась предоставленной им куда раньше, чем того они ожидали. Тем же, кто обеспечил им ее, стал Джамаль Хашогги.

Клан Хашогги не является частью правящего королевского клана, оставаясь всего лишь его сателлитом. Представители этой семьи, как правило, были лояльны Аль Саудам, за что и получали щедрую награду в виде жирных правительственных контрактов. Так, например, дядя Джамаля, Аднан Хашогги, стал мультимиллиардером, сделав состояние благодаря близости к королевскому дому Саудов.

Аднану удалось сблизиться и сдружиться с королями Фахдом и Абдаллой, которые в свою очередь не боялись делиться с ним самыми сокровенными секретами. Ведь Аднан Хашогги не был им конкурентом, не являясь членом правящего клана, он не угрожал их власти. Напротив, он помогал королям и членам их семей справляться с такими медицинскими проблемами, о которых ни один мужчина не решился бы говорить вслух.

Однако племянник Аднана, Джамаль, пошел против семейной традиции, насмерть разругавшись с кланом Аль Сауда в целом и с королем Салманом, а также его сыном Мухаммедом, в частности. Тут следует заметить, что еще в недавнем прошлом другом Джамаля был не кто иной, как Усама бин-Ладен. Впоследствии же Джамаль Хашогги примкнул к «Братьям-мусульманам», а потому стал жестоким критиком тех, кто не был с ними согласен, прежде всего Трампа, Израиля и короля Салмана — вместе с наследным принцем Мухаммедом. Тем не менее, покинув королевство, Джамаль поселился именно в США, где под прикрытием американской демократии стал яростным критиком саудовских властей.

Ловушка и смерть

Джамалю, однако, был необходим документ о разводе, чтобы жениться на своей турецкой невесте. Так его удалось выманить в Стамбул для получения необходимых бумаг в саудовском консульстве. Там он и был убит, а тело его было разрезано на куски и спрятано в неизвестном месте.

Убийство, да еще и с расчленением трупа, всколыхнуло мир, заботливо взбудораженный спецслужбами Эрдогана, также адепта «Братьев-мусульман» и большого недруга клана Аль Саудов. Теперь многие из западных друзей Саудовской Аравии стали отказываться от посещения этой страны, не желая показываться на публике с ее правителями, в первую очередь с наследным принцем, или подписывать с ними соглашения и контракты. Внутри же королевского клана и без записей или доказательств, услужливо предоставленных миру Турцией, хорошо знают, что ответственность за убийство Хашогги несет Мухаммед ибн-Салман, а потому многие решили использовать сложившуюся ситуацию как предлог для требования его замены.

Пока что отец-король Салман поддерживает сына-престолонаследника. Прокуратура Саудовской Аравии потребовала суда над 21 человеком, несущим, по их словам, ответственность за убийство. И хотя совершенно ясно, что речь идет о стрелочниках, именно они будут осуждены и наказаны, пятеро и вовсе должны быть казнены. Все для того, чтобы спасти Мухаммеда ибн-Салмана.

Однако не исключено, что мир не будет удовлетворен этим, особенно если обнаружатся доказательства личного участия наследника в убийстве. Королевский клан ждет момента, когда король под нарастающим международным давлением и требованиями в самом королевстве откажется и дальше прикрывать сына. Ну, или когда король умрет, а «Совет преданности» соберется для замены Мухаммеда ибн-Салмана кем-то другим, более подходящим по возрасту, опыту и манерам для того, чтобы возглавить страну и семью.

Вот только согласится ли Мухаммед ибн-Салман принять волю совета и отказаться от королевского титула? Безусловно, есть немалая вероятность того, что он, напротив, решит бороться за власть. Нетрудно предположить, что, будучи наследным принцем, он уже организовал себе коалицию сторонников внутри королевского клана и даже попробует вновь арестовать своих противников точно так, как и год назад.

Не исключено и то, что он как министр обороны уже сформировал верную себе армию, которая станет защищать его и государственные учреждения в случае, если неповиновение выплеснется на улицы страны. При нынешнем раскладе, сложившемся в королевстве, жесткое столкновение между сторонниками и противниками Мухаммеда ибн-Салмана выглядит вполне вероятным сценарием.

Так Джамаль Хашогги мстит из своей неизвестной могилы ненавистному королевскому клану и лично своему заклятому врагу Мухаммеду ибн-Салману, наблюдая, как трещит по швам Дом Аль Сауда, само же королевство все глубже погружается в кипящее болото крови, слез и огня. Вслед за Йеменом, Ираком и Сирией, к развалу которых саудовские монархи приложили немало усилий.

Elgezit.kg

19 декабря после обеда один твит президента Дональда Трампа порвал социальные сети и стал информационной бомбой для мировых СМИ и союзников США в Европе. Рассматриваемый сперва как нечто невнятное и пространное, вскоре сообщение Трампа приобрело реальный смысл, когда за ним последовали полумистические сообщения СМИ со ссылкой на анонимные источники в Белом Доме. Сообщения быстро захватили заголовки ведущих международных информационных агентств. А уже через полчаса они нашли подтверждение и в стенах самого Белого Дома – США покидают Сирию.

Решение о полном выводе американского военного контингента в Сирии уже в ближайшее время стало, словно громом среди ясного неба. Европейские союзники США, обескураженные столь внезапным и лёгким движением администрации Трампа, не сразу поняли, что к чему. Несколько часов подряд в главных европейских столицах сохранялась тишина.   Один из самых роковых и ключевых поворотов в кровавой 7-летней войне в Сирии стал реальностью просто так, за 2 минуты, через Twitter Дональда Трампа.

Пожалуй, решение США о выводе своих войск из Сирии стало главнейшим событием сирийского конфликта в уходящем 2018 году. Оно затмило собой даже недавний анонс Турцией нового вторжения на северо-восток Сирии, которое могло изменить баланс сил в стране и регионе. Судя по всему, Дональд Трамп очень постарался, чтобы мировые СМИ не отвлекались на каких-то там президентов Турции с их военными планами, а сохраняли своё пристальное внимание на незабвенном эпатаже американского лидера. В итоге, Трамп блистает ярче, чем когда-либо, а про Эрдогана все уже и забыли.

Впрочем, уже можно делать некоторые выводы и обозначить контуры дальнейшего развития ситуации в Сирии, которые уже начинают проявляться, если смотреть на ситуацию в срезе региональной и глобальной политики.

Почему Штаты решили выйти из Сирии?

Ещё во время своей предвыборной кампании в 2016 году Дональд Трамп критиковал вовлеченность США в конфликт в Сирии, называя его затратным и бессмысленным. Военное присутствие Штатов на северо-востоке Сирии с 2015 года он считал ненужным и часто говорил, что намерен вывести американские войска. Таким образом, на решение о выводе войск повлияли, в первую очередь, личный взгляд президента на этот вопрос и его давнее желание — это сделать, дабы сберечь деньги и не тратить их впустую, по крайней мере, так ему казалось.

Уход США из Сирии вполне соответствует внешнеполитической доктрине Трампа «Америка прежде всего!». Он уже 2 года пытается уменьшить вовлеченность США в различные глобальные процессы в регионах, или переложить ответственность за них на других игроков, в идеале на своих союзников. Его главная мотивация – сохранить влияние при минимальных затратах.

По логике Дональда Трампа, который всегда отличался тотальной незаинтересованностью сложными геополитическими играми, и скорее одержимым собственными рейтингами и вниманием СМИ, нежели урегулированием конфликтов за рубежом, военное присутствие США в Сирии и других странах региона – это пустая трата денег и времени. Он и его сторонники считают, что Штаты и так достаточно сделали для Ближнего Востока и мира, и не могут вечно делать работу за других. Президент всегда приводил в пример Афганистан как символ бессмысленности роли США в качестве мирового полицейского.

Спрогнозировать уход США из Сирии было несложно.   Администрация Трампа весь этот период пыталась переложить ответственность за сохранение влияния в Сирии на своих союзников. Сперва была попытка затянуть туда Францию, Британию, Германию и других членов НАТО. Однако конфликт Трампа с европейцами вокруг Ирана, затрат на оборону в рамках обязательств НАТО и идеологические расхождения – всё это помешало планам создать какой-то альянс, ответственный за северо-восток Сирии. Позже, была идея сформировать так называемое «ближневосточное НАТО», о котором писали многие СМИ. Однако отказ Египта втягиваться в конфликт в Сирии и неготовность к этому Саудовской Аравии и Эмиратов похоронил перспективы передать функции Штатов на курдских землях своим арабским партнёрам из Персидского Залива. А попытка США запустить амбициозный план по тренировке и созданию 30-тысячного «пограничного контингента» из числа сирийских курдских бойцов вызвал ответную реакцию Турции, которая вторглась в северный курдский регион Африн при молчаливом согласии России. Поэтому Дональд Трамп, не особенно разбираясь, что ещё можно сделать, просто решил свалить.

При этом доктрина Трампа (если это вообще доктрина как таковая) часто противоречит сама себе. Президент хочет командовать крупнейшей и самой могущественной армией на планете, но при этом сохранять её в пределах страны и не лезть в другие регионы и войны. Он хочет сдерживать Иран, провозглашая его основным врагом Америки, но при этом считает тяжёлым бременем сохранение военного контингента США в Сирии, Ираке и Афганистане. Это всё свидетельствует о том, что у Штатов на самом деле нет чёткой стратегии или доктрины, существуют хаотичные эмоциональные порывы и личные мнения, циркулирующие в голове одного человека и подкрепляемые разными идеями, смешанными с лестью его окружения.

Вторым фактором, повлиявшим на это решение, стало постепенное вхождение США в клинч с международным правом. Дело в том, что когда Штаты впервые развернули воздушную кампанию в Сирии в 2014 году, а вскоре развернули в её северо-восточных регионах военную инфраструктуру, у них в рукаве была довольно мощная для этого причина: борьба с террористами «Исламского государства». На тот момент боевики контролировали более 50% территории Сирии и являли собой реальную угрозу всему региону. Однако в последующие годы террористы «ИГ» были разбиты как единая военно-политическая сила. В 2017 году они потеряли до 90% территории, которую контролировали в Сирии и Ираке.

Как только угроза терроризма исчезла, вопрос международно-правового статуса коалиции во главе с США на территории Сирии вновь обострился. Если раньше на незаконные, с точки зрения норм международного права, действия Штатов в Сирии закрывали глаза из-за необходимости борьбы с «ИГ», то теперь этот аргумент более не работает. Такая ситуация вынуждала США по-новому обосновывать своё военное присутствие, и даже затягивать операции по зачистке последних мелких анклавов террористов в долине реки Евфрат в Восточной Сирии. Учитывая кризис стратегического планирования в Белом Доме и незаинтересованность Трампа втягиваться в новый ближневосточный конфликт, президент решил принять простейшее решение: уйти.

Кроме того, на решение Трампа повлияло его нежелание платить за удержание курдских земель. Дело в том, что за более чем год после того, как арабско-курдские отряды захватили часть провинции Ракка и северо-восток Сирии, гуманитарная ситуация на этих землях не улучшилась. Дома так и остаются в руинах, дамбу «Ат-Табка» поддерживают в рабочем состоянии только благодаря сирийским инженерам из Дамаска, а коммунальные услуги обеспечивают сирийские государственные службы, получающие зарплату из Дамаска, поскольку курды этим заниматься не хотят. К тому же, увеличивающаяся угроза климатических «шоков» типа наводнений или засухи могла серьёзно ухудшить позицию США на этих землях.

Наконец, одним из последних решающих толчков, открывших дорогу американцам к принятию такого шага, стал ультиматум президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. На днях он анонсировал начало новой военной операции турецкой армии на северо-востоке Сирии против местных курдских отрядов, считающихся в Турции террористами. Невзирая на присутствие сил США и их союзников на северо-востоке, Турция объявила, что всё равно вторгнется на эти территории и вытеснит курдов за реку Евфрат, взяв под контроль их бастион – город Манбидж.

Такой мощный манёвр вынудил США действовать. Дональд Трамп увидел в этом шанс для себя, своих рейтингов и путь к выполнению очередного предвыборного обещания в своём незабвенном стиле. Именно турецко-американские договорённости легли в основу решения США вывести свои войска из Сирии. А формальный повод это сделать пришёлся как нельзя кстати – взятие проамериканскими отрядами курдов одного из последних бастионов террористов «Исламского государства», города Хаджин на реке Евфрат в Восточной Сирии.

Кто выиграет от ухода американцев?

В первую очередь, выиграет сам Дональд Трамп. Его рейтинги пойдут вверх, а он сумеет сыграть карту победителя терроризма и президента, переживающего за жизни собственных солдат, которых он возвращает домой. Собственно, всю эту смесь предвыборно-пафосных меседжей можно увидеть в недавно опубликованном видео-обращении Трампа в связи с решением вывести войска.

Кроме того, от этого решения выиграют две американские оружейные компании, которые щедро финансировали предвыборную кампанию Дональда Трампа, а сегодня являются одним из могущественных лобби в его администрации. Речь идёт о компаниях «Lockheed Martin» и «Raytheon», являющимися одними из главных бенефициаров внешней политики Трампа. Эти же две компании получили большую часть заказов в рамках оружейных контрактов США и Саудовской Аравии в 2017 году на сумму $ 117 млрд. Обе компании ответственны за поставку Турции комплексов ПРО «Patriot» и партии новейших самолётов F35. После ухода США из Сирии они получат возможность продать вооружение Анкаре как часть сделки по Сирии. И «Lockheed Martin», и «Raytheon» сохраняет сильные лоббистские позиции в администрации Трампа.

Уход американского военного контингента был радостно воспринят в самой Сирии. Впрочем, первая реакция населения была несколько смятенной и неопределённой. Люди банально не верили, что США просто так взяли и решили уйти. Некоторое время они считали, что это какая-то уловка, и что Штаты просто выведут часть сил, но большинство оставят. Как бы то ни было, уход американцев – это хорошая новость для сирийского руководства во главе с президентом Башаром Асадом.

Он получит возможность возобновить переговоры о нормализации отношений с курдами. Последние, после ухода американцев, будут прижаты к стенке и зажаты между сирийской армией, Турцией и Ираком. Они будут вынуждены пойти на примирение с Асадом, пытаясь избежать разгрома турецкими войсками с последующей оккупацией их земель. Для Дамаска это прекрасная возможность вернуть как минимум часть восточных и северо-восточных территорий под свой контроль без боя. Это соответствует политике Башара Асада по возвращению ВСЕХ сирийских земель под контроль Дамаска.

К тому же, для сирийского руководства военное присутствие США в Восточной Сирии было препятствием на их пути к захвату нефтегазовых месторождений в провинциях Дейр-аз-Зор и Ракка. Теперь его не будет, и сирийская армия получит возможность вернуть их силой или договориться с курдами. А если Штаты выведут и свои войска из юго-востока на погранпереходе «Ат-Танф», то Дамаск сумеет наконец закрыть эту часть границы с Ираком.

От ухода США выиграет и Россия. Вывод американского континента может стать новогодним подарком для Владимира Путина, который мечтал об этом на протяжении последних нескольких лет. На сегодняшний день РФ и так является главным переговорщиком с Европой и соседними странами по ситуации в Сирии, репатриации беженцев и реконструкции страны. Сочинский и Астанинский форматы переговоров, в рамках которых сейчас решается будущее политическое послевоенное урегулирование Сирии, вытеснили проамериканский Женевский процесс. А уход США из Сирии теперь окончательно развяжет Кремлю руки.

Более того, резкое ослабление сирийских курдов откроет россиянам дорогу к установлению с ними контактов и перебиранию на себя функцию США как партнёра и гаранта безопасности для северо-востока Сирии. Россия уже давно пытается склонить курдов к переговорам с сирийцами, дабы примирить их и получить доступ к нефтегазовым месторождениям в Восточной Сирии и стабилизировать северо-восточный регион страны.

Усиление РФ в Сирии в результате ухода американцев позволит им надолго закрепиться в Леванте и получить полное доминирование в Сирии вместе с Турцией и Ираном. А это, в свою очередь, откроет очередное окно диалога с Европой, в отношениях с которой РФ уже несколько лет пытается представить себя как нового, более надёжного и сильного, нежели США, партнёра по безопасности на Ближнем Востоке, способного сохранять стабильность, не допустить нового конфликта и вернуть беженцев домой. Такие диалоги могут усилить сотрудничество РФ и Европы (например, Франции, которая остаётся в Сирии, несмотря на уход США), что даст Кремлю возможность разыгрывать сирийскую и, в более широком смысле, ближневосточную карту для торгов за Украину, Крым, Донбасс, «Северный поток-2» и т.д.

Подобную позицию разделяют и в Иране. Уход США стал облегчением для иранцев. Во-первых, больше никто не защищает курдов, и они уязвимы, а значит, станут более сговорчивы. Во-вторых, ослабление региональных позиций США в результате вывода войск позволяет расширить Ирану поле для манёвра для обхода санкций. В-третьих, иранцы смогут беспрепятственно действовать на территории Сирии, не боясь ударов со стороны США. А Иран, вместе с РФ и Турцией, остаются доминирующей силой для урегулирования сирийского конфликта.

Уход США – это хорошие новости и для соседних с Сирией стран. Ливан, Иордания и Ирак расценивают этот шаг как путь к долгосрочной стабилизации Восточной Сирии и открытию шоссейных и железнодорожных коммуникаций для возрождения региональной торговли. Для всех трёх стран торговля – это путь к стабилизации дефицита бюджета и возвращению сирийских беженцев домой.

Турция – один из основных выгодоприобретателей из решения США. Уход американских войск даёт Анкаре кучу бонусов: возможность нормализовать отношения с Вашингтоном, получить свои заветные  самолёты F35, купив комплексы ПРО «Patriot», решить проблему сирийских курдов самостоятельно и не боясь столкновения с американской армией и воплотить в жизнь свою мечту создать «пояс безопасности» вдоль пограничной зоны в северной Сирии. Для президента Эрдогана уход США – это триумф его недавнего демарша с объявлением новой военной операции на северо-востоке Сирии. Вероятнее всего, вопрос о выводе американского контингента был решён во время телефонного разговора Трампа и Эрдогана на днях, когда они обсуждали наступательную операцию турок против курдов. Сегодня официальная Анкара заявила, что откладывает операцию против курдов. Судя по всему, они решат вопрос уже без США в переговорах с Россией и Ираном.

Кто проиграет от ухода американцев?

Прежде всего, проиграют сами Соединённые Штаты в стратегической перспективе. Их уход – это результат сложной дилеммы, в которую они сами себя загнали в 2013-2014 годах, когда заставили выбирать между Турцией и курдами. Уход США из Сирии лишит их оперативных возможностей влиять на ситуацию на местах. Кроме того, они окончательно лишатся своего главного и последнего союзника в сирийском конфликте – курдов, расценивающих решение Вашингтона как «нож в спину» и «кидалово». Вывод американских войск ещё больше отсечёт Штаты от сирийского процесса, и они с большей долей вероятности окажутся за бортом международных переговоров по послевоенному урегулированию конфликта, которые должны начаться в 2019 году с запуском Сирийской Конституционной Комиссии.

Решение Белого Дома вывести войска спровоцировало настоящий ураган критики в Вашингтоне. Значительная часть политиков и аналитиков раскритиковали решение Трампа, по большей части из-за того, что он выводит войска, и не получает взамен ничего существенного для национальных интересов страны. Один из «ястребов» внешней политики, сенатор-республиканец Линдси Грэм обрушился на Трампа с критикой:

«Это решение – победа для «Исламского государства», Ирана, России, Башара Асада. Я боюсь, что оно приведёт к катастрофическим последствиям для нашей страны, региона и мира в целом. Станет сложнее привлекать партнёров для борьбы с исламским радикализмом. Это также станет демонстрацией слабости Америки».

Противники этого решения напомнили Трампу, что он действует точно также, как ненавидимый им Барак Обама в 2014 году: не выполняет обещания и отказывается бороться с врагами Америки, предпочитая просто сбежать. При этом, по их мнению, Штаты ничего не получают взамен, а лишь ослабляют свои региональные позиции. Сенатор-республиканец из штата Небраска Бен Сасс вообще заявил, что «руководители военных ведомств понятия не имеют, как принималось это решение». А президент Совета по внешней политике Ричард Хаас отмечает:

«Неизвестно, что за условия выхода США из Сирии. Установил ли кто-то какие-то дедлайны? Или проговаривались ли условия выхода с турками, чтобы обеспечить безопасности курдов? Были ли какие-то соглашения с русскими по формату будущего политической системы страны?».

Дональд Трамп, похоже, сам себя переиграл. В 2016 году он манипулировал меседжами в стиле «вернём парней домой» и «закончим ненужные войны», дабы поднять голоса ветеранов, родственников американских солдат и евангелистов. Но когда он стал президентом, он так сильно хотел разыграть свою любимую карту «я – не Обама», что не заметил, как пошёл против своего обещания вывести войска и лишь усилил американское присутствие в Сирии. Он дважды бомбил Сирию в 2017 и 218 годах после вероятного применения химического оружия, расширил военный контингент на северо-востоке и увеличил объёмы поставок оружия и боеприпасов, а также техники сирийским курдам. Всё это необходимо было, чтобы демонстративно показать: Дональд Трамп – это не слабый, немощный и трусливый Барак Обама, а сильный президент, несущий кару с небес всем противникам США, нарушающим ценности, лежащие в основе американского общества.

Однако проблема была в том, что Дональд Трамп не разделяет эти ценности. Он исходил из собственных рейтингов и репутации, а также влияния лобби. И когда пришло время решать вопрос Сирии предметно и полноформатно, он вспомнил о том, что обещал избирателям. И сделал это, наплевав на все предыдущие телодвижения Вашингтона по Сирии.

Это стратегический проигрыш для США, поскольку он похоронил любые планы по долгосрочному сдерживанию РФ и Ирана на Ближнем Востоке, как минимум в субрегионе Леванта. Поэтому неудивительно, что спустя сутки после решения Трампа по Сирии, министр обороны Джеймс Мэттис подал в отставку и написал письмо, в котором прозрачно намекает на то, что не согласен с сирийским манёвром Трампа, считая его подрывом доверия союзников, с которыми даже никто не обсудил это.

С уходом Мэттиса, администрация станет более хаотичной, менее последовательной и больше склонной к непродуманным и иррациональным решениям, роящимся в голове одного человека.

Также в проигрыше оказываются Саудовская Аравия и её союзники из числа монархий Персидского Залива. За две недели до объявления о выводе американского контингента, Саудовская Аравия впервые начала принимать участие в антитеррористических воздушных рейдах коалиции на территории Сирии. Эр-Рияд начал постепенно выстраивать мосты с сирийскими курдами, рассчитывая сделать из них долгосрочного союзника для сдерживания сирийских, иранских и российских сил на западе и юге, а также Турции на севере. Однако решение Трампа развалило все эти планы, и нивелировало попытки администрации выстроить какую-то региональную структуру, на которую Штаты могли бы опираться в своей сирийском анти-иранской политике. У саудовцев и их союзников не остаётся другого выхода, как пытаться вернуться в Сирию дипломатическим мирным путём через переговоры и реинтеграцию Дамаска в региональную архитектуру безопасности, как это было до 2011 года. Поэтому неслучайно, в сирийскую столицу недавно с визитом приезжал президент Судана Омар Аль-Башир – главный эмиссар от Эмиратов. А в ближайшее время в Сирию прибудет президент Ирака Баргам Салих.

Проиграли и некоторые европейские государства, с 2011 года верившие в своё «правое дело» в Сирии. Особенно неприятно пришлось союзникам США, принимающим активное участие в антитеррористической кампании Международной коалиции в Сирии. Для них решение Белого Дома стало неприятным сюрпризом.

В Великобритании не согласились с утверждением Трампа о победе над террористами «Исламского государства». Замминистра обороны Британии заявил, что это не отвечает действительности. Однако премьер-министр Тереза Мэй, пытаясь избежать прямой критики Вашингтона, отметила, что они обсуждали вывод американских войск за несколько дней до этого. Сомневаюсь, что британцы знали об этом, но страх испортить отношения со своим главным союзником накануне неопределённого Brexit, преобладает в правительстве Мэй.

Министр иностранных дел Германии Хайко Маас выразил удивление сменой позиции США по конфликту в Сирии. Буквально неделю назад Вашингтон всеми силами показывал, что его контингент в Сирии останется там до лучших времён. Советник президента США по нацбезопасности Джон Болтон прямо заявлял, что американские войска остаются в Сирии для сдерживания Ирана и пока он не уберёт оттуда свои силы, то есть навсегда. А специальный представитель США по Сирии Джеймс Джеффри – протеже Болтона – в интервью «Atlantic Council» отмечал, что если Башар Асад ждёт ухода американских сил, то «ему придётся ждать очень долго». Для официального Берлина внезапная смена стратегии и риторики стала полной неожиданностью. Теперь Германия вынуждена бояться, как бы в Сирии без США не вспыхнул новый конфликт. Берлин будет искать нового гаранта стабильности в Сирии, что означает их возможное сближение по этому вопросу с РФ.

Наиболее активной в критике США стала Франция. Они заявили, что террористы «Исламского государства» в Сирии не были побеждены, а их военный контингент на северо-востоке останется на месте, несмотря на уход американцев. Французы не хотят покидать Сирию, оставляя её туркам, россиянам и иранцам. Для них просто уйти и тем самым расписаться в своём поражении – это не лучшая тактика. К тому же, для президента Эммануэля Макрона, находящегося в осаде со всех сторон из-за попытки реформировать страну и протестов «жёлтых жилетов», необходимо демонстрировать активность во внешней политике, дабы отвлекать людей от внутренних проблем и усиливать свои глобальные позиции. Впрочем, самостоятельно удержать северо-восток Франция не сможет, поэтому будет вынуждена искать партнёров, либо среди монархий Залива, либо в Москве.

Проигравшим можно считать и Израиль. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что решение Трампа вынудит израильтян усилить свою борьбу с Ираном в Сирии. Для него уход США – это мощный пас иранцам, которые, по мнению Тель-Авива, усилят своё присутствие в Сирии, в том числе на границах с Израилем. Это вынуждает Израиль либо снова возобновить авиаудары по про-иранским группировкам в Западной и Восточной Сирии, либо идти на сближение с РФ, выбивая гарантии того, что Иран не будет усиливать своё присутствие. Подобная схема уже сработала в ходе военной кампании сирийской армии в Южной Сирии весной-летом этого года.

Последствия ухода США из Сирии в глобальном масштабе?

Решение Дональда Трампа стало эпохальным и открыло ему дорогу к его заветной мечте покинуть те страны Ближнего Востока, где военное присутствие США считается, по его мнению, бессмысленным и затратным. Сразу после объявления о завершении своей деятельности в Сирии, Белый Дом заявил, что выведет половину своего контингента из Афганистана, а также рассмотрит возможность вывести войска из Ирака.

Такая политика администрации Трампа по сути идёт вразрез с подходом Соединённых Штатов к терроризму, вот уже 17 лет доминирующему в кабинетах Вашингтона. После 11 сентября 2001 года в США решили, что лишь долгосрочное военное присутствие Штатов может гарантировать, что террористы не сумеют создать структуру, которая будет угрожать США, и достигнуть американской территории. А местные альянсы, на которой опирается это присутствие – залог стабильности государств, потенциально являющихся рассадником международного терроризма. Впрочем, отныне, после решения Трампа по Сирии и, вероятно, аналогичных решений по Ираку и Афганистану, этот подход умрёт.

Уход США из Сирии откроет массу возможностей для геополитических соперников Штатов на Ближнем Востоке. Вашингтон потеряет свои позиции в Сирии и в соседних странах – Ливане, Ираке, Иордании, Турции, открывая дорогу России, Китаю и Ирану. Расширение оперативных возможностей этих игроков в регионе и укрепление их дипломатических позиций в результате заполнения вакуума влияния, оставленного США, сделают их преобладающей силой на Ближнем Востоке.

Россия получит шанс стать доминирующей силой в Сирии, что сделает её ценным партнёром для целого ряда государств: монархий Персидского Залива, соседей Сирии, Израиля и Европы. Иран получит дополнительные возможности обходить американские санкции и облегчить давление на свою широкую военно-разведывательную сеть в Леванте. А Саудовская Аравия и Эмираты будут вынуждены перейти от агрессивной и наступательной политики по отношению к Сирии к примирительной и дипломатической риторике на базе сближения с РФ.

Глобально, Штаты всё больше закрываются в себе, забирая ресурсы из других регионов и создавая опасный для региональной безопасности вакуум влияния, который захотят заполнить многие. Это касается не только лишь Ближнего Востока, но и Европы, Африки и Азии. Отставка министра обороны Джеймса Мэттиса и приход на его место кого-нибудь из числа радикалов-трампистов может спровоцировать углубление конфликта между США и их союзниками в НАТО, что ещё больше ослабит альянс. А уход США из Сирии, когда произойдёт через пару месяцев, развалит Международную антитеррористическую коалицию, сформированную в 2014 году для борьбы с террористами «Исламского государства».

Решение Дональда Трампа по Сирии – это фактическое поражение США в этом конфликте и переход от старого либерального мирового порядка, основанного на ценностях, многосторонней дипломатии и общих интересах, к новой международной системе, базирующейся на циничных принципах Realpolitik, геополитических играх больших держав и сухом меркантильном подходе к альянсам и сделкам.

Elgezit.kg уже рассказывал читателям про обстоятельства смерти оппозиционного саудовского журналиста Джамаля Хашшоги, и все, что последовало за известием о преступлении в последующий период, основываясь при этом на информацию авторитетных западных СМИ.

И вот, в нашумевшем уже деле с убийством саудовского журналиста Джамаля Хашогги – новое, весьма важное обстоятельство. Преступление произошло по указанию наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Салмана – к такому выводу, по сведениям американских СМИ, пришли аналитики ЦРУ. Первой об этом сообщила газета The Washington Post, для которой Хашогги писал колонки, позднее информацию подтвердили источники других авторитетных изданий.

Оценка ЦРУ основывается на аудиозаписях из консульства, полученных от турецких спецслужб, собственных разведданных и понимания, как функционирует система в Саудовской Аравии. «Этого бы не произошло и не могло произойти» без участия принца Мухаммеда», – считает источник The Wall Street Journal.

Как известно, 15 ноября прокурор королевства заявил, что в отношении пятерых обвиняемых в убийстве журналиста он потребует смертной казни. По 11 обвиняемым дела уже переданы в суд. В этот же день США ввели санкции против 17 граждан Саудовской Аравии, имевших отношение, по сведениям США, к убийству Хашогги. Однако сами власти свое причастие к убийству всячески отрицают.  Сам наследный принц назвал убийство «отвратительным преступлением» и заявил, что гибель журналиста была «очень, очень болезненным инцидентом для всех саудовцев».

Исчезновение журналиста в стенах посольства Саудовской Аравии в Турции и последующие сообщения об его убийстве оттеснили другие точки международной напряженности. Жестокость и дерзость, с которой была совершена ликвидация журналиста, взбудоражили мировую общественность. Но, вместе с тем, со смертью журналиста столкнулись друг против друга права человека и геополитические интересы.

Обозреватели отмечают, что для Турции активные наступательные действия вокруг этого события имеют ряд глобальных значений. Преступление было осуществлено на территории Турции; его отголоски могут послужить козырем в борьбе за первенство в ближневосточном мусульманском мире, а также могут служить в торгах с США, особенно по Сирии. К тому же, должная реакция на убийство журналиста позволяет Эрдогану лишний раз заявить о себе как о защитнике прав турков во всем мире; у Хашогги – турецкие корни (в другой транскрипции фамилия журналиста пишется Хашшокджи, что переводится с турецкого на кыргызский как кашыкчы, или ложечник).

Но, самое главное, это прекрасный повод для Турции ударить по Саудовской Аравии, которая в последние годы имеет натянутые отношения с Турцией из-за конкуренции в регионе.

Хашогги на самом деле не был простым смертным и оппозиционным журналистом. Он был достаточно глубоко интегрирован в политическую структуру Саудовской Аравии, монархических государств арабского востока, а также США. Семейство Хашогги было в тесных связях, с одной стороны, с основателем дома Сауда, королем Абдулом Азизом и некоторыми членами королевской семьи, а с другой, с представителями военно-промышленной элиты США. Несмотря на его критику в отношение наследного принца Мухаммеда бен Салмана, журналист Джамаль Хашогги пользовался покровительством со стороны главы саудовской разведки, принца Турки Аль Файсаля (Turki bin Faisal). Скандал с убийством журналиста не задел главу разведки, но ослабил позицию наследного принца бен Салмана и его окружения.

И наконец, не последнее место в скандале занял вопрос торговли оружием. Существует версия, что убийство журналиста стало еще одной цепочкой в длинном шлейфе необъявленной войны за сверхприбыли от торговли оружием. Германия заявила о приостановлении поставок оружия в Саудовскую Аравию до выяснения обстоятельств и призвала другие страны последовать за ее примером. Президент же США Дональд Трамп выступил за то, чтобы не ставить из-за этой истории под угрозу оружейный контракт с Саудовской Аравией на сумму 110 млрд долларов.

Почему в этом деле тема оружейных поставок всплывает постоянно? О многом говорит родословная Джамаля Хашогги. Убитый журналист является племянником оружейного магната Аднана Хашогги, известного бизнесмена из Саудовской Аравии. Журналист — двоюродний брат Доди Файеда, того самого, что в 1997 году трагически погиб вместе с принцессой Дианой в загадочной автомобильной катастрофе в Париже. Отец семейства Файеда работал на оружейный бизнес Хашогги,  а Доди Файед был его сыном от первого брака с сестрой оружейного миллиардера.

Скандал расшатывает власть в саудовском королевстве и поставил под вопрос политику нынешнего принца наследника Мохаммеда Бин Салмана, в том числе его военные операции в Йемене. Скандал уже вынудил Короля Саудовской Аравии Салмана Ибн Абдул-Азиза выйти из тени и вмешаться в ситуацию, чтобы предотвратить негативное развитие событий для королевства.

Несмотря же на обвинения, ЦРУ считает, что принц останется у власти в будущем и остается главным наследником престола. К тому же, Белый дом не желает отстранения принца Мухаммеда бен Салмана, видя в нем гаранта исполнения огромного военного контракта США и основную опору в сдерживании поползновения Ирана в регионе. Стоит отметить, что в нынешней ситуации последнее обстоятельство стало ключевым фактором для поддержки Саудовской Аравии со стороны большинства государств Ближнего Востока, в том числе Израиля.

Причина ликвидации Хашогги все еще остается загадкой. Но, своим сообщением, США, судя по всему, пытаются оказывать давление на королевскую семью с тем, чтобы скорректировать некоторые неприятные перекосы в политике принца.

В то же время, как стало известно, демократы из специального комитета по разведке Палаты представителей Конгресса США инициировали расследование по факту ответных действий американского президента Дональда Трампа на убийство саудовского журналиста Джамаля Хашукджи.

Источник The Washington Post заявил, что комитет рассмотрит данные спецслужб США, выводы Центрального разведывательного управления о причастности наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана к убийству, а также то, повлияли ли личные финансовые отношения Трампа с саудитами на его ответные меры, принятые в связи с убийством Хашогги.

Заметим, что Дональд Трамп неоднократно заявлял, что заработал «сотни миллионов» долларов от сделок с Саудовской Аравией.

Особую, но не бесспорную точку зрения на причины активности Китая в Центральной Азии высказывает известный ученый и публицист Роберт Каплан.

Elgezit.kg представляет его публикацию в The Wall Street Journal (США).

Есть одна глубокая и негласная причина, по которой Китай отказывается от либерализации. Состоит она в том, что его авторитарное руководство боится национальных восстаний. Волнения такого рода случались на периферии Советского Союза в 1980-е годы, когда там начался процесс либерализации. Поэтому Китай держит свою политическую систему закрытой, одновременно проникая в Центральную Азию посредством дипломатии и экономической интервенции. Он реализует огромные инфраструктурные проекты в этом регионе, чтобы вступить в союзнические отношения с тюркоязычными мусульманами бывшего Советского Союза и лишить своих собственных мусульман тыловой базы поддержки будущих восстаний. Китайское продвижение за пределы своих границ в конечном итоге связано с тем, что он не устранил демонов внутри страны.

Преследование уйгуров служит имперским амбициям Пекина, которому нужна стабильная сухопутная граница.  Репрессии против мусульманской общины тюркоязычных уйгуров на западе Китая, включая интернирование до миллиона человек в секретных лагерях, являются ключевой составляющей новой имперской политики Пекина. Лишь поняв динамику китайской империи, можно разобраться в сути этой жестокой кампании.

Слово «Синьцзян», как называют Синьцзян-Уйгурский автономный район, где проживают миллионы уйгуров, переводится как «новое владение». Эта территория исторически и географически известна под названием Восточный Туркестан. Хотя китайское государство существует более 3 500 лет, Синьцзян вошел в состав Империи Цин только в середине 18-го века. С тех пор он очень часто находится в состоянии «устойчивой турбулентности», как говорил британский исследователь Фицрой Маклин (Fitzroy Maclean).

Когда я в 1994 году впервые проехал по территории Синьцзян-Уйгурского автономного района и взял интервью у уйгуров, мне стало понятно, что они испытывают лютую ненависть к китайским оккупантам хань. «Это Туркестан, а не Китай. Китайцы не учат наш язык, а многие из нас не учат китайский. Даже на чисто человеческом уровне отношения очень плохие», — рассказал мне один молодой уйгур.

С тех пор отношения еще больше ухудшились.

Поскольку Китай исторически плохо защищен на суше, особенно в своей западной части, у него не было возможностей заниматься морской экспансией. Если не считать морские путешествия адмирала Чжэн Хэ по Индийскому океану в начале правления династии Мин, у Китая довольно слабые морские традиции. Однако сегодня эта страна в основном надежно защищена с суши, и поэтому она нацелилась на создание самых крупных в мире военно-морских сил. А усиленное подавление мусульман-уйгуров стало последним актом в данном процессе. Инициатива «Один пояс, один путь», предусматривающая создание сухопутных и морских транспортных коридоров через всю Евразию, требует полного подчинения уйгурского населения.

Сердцем этого Шелкового пути 21 века является Центральная Азия. Построив автомобильные и железные дороги, и проложив трубопроводы через территорию бывших советских республик с тюркским населением, Китай наладит тесные связи с Ираном. Китайско-иранский экономический и инфраструктурный альянс будет доминировать в Евразии, а Россия в такой ситуации окажется оттесненной на обочину. Но для этого Пекину нужно послушное уйгурское население, поскольку все эти дороги и энергетические маршруты между прибрежным Китаем и Ближним Востоком проходят через Синьцзян.

Китайцы планируют выхолостить традиционную уйгурскую культуру, расселив людей в многоквартирных домах и модернизировав рынок фольклора. Они также хотят соединить города с новыми автострадами и высокоскоростными железными дорогами. Я стал свидетелем этого, когда в 2015 году снова посетил Синьцзян-Уйгурский автономный район. Кроме того, они тысячами расселяют уйгуров в лагерях для интернированных, одновременно повышая материальное благосостояние других людей. Это классическая тактика кнута и пряника. Все это имеет целью покончить с уйгурской мусульманской культурой в том виде, в котором она существует сегодня, и завершить процесс установления владычества китайцев хань над этой неспокойной пограничной землей.

Средства массовой информации много пишут о том, как Китай загоняет в долги целые страны, такие как Пакистан и Шри-Ланка, дабы получить контроль над портами и автомагистралями, которые он там строит. Но гораздо меньше внимания они уделяют этнической составляющей большой евразийской стратегии Китая. А она заслуживает пристального внимания, ибо пустынная родина уйгуров может оказаться самым слабым звеном в китайском Шелковом пути 21-го века.

Нельзя недооценивать чувства национальной гордости и недовольства в этом процессе. Гонконг и Макао вышли из-под власти европейских колонизаторов, формально положив конец эпохе унизительного иностранного посягательства на Китай. Суверенитет Внешней Монголии был значительно ослаблен экономическими интересами Китая. Тибет был порабощен.

Синьцзян остается последним бастионом, оказывающим сопротивление и мешающим созданию великого сухопутного Китая. Если такой Китай будет создан, Пекин сможет в полной мере сосредоточиться на установлении своего господства в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях. Это откроет ему путь в Индийский океан, где Китай строит и помогает проектировать новые порты от Мьянмы до Джибути. Кто сказал, что эпоха империй миновала?

Поскольку США находятся на другом конце земли, они явно не в состоянии предотвратить становление новой империи. Вашингтон заинтересован в том, чтобы ни одно государство не могло владычествовать в Восточном полушарии, как сами США когда-то господствовали в Западном полушарии. Но китайский Шелковый путь, проходящий через Иран и далее, а также военно-морское присутствие Китая на южных рубежах Евразии помогут ему установить такое господство.

Политика антагонизма в двусторонних отношениях (а именно таким курсом следует сегодня Америка) лишает США самого крупного преимущества в этой борьбе — системы альянсов, в основе которой лежат американские идеалы свободного рынка, гражданского общества и прав человека. В условиях такого соперничества важно призывать Китай к ответу за нарушения прав уйгуров. Это элемент реалистичного подхода, который поможет сдержать ВМС Китая в Южно-Китайском море. Если составной частью большой стратегии КНР является подавление уйгуров, значит, Америка должна настойчиво отстаивать права человека в Китае, и это должно быть неотъемлемой частью ее подхода.

Elgezit.kg представляет тезисы из статьи профессора Нью-Йоркского и Принстонского университетов Стивена Коэна (Stephen Frand Cohen) в The Nation (США)

Идея изолировать такую огромную страну, как Россия, — это тщеславное недомыслие. Попытки Вашингтона «изолировать путинскую Россию» провалились и произвели прямо противоположный эффект. Вашингтону пора поучиться у Москвы, а не требовать от нее подчинения американским взглядам.

1. Во время предыдущей холодной войны против Советского Союза никто не пытался «изолировать» Россию за рубежом. В те времена цель заключалась в другом: удержать эту страну в рамках ее блока восточноевропейских государств и соперничать с ней в так называемых «странах третьего мира».
2. Идея «изолировать» такую огромную страну, как Россия, находящуюся в двух частях света, называемых Евразией, обладающую колоссальными ресурсами и богатой историей великой державы, — это тщеславное недомыслие. Эта идея свидетельствует о скудоумии Вашингтона в сфере внешней политики в последние годы, причем таким скудоумием страдают как американский Конгресс, так и ведущие средства массовой информации.
3. Задумаемся над тем, каковы реальные результаты. Вряд ли мы можем сказать, что Россия очутилась в изоляции. С 2014 года Москва стала самой активной столицей международной дипломатии в ряду сегодняшних великих держав. Она формирует и расширяет военные, политические и экономические партнерства с такими странами, как Китай, Иран, Турция, Сирия, Саудовская Аравия, Индия, а также с некоторыми другими государствами Юго-Восточной Азии. Несмотря на санкции ЕС, она сотрудничает с целым рядом европейских стран. Более того, Москва является архитектором и главным координатором трех важных переговорных процессов о мире, которые идут в настоящее время. Это переговоры о Сирии, Сербии и Косове и даже об Афганистане. Скажем по-другому. Может ли кто-нибудь из глав государств в XXI веке соперничать с дипломатическими успехами российского президента Владимира Путина и его министра иностранных дел Сергея Лаврова? Безусловно, на это не могут претендовать ни бывшие американские президенты Джордж Буш и Обама, ни канцлер Германии Ангела Меркель, которая скоро покинет свой пост. И это не говоря уже о британских и французских руководителях.
4. Сегодня очень много шумят о мнимом злокозненном национализме Путина. Но это не более чем невежественное или лицемерное объяснение. Задумайтесь о прозвучавшем недавно заявлении французского президента Эммануэля Макрона, который упрекнул Трампа за его декларируемый национализм. Это тот самый Макрон, который пытается доказать (довольно неубедительно), что он — второе пришествие Шарля де Голля, великого националистического лидера XX века, не скрывавшего своих взглядов. Доказательством тому — его участие в сопротивлении нацистской оккупации, учреждение Пятой республики и отказ подчинить французскую армию командованию НАТО. Национализм, как бы его ни называли, издавна является важной политической силой в большинстве стран, и не имеет значения, в какой форме он существует, либерально-просвещенной или правореакционной. Россия и Соединенные Штаты здесь не исключение.
5. Успехи Путина в восстановлении позиций России в международных делах обычно объясняют его «агрессивной» политикой. Но это скорее реализация того, что в Москве называют «философией российской внешней политики», которая существует с тех пор, как Путин в 2000 году стал руководителем страны. В этой философии — три декларируемых принципа. Первая цель внешней политики состоит в защите российского «суверенитета», о котором говорят, что он был утрачен в катастрофические 1990-е годы, когда распался Советский Союз. Вторая цель — это своего рода национализм под лозунгом «Россия прежде всего», также называемый патриотизмом, и заключается эта цель в повышении благосостояния граждан Российской Федерации. Третья цель объединительная: сотрудничать с любой страной, которая хочет сотрудничать с Россией. Конечно, в такой философии нет ничего советского, поскольку СССР был глубоко идеологическим государством, по крайней мере, что касается его установок и целей.
6. Принимая во внимание, что Вашингтон не может изолировать Россию, что Россия в последние годы добивается немалых дипломатических успехов и что милитаризованная внешняя политика США, направленная на смену режимов (она существовала еще задолго до появления Трампа), приносит горькие плоды, Белому дому пора учиться у Москвы, а не требовать от нее полного подчинения американским взглядам на мировую политику и соответствующего поведения. Если Вашингтон этого не сделает, он скорее всего попадет в еще большую самоизоляцию.